Барон фон дер Зайцев 4 - Андрей Готлибович Шопперт

лот — это не самые точные приборы, особенно если точной линейки с указанием сантиметров нет. Иоганн ею регулярно занимается. То на основе футов, то дюймов, которые у купцов иноземных и своих пытается добыть. В результате чего-то такое у него есть. Но это может и девяносто семь сантиметров и сто три, точнее, как определить?

Кроме подготовки приборов к плаванию, Иоганн решил и народ готовить к этому мероприятию. Новики плавать уже научены, рыбаков в конце лета Иоганн тоже ну хоть не плавать, как рыбы, но хоть несколько метров по собачьи проплыть научил. Зато зимой можно учить другому. И по часу в день со всей командой этим барончик занимался. Он с ними кувыркался. На снегу во дворе все дружно ныряли головой вперёд, кувыркались через неё. Закаляли вестибулярный аппарат. Всё равно при сильном волнении морская болезнь даст о себе знать, но хоть немного, а подготовятся. Легче её перенесут.

Событие тридцать третье

А ведь красота. Юго-западный ветер вынес их катамаран всего за один день сначала в Западную Двину, а потом и в Рижский залив. Ветер этот, как рыбаки его назвали «паужняк», был приличный, и «Ра-II» нёсся по рекам чуть не подпрыгивая над водой. А вот в заливе катамаран чуть ли не колом встал, нужно плыть на северо-запад к выходу из залива, и сразу этот «паужняк» из попутного превратился в проблемный. Паруса развернули и стали, как и показывают в кино про катамараны, плыть или идти на одном корпусе, а всей команде пришлось перебраться на второй, чтобы кораблик не перевернуло. При этом ещё и скорость прилично так упала.

— Плыть дальше будем, или к берегу пристанем? — барончик, как в кино про яхтсменов, схватился за канат, натянутый вместо фальшборта, и свесился над водой.

Бруно Бусс, которого из-за этой фамилии барончик про себя «Автобусом» называл, послюнявил палец, как настоящий морской волк и вытащил его на всеобщее обозрение. Палец, как палец, чуть крючковатый и красный с чёрными ногтями, нечем хвастаться. На самом деле у шкипера вполне морская фамилия. Бусс — это что-то типа нашего острова «Буяна» у дойчей и англов. Где-то есть, все про него рассказывают, но никто не видел.

Красота в самом деле. Огромный такой простор, в три стороны море, оно не голубое или там зелёное, как на картинках про острова всякие на югах, нет оно серое скорее, но вот в это время и при такой погоде — красивое. Солнце почти касается горизонта, на небе только редкие облака и с запада, куда они и направляются протянулась из бликов на воде жёлто-оранжевая дорожка. Она вся состоит из маленьких световых зайчиков, вся переливается и колышется. Хочется подплыть поближе и зачерпнуть этих огоньков в ведро.

— Дальше пойдём. Пока хоть что-то видно будет, а там можно якорь бросить, здесь не глубоко.

Бруно — это не самый опытный капитан. Он обычный рыбак из Риги и дальше того самого Висбю никогда не плавал. И туда-то только один раз и то штормом загнало.

Сегодня шторма не будет. Ветер есть, и он отлично подталкивал «Ра» в сторону Риги, а вот сейчас не совсем им по пути, нужно выбраться как можно быстрее из Рижского залива и приблизиться к шведским берегам, чтобы попасть вновь в попутные ветра и течения.

Бруно Бусс обещает за завтрашний день из Рижского залива выбраться. В верстах или милях он ничего определить не может. Плыть один день. Вот и все указания на расстояние и скорость.

И ведь точно так и получилось, лавируя галсами, и иногда вообще двигаясь только на вёслах, они к вечеру миновали мыс Ко́лкасрагс и вышли из Рижского залива в Балтийское море. И опять шли до самой темноты и даже в темноте немного, благо ночь лунная и звёзды светили, если бы впереди были скалы, то успели бы среагировать, бросить якорь и опустить паруса.

За следующий день дошли до Готланда и даже чуть проплыли на запад вдоль его северного берега. Якорь бросили, когда замок Висбю стало видно. В вечерних сумерках заходить в город не решились.

В порту было всего три корабля. И все три датские. Один военный и два купеческие. Кроме трёх коггов было ещё несколько небольших парусных корабликов или даже лодок, можно не сомневаясь обозвать их рыбачьими шаландами…

— А как такие лодки называются? Нужно себе такую на обратной дороге купить. Пусть наши корабелы посмотрят, как нужно строить лодки для рыбаков.

— Блекингсека. Что-то мне не нравится, Иоганн, как в порту засуетились.

Бусс стоял на мостике и вглядывался, прикрыв ладонью глаза от светящего с юго-востока солнца, в суету на пирсе. А там действительно все бегали и даже что-то типа коробочки из арбалетчиков построили.

Архиепископ фон Валленроде разрешил Иоганну на «Ра» использовать флаг Ливонии с девой Марией и Георгием Победоносцем. Он сейчас и развивался на ветру. Правда, развивался так себе. Ветер почти стих и катамаран скорее с помощью трех пар вёсел двигался к берегу, чем при помощи ветра.

— Мартин, нужно флаг натянуть, а то эти товарищи на причале нас из арбалетов обстреляют.

Флаг на флагштоке на носу правого корпуса Андрейка с Тимохой растянули, но суета в порту явно не унималась. Кого там могли датчане опасаться. С севера Швеция и она сейчас датская… часть Дании. С юга ганзейский союз, и он вроде как с Данией не воюет. Дальше Пруссия и Ливония — союзные Дании государства. И только самый кусочек Руси на востоке. За новгородский ушкуйников их принимают⁈

— Ушли бы вы с носа, — недовольно пробурчал Бруно, — а то пальнут со страху. Понять их можно, никто такого корабля ни разу не видел.

— Ладно. Давайте и правда отойдём на корму.

Иоганн спрятался за большой сундук, что стоял на середине мостика соединяющего корпуса катамарана. И вовремя. Почти сразу с берега полетели арбалетные стрелы.

Глава 12

Событие тридцать четвёртое

— А-а-а! — Бруно Бусс свалился на мостик. С грохотом свалился. Но видно не насмерть ранен, так как трупы не стонут и не матерятся на немецком. А этот товарищ донерветером не обошёлся и покрепче выдал, про свинячьих собак, фекалии и прочее и прочее. Рассказывая всё это… своим, датчане точно его услышать не могли, капитан Бусс закатился под бок к Иоганну за сундук огромный.

'Пятнадцать человек на сундук