Фея Фая - Константин Владимирович Денисов

— Ах ты урод! — бросил мне кругломордый, убирая свою морду обратно в салон вездехода.

Мы с Топором без слов поняли друг друга. Нужно было действовать, пока чёрные ничего не выкинули. Видимо, ни присутствие детей, ни присутствие очевидной адептки в виде Фаи для них ничего не значили. Возможно, они даже не поняли, что фея из Ордена. Ладно, по Сирин этого никак не скажешь, но Фая была до сих пор в своём комбинезоне и не понять, кто она такая, это нужно было быть совсем не в теме. То, что наёмники не в теме, верилось с трудом. Значит, либо у них есть ориентировка на нас, либо они просто отмороженные.

Я резко качнул ману у всех присутствующих внутри. До этого я к ним не лез своими щупальцами, чтобы они раньше времени чего не почувствовали. Но теперь уже было не только можно, но и нужно.

В процессе откачки маны я понял, что внутри пять человек, настроение которых от моих действий резко переменилось от азартно позитивного до панического. Они такой подставы от меня не ожидали.

В следующую секунду Топор в пару длинных прыжков оказался возле вездехода и, ухватив его сбоку под днище, натужно заорал, приподнял и, толкнув резко от себя, опрокинул набок.

— Обалдеть! — раздался сзади потрясённый голос Сирин, — вот это богатырь!

Я её удивление и восторг искренне разделял! Это сколько же силище в Топоре? Понятно, что он здоровый, но вот так, одному, в один рывок опрокинуть немаленький, и возможно гружёный вездеход это было что-то с чем-то!

Окно, в которое высовывал свою морду наёмник, оказалось наверху и было по-прежнему открыто. Я быстро запустил туда небольшой шарик, взорвавшийся внутри парализующими молниями.

Выжигать все внутренности вездехода я пока что не хотел, мало ли, вдруг пригодится? Поэтому постарался сработать ювелирно.

Топор подошёл к лобовому стеклу, стоящему сейчас вертикально, одновременными ударами двух кулаков пробил в нём две дыры, просунул туда руки и вырвал лобовуху с мясом. После чего стал выкидывать из салона пассажиров, сваливая их в кучу и не особо заботясь об их здоровье. Хруст костей эту небрежность только подтвердил.

Последним он извлёк кругломордого, который что-то вяло пытался сказать, но язык его не слушался. Но даже без текста было понятно, что он молит о пощаде.

Но щадить всяких уродов в постапокалиптическом мире беззакония — это большая роскошь. Они ведь ничему не научатся и будут дальше доставлять проблемы людям.

Топор поднял его высоко над землёй, одной рукой держа за грудки. Кругломордый барахтался и, наверное, был готов на всё, лишь бы его отпустили.

— Вроде немаленький уже, — сказал Топор, брезгливо глядя на быстро потерявшего весь запал наёмника, — а суку от кабеля не отличаешь!

После чего здоровяк взглянул на Ингу, она мгновенно поняла его взгляд и повернулась так, чтобы Лиза не видела происходящего, а Топор легко, по-прежнему одной рукой, швырнул наёмника, как тряпичную куклу, в стену бассейна.

Хруст человеческих костей, звук к которому сложно привыкнуть, сколько бы ты раз его ни слышал. Мы все вздрогнули, потому что чувство, возникающее при этом звуке, приятным не назовёшь.

В общем, Топор исполнил желание наёмника, отпустил его. Только вот, не совсем так, как тот хотел.

Остальные четверо возились в куче между нами и вездеходом.

Топор подобрал топор, который бросил на землю перед тем, как перевернуть вездеход, и повернулся к нам.

— То, что они поднимут тревогу, это только вопрос времени, — сказал он, — мы слишком здесь наследили, — и он взглянул на перевёрнутый вездеход.

— Можешь поставить его обратно на колёса? Я помогу! — сказал я.

Топор слегка снисходительно улыбнулся, покачал головой, и, подойдя к машине, точно так же в одно движение и с таким же натужным криком опрокинул его обратно.

Я присел возле копошащихся наёмников.

— Рассказывай, куда и откуда вы путь держите? — сказал я, поймав взгляд одного из них.

— Ты кто? — прохрипел он.

— Ты ещё не понял, что нужно отвечать на мои вопросы, а не задавать свои? — сказал я, — что вы вывозите из бункера, и куда?

— Тебе конец! — прохрипел наёмник.

— Ошибаешься, — вздохнул я, — это тебе конец! Ты что, вообще потерял связь с реальностью?

— Паук вас прикончит! — продолжал хрипеть наёмник.

— Ты не заметил среди нас адептов Ордена? — спросил я.

— Чего? — впервые во взгляде наёмника появилось что-то вроде сомнения.

К этому времени все уже давно выбрались из-под сетки и стояли рядом.

— Ты что, не видел среди нас лысую девушку? — сказал я.

— Лысый это ещё не значит, что из Ордена, — сказал наёмник.

— Хорошо, я передам Пауку, что его наёмники нападают на его Орден. Пусть разберётся с вашей конторой, — сказал я.

— Чего? — во взгляде чёрного снова появилось сомнение.

— Что вы возите? — спросил я.

— Не знаю, нам не говорят, мы делаем, что сказано, — сказал наёмник.

— Почему на нас напали? — спросил я.

— Бабы у вас красивые! — ничуть не смутившись, ляпнул наёмник.

Я повернулся к девочкам.

— Нет, всё-таки вас нужно похуже одеть, а ты вы притягиваете к нам проблемы. Скольких драк мы могли бы избежать, если бы у некоторых озабоченных на вас не начинала выделяться слюна? — сказал я.

— Ну, знаешь, что! — возмутилась Сирин, — то, что мир лежит в руинах, это ещё не повод плохо выглядеть. Я согласна переодеться во что-то более удобное, но это не значит, что я собираюсь ходить в образе нищей старухи. Я всё равно буду хорошо выглядеть и вызывать слюноотделение. Чушку ты из меня не сделаешь!

— Женщины! — вздохнул я, как бы жалуясь наёмнику.

— Надо сваливать, — сказал Топор, — а то если сейчас поедет ещё один вездеход, снова придётся драться.

— Согласен, — кивнул я, — как думаешь, не покормить ли нам троглодитов?

Топор согласился, что можно и покормить. Сирин на всякий случай сходила с нами, чтобы троглодиты и нас за еду не приняли. Я попросил об этом именно её, потому что уже было известно, что на птичку они не реагируют. Поскольку в Ордене у них с Фаей было разное положение, то фея могла и не иметь такой