Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих - Юлия Алексеевна Фирсанова

– Не надорвись, – хмыкнул Киз и двумя пальцами в спину (брезговал, что ли?) подтолкнул меня вперед, к трактиру. – Брат говорил, на тебе и отряде постоянная магическая защита, – проронил телохранитель поневоле, уточняя детали.

– Ага.

– Она сможет защитить от такого?

– Не знаю и даже пробовать не хочу, – искренне призналась я, прогоняя новую волну паники. На сей раз гораздо более сильную: сравнила ручеек с океаном!

Основательно бояться за себя у меня отродясь качественно не получалось. Когда жду чего-то неприятного или опасного, могу, конечно, волноваться, но, если что-то уже случилось, страха не бывает. В первом случае вся энергия уходит на действия, а потом умный организм думает: все уже закончилось хорошо, потому и трусить нет нужды. Куда хуже страх за других, особенно страх ожидания. Подводить под монастырь друзей у меня не было никакого желания. Я резко затормозила и развернулась.

– Ты чего, решила другой дорогой пойти? – хмыкнул Киз.

– Нет, я за Дэлькором, он же не знает об опасности! – ответила ему и побежала назад, к саду, где столовался жеребец.

– Да, он ценный зверь, – согласился мужчина. Голос звучал так ровно, будто его обладатель не несся вслед за мной сломя голову, а отдыхал, сидя в кресле где-нибудь у камина.

– Он бесценный друг, – отрезала я, борясь со сбивающимся дыханием, и едва успела затормозить, чтобы не вмазаться в того самого, о ком шла речь.

Дэлькор с роскошно цветущей веткой в зубах (дожевать не успел), игриво вскидывая копыта, гарцевал мне навстречу.

«Уф! С ним все в порядке, зря волновалась!» – облегчение накатило такое, что даже ноги стали ватными. Я с радостью вцепилась в роскошную гриву коня, вдохнула его аромат, ничуть не похожий на терпкий запах лошадиного пота. От Дэля всегда пахло чем-то свежим и горьковато-травяным, напоминающим полынь и мяту.

– Уже наелся или почувствовал, что я волнуюсь? – прижавшись к горячему лошадиному боку, спросила я, поглаживая жеребца, и, не удержавшись, чмокнула в бархатные ноздри. – Не знаю, что бы я делала, если бы с тобой чего-то случилось!

Конь мигом заглотнул ветку, проржал мне на ушко коротко и ласково, а потом с чувством облизал обе щеки. И я даже не обиделась, пусть и жесткий был язык, точно терка. Маленькое личное неудобство – это такая мелочь не только по сравнению с вечностью, но и с самим фактом того, что мой друг жив, здоров и в безопасности!

– Сентиментальная девчонка, – буркнул себе под нос Киз, комментируя наши нежности, но злости в его голосе не было.

– Да. – Я даже не стала спорить, но огрызнулась. – Можешь еще раз меня дурой обозвать за то, что предавать не умею и дорожу друзьями, будь они хоть на двух, хоть на четырех ногах, хоть с крыльями. Впрочем, тебе все равно не понять, надеюсь только, что не понять пока, а то ведь так мы на Артаксаре навсегда застрянем.

– Почему? – слегка озадачился Киз, не увидев в явлениях очевидной связи.

– Потому что умение дорожить друзьями и дружбой по мне – одно из основных человеческих качеств. А ты там себе именно такого у колодца нажелал, – отрезала я и отвернулась от черствого киллера, собираясь-таки возвращаться в трактир. Само здание я на совесть защитила, но вдруг кому-то из друзей захочется прогуляться, а тут вокруг такое творится! Тревожно было на душе.

Додумать и допереживать я не успела. Порыв ветра принес аромат морской соли, мокрого от дождя камня и сосновой смолы, послышался шелест крыльев, и на дороге возник (или был там, а мы его только что заметили) мужчина. Высокий, вместо одежды какой-то лоскутный плащ, каждая частица которого колыхалась вразнобой от своего собственного ветерка, а длинные волосы на непокрытой голове лежали совершенно неподвижно. Даже не шелохнулись, когда незнакомец шагнул нам навстречу. Дэлькор попятился, я это явственно почувствовала, когда натянулись косицы гривы под пальцами, попятился тихо и плавно, кажется пытаясь увести меня прочь. Не успел.

Шороха шагов слышно не было, но человек каким-то образом оказался совсем рядом и спросил таким хриплым голосом, будто очень-очень редко пользовался связками по прямому назначению.

– Вы не видали ее?

Росчерк лунного луча упал на лицо и отразился в совершенно безумной пустоте взгляда, словно тот, кто стоял подле нас, на самом деле был где-то невообразимо далеко или, что куда хуже, безвозвратно заплутал в глубине собственного «я». И голос… голос оказался таким же пустым, отчаянным и в то же время весело-равнодушным. А еще он звучал настолько властно, что не ответить было нельзя.

– Возможно, видели или встретим, если вы скажете, кого ищете и что передать, при встрече непременно передадим, – посочувствовала я чужому горю. А что, если не горе, могло сотворить такое с мужчиной, приведя его на грань или уже за грань помешательства?

– Передать? – на миг задумался незнакомец, словно мы ответом сбили ему программу. – Скажите, что я ее ищу и не могу найти. Она пахнет медом, сталью и камнем, вот таким… – На руке мужчины появилась горсть осколков желтого цвета и тут же исчезла, когда он шагнул вплотную к нам и поймал цепкими прохладными пальцами наши подбородки. Заглянул своей бездной отчаянного безумия в глаза и проникновенно попросил: – Передайте!

После чего отступил чуть назад и, рассыпавшись стаей быстрокрылых птиц, кажется, мелких сов, взметнулся вверх.

Нет, этого странного создания я не испугалась – что встретила не человека, сомнений не осталось, не в обычаях людей столь знаменательные метаморфозы! Однако его присутствие вызывало любопытство и целиком поглощало внимание, как если бы этот незнакомец был единственным и самым важным в данный момент существования вселенной объектом. Непредсказуемым, странным и однозначно опасным, но самым важным, и исчезновение его вызвало почти физическое облегчение. Я перевела дыхание, под боком со столь же явным облегчением фыркнул Дэлькор.

– На него сносоры не действуют, – проронил Киз, пытаясь определить, куда исчез и не вознамерится ли вернуться мужчина – стая сов.

– А? Что? – не поняла я смысла слов.

– Иглы с сонным зельем. Считается, что они действуют на всех.

– Людей?

– Нет, на всех живых.

– Этот мертвым не был, – нахмурилась я, вспоминая ощущения от встречи с недоживым жрецом в подземном храме, откуда вынесла браслетку-змейку. – Наверное, он просто живой по-другому.

– Ладно, пошли в трактир, утром Алльзу расспросим перед дорогой. Небось этот человек-плащ в здешних краях личность известная, – задумчиво предложила я, пытаясь вглядеться в ставшую буквально непролазной за последние несколько минут темень, и внесла коррективы: – Нет, лучше поедем. Дэлькор не Боливар, двоих вынесет.

– Что? – нахмурился Киз.

– А-а,