Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

быстро спрятался за углом. Отвечая на мой испуг, в кровь хлынул вырабатываемый надпочечниками мощный поток адреналина. Уши заложило от скачка артериального давления, в теле появилась мелкая дрожь. Взбудораженные активным распадом гликогена мышцы требовали выхода энергии.

Усилием воли я заставил себя успокоиться и трезво взглянуть на ситуацию. Я опоздал, это и дураку понятно, клоны нашли доктора раньше меня. А это, мягко выражаясь, хреново. Мне теперь, что прикажите делать? Отбить Карского у толпы вооружённых мужиков? Как вариант.

Что самое обидное я знал, что раньше вполне мог это сделать. Раньше, но сейчас. После укола сыворотки я всё ещё чувствовал себя неважно. Как с тяжкого похмелья. Ходить, говорить мог, но давалось это с большим трудом. Из-за слабости меня то и дело кидало в пот, тошнило и мучала отдышка. Такого бойца школьник уделает, так что совсем не вариант.

И в этот момент мне на плечо легла чья-то рука. Душа рухнула в пятки и прежде чем обернуться, я успел подумать – «Подкрадываться со спины, уже становится дурной традицией».

***

И почему все любят меня пугать? Так и до инфаркта недалеко. Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить. Ещё бы по дереву постучать, но кроме панельной стены пятиэтажки и своей бестолковой головы под рукой ничего не оказалось.

Я медленно повернулся, ожидая увидеть кого угодно, начиная заблудившимся возле своего дома дедушкой с деменцией и заканчивая клонами тэрингов, но только не Алину…

Девушка, как всегда выглядела на все сто. Причёска, макияж, даже пальто успела где-то почистить. Настоящая женщина, истинная леди – чтобы не произошло, а внешний вид это святое. За такой должно быть мужики табунами ходят, и жребий тянут, кому сегодня выпадет честь открыть ей дверцу машины.

Единственное, что портило первое впечатление об идеале: припухлость изящного носика и тщательно затонированный небольшой синяк под глазом. Зная Алину можно смело предполагать, что совсем недавно она побыла в серьёзной переделке.

– Девушка, вы следите за мной? – данной иронией я старался скрыть свою радость от встречи с ней и облегчение, что это оказались не враги. – Предупреждаю, сердце моё не свободно.

Если Алина и поняла, что это была шутка, вида не показала. Скорее наоборот, совершенно неожиданно для меня отреагировала весьма агрессивно:

– Сочувствую той дуре, которая согласится быть с тобой.

– Спасибо на добром слове, – я тоже встал в позу. – По какой причине вынужден вновь лицезреть ваше милое личико? Где в этот раз согрешил?

– Не ёрничай, – сурово отчитала меня Алина.

Пипец. Ей значит можно, а мне нельзя. Вот до чего доводит феминизм и пропаганда неправильных сексуальных наклонностей. Совсем мужиков ни во что не ставят. Но не на того напала.

– А чё злая такая? Критические дни настали?

Алина зло сверкнула глазами. Знать не по вкусу пришлась ей моя подколка. Оно и понятно, приличные люди такое вслух не произносят. Пускай. Сама виновата. Не люблю, когда со мной разговаривают в подобном тоне. Становлюсь злым и жестоким.

– Дурак. И уши у тебя холодные, – всё ж таки она засмущалась. Наверное, угадал. – Ты как здесь оказался?

– Так же, как и ты. Мимо проходил, – я даже не сомневался, что на точно такой же мой встречный вопрос Алина ответит именно так.

На тот момент я ещё не знал через что ей пришлось пройти, чтобы вызволить меня из рук тэрингов. И мог хамить без зазрения совести нисколько не комплексуя, что передо мной дама. Насколько я мог доверять своим обрывчатым и весьма туманным воспоминаниям находящимся скорее на уровне подсознательных ощущений – эта дама одна стоит целого отделения спецназа.

Это уже потом Алина рассказала мне о том, как сначала вышла на «Кастета», а ночью с помощью чистильщиков устроила засаду на лесопилке и смогла проследить за клонами до дома Карского. И всё ради меня. Точнее ради ключей от проекта, но это уже частности. На которые, при желании, внимание можно и не обращать.

– Как ты сбежал? – до Алины, наконец, дошло, что меня не на прогулку возле дома вывели, и она начала задавать правильные вопросы. – Отпустили?

Ох и не нравится мне этот подозрительный прищур её красивых глаз… Намёк на предательство почудился мне в её взгляде. Словно я, сволочь такая, взял и отдал в руки врага то за чем он так долго охотился, чем и купил себе жизнь и свободу. А может и того хуже – выдал страшную военную тайну.

Паранойя – скажите вы. И возможно окажетесь правы. Головой меня приложило знатно.

– Ты сама-то поняла, что сказала? – я слегка добавил в голос немного праведного возмущения. – Когда это тэринги нашего брата живым отпускали? Клоны – пристрелят, ящеры – съедят.

Оп-па, они ещё и ящеры. Я ведь сказал этакой скороговоркой. На автомате. Особо не задумываясь о самой фразе. Как-то само собой получилось. А вот Алина, похоже, поняла, что Михаил с потерей памяти такого произнести не мог.

– И как давно к тебе память вернулась?

Ага, вернулась, как же?! Из всего прогресса – пару мутных отрывков, да открывшаяся способность ляпнуть несколько совершенно непонятных мне слов из прошлой жизни.

– Ночью, – пожал я плечами. – Как только сыворотку правды из слюны Гршкар ввели, так сразу что-то вспоминать начал.

Алина даже рот открыла от удивления. Настолько её шокировало моё признание. Однако очень быстро шок сменился недоверием.

– Врёшь! – категорично заявила девушка. – Ты не мог выжить после укола Гршкара.

Обидно, чёрт возьми, когда тебе не верят. Сразу портится настроение, которого и так не было. Возникает непреодолимое желание в очередной раз нахамить и послать по всем известному адресу.

– Не хочешь, не верь, – я изо всех сил старался скрыть своё раздражение. И без неё башка на части раскалывается, а состояние хоть на месте падай. – Так и будем пререкаться или делом займёмся?

– Дела подождут, – сказала, как отрезала. – Нам нужно срочно возвращаться в Москву.

– Не могу, – я отрицательно покачал головой.

– Почему?

Красавица, похоже, начала злиться. Вон, как брови насупила. Глазами так и сверкает. Надо же, беспредел какой – холоп госпоже посмел перечить. Утрирую, конечно, в силу плохого настроения, но не много.

– Ключи от проекта у Карского. Надо забрать, – проворчал я глядя ей прямо в глаза. Посмотрим, что теперь ты скажешь.

Реакция было весьма нестандартной.

– Кто это? –