Materia Prima-1. Добавь Яркости - Вова Бо

Я слишком часто видел этот взгляд. Он был у всех рабов Дельта-Четыре, даже у Лихого с компашкой. Даже у деда Соломона. Они все не жили, не выживали, они просто оттягивали свой неизбежный конец изо всех сил. И в глубине глаз можно было увидеть этот страх. Страх, что вот именно сегодня сил может не хватить.

— Не ссы, йоба, — усмехнулся я. — Ты мне тоже живым полезнее. Так что давай, метнись наверх кабанчиком и скажи, что в подвале чисто. Пусть притащат свет. Я здесь подожду.

Мужик сделал шаг, а затем сорвался с места, впечатав меня в стену и придавив так, что дышать стало трудно, а перед глазами заплясали круги.

— Тебе язык может подрезать, выродок? А то больно много о себе возомнил.

Для выразительности он поднес осколок стекла к моему лицу, это должно было выглядеть угрожающе. Но вместо страха я просто схватил его руку и потянул на себя. Так что стекло коснулось щеки.

— Ой-ой, — расширил я глаза. — А как так вышло, что особенный раб поранился? Ой-ей, а кто это его поцарапал? Иммунку, будущего гражданина, ценный ресурс города? Уж не это ли мясо?

С каждым словом я лишь усиливал нажим, так что ублюдку пришлось приложить усилия, дабы я сам себя не травмировал.

— Давай, порежь меня, крутой йоба! Давай, режь, укороти мне язык.

— Псих, — вырвал он руку и отошел. — Психопат конченый!

— Твоя ценность лишь в том, что ты сам можешь прийти к монстрам на ужин и тебя не надо тащить, — мой голос стал привычно-снисходительным. — Такое себе достижение для того, кто считает себя человеком. Так что будь лапочкой, метнись наверх и сделай, как я сказал.

— Да пошел ты.

— И лучше поторопись. Порезаться я и сам могу, а кто там будет разбираться, как оно получилось? Так что лучше поторопись, а то вдруг я найду что-то острое, пока ты там еле ноги переставляешь.

Он продолжал сыпать оскорблениями, но мне было плевать. Главное, что действительно побежал наверх и наконец-то оставил меня в покое. Хоть пара минут тишины. После паранормального ужаса, который вызывала шепчущая дама, этот говнюк был проблемой простой и понятной. Он не мог вызывать страх.

А может, Четверг перемудрил с успокоительными. И когда прямая опасность во тьме миновала, те ударили по мозгам с новой силой. Так или иначе, я чувствовал себя спокойно и даже хорошо.

Посмотрел на оружие в руке. Это оказался обычный нож-бабочка, разве что металл рукояти был украшен узором тонких линий, не несущих какого-то смысла. Аккуратно сменив хват, я легким движением собрал нож, а затем так же легко разобрал.

На какие-то суперфинты я не способен, но в Новой Москве такие ножи были у каждого ребенка, так что разложить оружие одной рукой я мог. Правда, обычно такие ножи были замаскированы под обычные предметы вроде брелков для ключей, чтоб полиция не докопалась.

Потом я перестал таскать бабочки, отдав предпочтение ножам с выдвижным лезвием. К счастью, использовать по назначению такие штуки мне так и не пришлось. Но пару раз их наличие спасло меня от ограбления, которые на окраинах Москвы случались сплошь и рядом. Особенно если шарахаться по темным переулкам в ночное время.

К сожалению, большинство моих заказчиков вели дела именно в это время и в таких местах. Зато платили неотслеживаемой криптой и всегда вовремя. А главное — много.

Пока ждал наемников, периодически поглядывал в подвальную тьму. Ни звука, ни движения, словно таинственная незнакомка все еще пряталась где-то во тьме. Пройти мимо меня она не могла, значит должна быть все еще там. Но что-то мне подсказывало, что когда подвезут свет, подвал окажется совершенно пуст.

Вскоре сверху раздались первые шаги, и я спешно собрал нож. Большим пальцем накинул замочек, чтобы рукоять случайно не разошлась надвое. И в этот момент нож прямо на моих глазах поплыл и превратился в кость. Точно такую же, которой я защищался от Лихого. Пригляделся к заостренному краю и убедился, что не в точно такую же, а ту самую. Это точно моя заточка.

Стоило мне напрячься, как кость вновь изменила форму, став металлическим бруском. Подобный я прятал в кармане, хотел использовать в бою в качестве утяжелителя.

— Энергоформа ножа не изменилась, — произнес Четверг, подтверждая сказанное энергетическим зрением. В нем я все еще держал нож. — Это либо оптическое искажение, либо визуальная объемная деформация, не влияющая на изначальный предмет. Форма явно берется из мыслеобразов, но принцип действия мне не понятен. Недостаточно данных для анализа, недостаточно вычислительных мощностей для анализа. Попробуй провести еще тесты.

Попробовал представить, и у меня в руках тут же появился белый батончик синтетического пищевого блока из моего старого мира. Спустя несколько попыток нож принял форму обычного деревянного бруска. До этого пытался сделать из него веревку, было бы удобно намотать на запястье, но не получилось. При этом тактильные ощущения менялись вместе с визуальными. Разве что вес оставался прежним, либо я просто не ощущал разницу.

Спрятав «деревяшку» в карман, я посмотрел вверх. Оттуда как раз показалась троица наемников. Недоверчиво глянули на меня, и сурового вида мужик с копьем молча кивнул на проход, чтобы я шел первым.

Пожав плечами, шагнул обратно в подвал, но на этот раз все было тихо и спокойно. Цветочница вновь создала лозы со светящимися цветками и посмотрела на меня.

— Не управишься за час, дальше будешь в темноте таскать.

После чего удалилась куда-то наверх. Мы с мясом и наемниками принялись таскать из подвала ящики. Весь подвал был одним большим складом, разбитым на секции-помещения. Я сразу вызвался таскать из дальней части, на что надо мной лишь посмеялись.

Мол, дальше ходить придется. Но никто не был против. А я лишь отметил про себя средний уровень интеллекта в команде, остановившийся перед непреодолимым барьером, отличавшим обезьяну от камушка. Пока эти дебилы сделают три ходки вверх по лестнице, я успею притащить всего один предмет из дальних комнат.

Тащили не все подряд. Ящики с тряпьем, досками, хозяйственным инвентарем и прочий хлам с ветошью не трогали. Интерес представляли только полноценные предметы: картины, статуэтки, металлические пластины, кувшины, графины, гобелены с рисунками, медальоны, драгоценности, декоративное оружие и так далее. Что-то простое-бытовое можно было не брать.

Дойдя до дальней комнаты, я обнаружил торчащее из-под простыни тело. Рядом лежали ящики с ветошью. Простыни, наволочки