Чужак-2: Рейнджер. Боевик-универсал. Мэтр - Игорь Дравин

Опять немая сцена. Плазмомаг с недоумением смотрит то на Лонира, то на меня. Проф с тинами готов установить защитный купол.

– Господа, – обратился я к магам, которые соревновались сегодня на ристалище, – помогите моим ученикам. Мой противник очень силен. Никто из посторонних не должен пострадать.

Дружные кивки в ответ. Гал стоит и смотрит на меня. Я сделал еще один шаг вперед и остановился. Теперь между нами ровно пятнадцать метров. Пока Гал подготавливал первое заклинание, я развел руны на необходимое расстояние. Пятнадцать метров, плюс или минус десять сантиметров – это не существенно. У меня в голове микрометра нет. Вершина пирамиды, являющаяся вектором атаки, находится точно над головой Гала. А он уже подготовил первое заклинание. Для его активации Гал только скажет фразу-ключ с подведенной к ней энергией. Все ясно. Сначала он поставит защиту и вольет в нее один мой запас. Потом наговорит атакующее заклинание и задаст вектор атаки руками. Не убьет первым, так вторым достанет этого странного мастера, меня то есть. Мой противник вербалист-мануальщик. Самый быстродействующий способ контроля сил. Это он так думает. Руно-вербальный гораздо быстрее, а про рунный и говорить не хочется. Я даже знаю, чем ты меня хочешь достать. Есть такое жуткое в своей мощи заклинание в школе плазмы и называется оно «шар огня». Хотя более верное название, на мой взгляд, это «комок Хиона». Оппонента или предмет, короче, что угодно, заключают в шарик различного размера, где воздух становится огнем. Невероятная температура убивает почти мгновенно. Я видел действие этого шарика. Скалы текли и испарялись. Илкон Грустный много показал мне фокусов из арсенала этой школы. Да и сам он ненормальный. Кто же работает с двумя самыми опасными стихиями одновременно?! Гал, ты ведь не знаешь, что я много раз работал на полигоне с одним из самых сильных на Арланде мастеров школы Плазмы, ты не знаешь этого. Вернее, самым сильным. Илкон скоро станет магистром по силе, а его умения и опыта хватит на троих Повелителей.

– Готовы?! – крикнул герольд.

– Да, – сказали мы одновременно.

Защитный полусферический купол, поддерживаемый двумя десятками магов, развернулся над нами. Герольд не спешит дать сигнал к моему убийству. Это он так думает. В воздухе всегда есть вода в виде пара. Сейчас вся жидкость, которая находится под защитным куполом, мгновенно окажется над головой Гала, воздух придаст ей форму и с дикой скоростью направит вертикально вниз. Направит туда, куда указывает вершина пирамиды. Ты прав, мертвец. Ты имеешь больший запас силы, аж в четыре раза. Ты более искусен, чем я. Но ты не имеешь опыта бега по лезвию клинка. И ты не знаешь про мой холод. Один мой запас умножаем на пять, так усиливает холод это плетение. Пять против четырех – это тебе нравится? Я не буду ставить защиту, я буду только атаковать. Промахнусь – я стану мертвецом. Твой шанс отойти или отпрыгнуть в сторону. Догадаешься – будешь жить.

– Бой! – крикнул наконец герольд.

Ната и вся моя сила одной волной хлынула в руну-ключ. В глазах мгновенно потемнело, а тело стало ватным. Земля всколыхнулась под ногами, и я упал на колени. Не пойдет, я с трудом поднялся на ноги. Как воздух режет горло и легкие! Мать! Не дышать. А вообще симпатичная картина. Небольшой телеграфный столб изо льда. Волна земли, выброшенная от удара, и кровавые ошметки тела окружают его. Интересно, а на сколько метров столб ушел в землю? Наконец-то проф снял купол и подбежал ко мне с амулетом. Я принял розовый свет Тайи. Я снова полон. Холод, на место. А почему такая мертвая тишина? Вру, две девушки, находящиеся в моей ложе, стали редко хлопать в ладоши. Раз, два, три и тут стадион взорвался.

Я помахал зрителям ручкой. Все это хорошо, но у меня осталось одно дело. Коты окружили меня, и под этим конвоем я направился в свою ложу. Путь был очень труден. Если бы не коты, то не знаю, сколько времени он бы у меня занял. Но все когда-нибудь заканчивается, и я был доставлен в ложу. Прелестная картина. Дуняша у меня на шее, поздравление от вассалов, гвардейцев и фрейлин, а две девушки не людской породы, склонившись над столиком, увлеченно делят деньги.

– Лонир, сколько ты стряс с моего несостоявшегося убийцы? – спросил я.

– Три с половиной тысячи, граф, – ответил мне сияющий Лонир.

Не понял?! За Джайда и Алиану заплатили пятьдесят! А за меня какие-то жалкие три с половиной тысячи?! Короче, гроссмейстер, ты меня сильно оскорбил и унизил этим. Такого пренебрежения собой я не прощу! Ты за мою голову скоро сто тысяч давать будешь! Это я тебе обещаю.

– Что-то мало, – покачал я головой.

– Так у него больше не было с собой! – возмутился Лонир. – Я оставил котов на первом этаже, чтобы Гал их не видел, и подошел к покойному. Договорились один к двенадцати. Он сам жалел, что взял с собой так мало денег! Надо было мне с ним сначала поговорить, а только потом посылать за деньгами.

Я подошел к балкону ложи и поднял левую руку. Правой видимо надолго завладела беспрерывно тараторившая Дуняша. Куда там! Народ успокаиваться не хотел. Как я объявлю об официальном закрытии турнира? Хион уже коснулся горизонта! Моя ссора с вассалами откладывается. Никто сегодня этого не поймет. Надо подумать, как вывести гроссмейстера темной ложи на Райна другим способом. Надо подумать.

– Дуняша, – начал я, – я все знаю про себя. Что я самый лучший брат и так далее. Отпусти меня или хотя бы поругай за проигрыш целого золотого.

Такое впечатление, что она меня не слышит. Опять завела пластинку о великолепном мне.

– Влад, ты был прав, а я нет, – сказал протиснувшийся ко мне Колар.

Проклятый случайно где-то не сдох? Черт с ним, буду ждать, пока народ успокоится. Такое впечатление, что на трибуне остался только я со своим ближним кругом. Остальные выбежали на ристалище.

– Райн, это надолго? – спросил я.

– Если поставишь у палаточного городка несколько бочек с вином, то минут на десять, – меланхолично заметил мой коннетабль.

– Сейчас доставят, – сорвалась с места Лона.

Научилась угадывать мои мысли. Хрен тебе, а не мое прощение. Распоясалась совсем, как стала женой Третьего и управляющим моего замка.

– Граф, – отвлек меня от размышлений о вечном задумчивый голос Лонира, – а вас больше никто не хочет убить?

– Котяра, пить будешь? – пробился сквозь мой затуманенный разум знакомый голос.

– Ни за что, – прохрипел я и попытался открыть глаза.

Не получается. Как трещит голова!