Искажающие реальность 1-12 - Михаил Александрович Атаманов

— Кирилл, не убегай, подожди меня!

Волей-неволей пришлось останавливаться, тем более что выход уже был заблокирован стоящим на пути со скрещёнными на груди руками Романом Павловичем и ещё каким-то крупным бойцом «Второго Легиона». У меня неприятности? Вроде нет, оба подчинённых герд Тамары не проявляли никакой агрессии, да и сопровождавшие меня повсюду под Куполом телохранители не дали бы разгореться конфликту. Тамара же догнала меня и вежливо попросила проводить её до жилого корпуса. Мы вышли в едва освещённый ночной Купол и медленно побрели в сторону отдельно стоящего жилого здания. Сопровождавшие меня телохранители и бойцы Тамары деликатно отошли, чтобы не мешать нашему разговору.

— Ты сегодня был сам на себя не похож, Кирилл, — сообщила мне девушка, зябко кутаясь в накинутую на плечи спортивную куртку. — Ты всегда был такой активный, полный идей и энергии. А сегодня какая-то апатия в тебе ощущалась и полное безразличие ко всему происходящему. А ещё я чувствовала, что ты что-то недоговариваешь, а местами даже откровенно говоришь неправду. Что-то серьёзное случилось? За Минн-О Ла-Фин переживаешь?

— Помнишь ту записку, что ты когда-то передала мне внутри рации? — ответил я вопросом на вопрос, и Тамара отчётливо кивнула. — Так вот, хоть предателя Тюленева уже нет среди руководителей фракции, но всё равно меня не покидает чувство, что актуальности то твоё предупреждение не потеряло. Тёмная Фракция подозрительно много знает о нас, а наши лидеры временами творят странные, труднообъяснимые поступки. Именно поэтому я по-прежнему следую твоему совету и даже директорам своих истинных планов не открываю.

Моя спутница какое-то время шагала молча, переваривая сказанное, а потом прокомментировала мои слова:

— Если ты про Ивана Лозовского, то помнишь, я единственная при голосовании была против его назначения главой фракции? И по-прежнему считаю, что на его месте должен был быть ты. Хотя Лозовский не враг. Просто беспринципный карьерист, готовый идти к вершинам власти по головам своих подчинённых. Он явно недолюбливает тебя, но терпит, пока ты приносишь пользу. Однако стоит тебе серьёзно оступиться, Кирилл, и наш босс втопчет тебя в грязь!

— Пусть так, мне от его нелюбви ни холодно, ни жарко. Но втайне от всех Лозовский потратил полумиллиона кристаллов на поддержку террористов… — начал было я, но Тамара меня резко перебила:

— Наш Дипломат тут ни при чём. Я сама передала ему предложение игрока Тёмной Фракции, и я же уговорила согласиться. Лозовский лишь передал оплату исполнителю, когда через общающегося со всеми фракциями дипломата гэкхо мы получили подтверждение взрыва на траурной церемонии.

— Но… почему?! — не удержался я от удивлённого возгласа, и миниатюрная девушка резко остановилась, посмотрела на меня и ответила предельно серьёзно:

— Потому что так надо, Кирилл! Иногда кто-то должен принимать жёсткие решения. Хирург не должен задумываться о судьбе отрезаемых им кусков плоти, если он спасает весь организм. Вот и мы любой ценой, пусть террором и убийством самых сильных магов, но должны выиграть войну у Тёмной Фракции! Если этот жестокий шаг ослабит нашего смертельно опасного противника, то я нисколько не жалею и готова повторить его сколь угодно много раз!

Какое-то время мы с Тамарой стояли и напряжённо глядели друг на друга, причём я с удивлением понимал, что при всём желании не могу сейчас считать мысли девушки. Действительно, когда Паладин этого хотела, то ставила просто непробиваемый ментальный блок. Наконец, я сдался и первым отвёл взгляд, после чего мы сразу успокоились и продолжили путь по затемнённым дорожкам парка. Через какое-то время я всё же задал давно мучивший меня вопрос:

— Тамара, а ты не задумывалась над тем, зачем игроку Тёмной Фракции такая колоссальная сумма виртуальной валюты? Разве он сможет её потратить, не вызвав подозрение у своих товарищей?

— Я тоже думала над этим, — признала справедливость моих слов собеседница. — Нет, конечно же не сможет. Разве что только он неподотчётен никому или и так уже очень богат как в игре, искажающей реальность, так и в своём магическом мире. Я тебе даже больше скажу — скорее всего, это инициатива не рядового игрока, а кого-то из очень высоких или даже высших руководителей одной из фракций магического мира. Он просто воспользовался случаем и устранил конкурентов. Но ты знаешь, Кирилл… мне совершенно безразлично, кто за этим стоит! Пусть эти опасные пауки жрут друг друга!

За этим серьёзным откровенным разговором мы незаметно подошли к дверям жилого корпуса. Тут наши с Тамарой пути расходились, поскольку я не собирался входить внутрь, а планировал направиться к «кукурузам» и снова входить в игру, где меня ждали дела. Кажется, Тамару моё решение расстроило, но отговаривать меня или упрашивать идти с ней девушка не стала. Встав на цыпочки, она быстро чмокнула меня в щёку и, вдруг заметно покраснев, спросила:

— Кирилл, а тогда… на моём дне рождения… ну ты понимаешь про какой момент я… ты рассмотрел меня? Или сразу ушёл?

Я улыбнулся и попытался отшутиться, но не получилось. Собеседница в буквальном смысле словно клещ вцепилась в меня, держа двумя руками за куртку, и не отпускала. Почему-то для этой необычной девушки мой прямой однозначный ответ был очень важен.

— Да, признаю, рассмотрел, — соврал я, так как чувствовал, что в данной ситуации это — правильный ответ. — Но кто на моём месте смог бы устоять и не посмотреть на симпатичную девушку?!

Тамара ещё сильнее зарделась, отпустила меня и сообщила, что я полностью прощён. Пожелав мне приятной игры, лидер «Второго Легиона» попрощалась со мной и вошла внутрь здания. После этого забавного эпизода настроение у меня резко улучшилось. Что скрывать, эта темноволосая не по годам серьёзная девушка мне нравилась, и я был искренне рад, что недопонимание и обиды между нами остались в прошлом.

Какой же он красавец! Медленным шагом я обходил свой готовый к старту корабль и не скрывал восхищения. От неровностей и вмятин на фюзеляже фрегата, а тем более от установленных когда-то нелепых заплаток, не осталось и следа. Серебристый корпус был идеально отполирован и блестел в лучах прожекторов. Звук прогреваемых перед стартом двигателей звучал словно песня. Я рассматривал короткие стреловидные крылья для сверхзвукового полёта фрегата в атмосфере, а на них пять выдвигаемых в нужной ситуации подвесок для ракетного и бомбового вооружения. Вооружение также уже было закуплено и установлено.

Две лазерные турели в носовой части, пусть не самые новые и мощные, но вполне способные пронзить слой атмосферы и испепелить танк или летящий антиграв. Боевой компьютер, позволяющий корректировать работу турелей и вести стрельбу