Истинная творца - Натали Нил

— Ты не будешь на меня сердиться?

Ян, улыбаясь, покачал головой.

— Ты всё ещё такой ребёнок…

Лёгкий ветерок дунул им в лицо, раздувая шикарные белые волосы. Ливия снова засмеялась.

— Мне так хорошо здесь.

Адмирал кивнул.

— Лидан хотел создать планету-мечту, планету-радость. Твоей маме здесь тоже очень нравится. Лидан полностью готов принимать гостей. Император уже давно настаивает на её открытии. Думаю, мой брат и для вас создаст планету где-нибудь в самом красивом уголке Вселенной. Только для вас…

В душе Ливии шевельнулась тоска.

— Думаешь, он меня простит?

Отец заложил руки за спину и поднял глаза к небу.

— Невозможно не простить истинную, что бы она ни сказала, что бы ни сделала. Истинная – это твоя душа, твоё сердце, твоё всё. Просто верь в это, детка. Однажды всё будет хорошо.

Ливия выдохнула. Суровый адмирал редко говорил красивые слова. Сейчас ей очень хотелось верить ему.

— А Первый? Он простит меня когда-нибудь?

Адмирал серьёзно смотрел в глаза дочери.

— Никто не знает, что думает или что сделает Первый. Он умеет быть мстительным, но может быть и очень великодушным… Очень. — Ян коснулся пальцами сверкающего на запястье браслета истинности.

Ливия набрала полную грудь свежего, прохладного воздуха и с шумом выдохнула.

— Пойдём отдыхать Ливия. Завтра тебе понадобятся силы. Ты должна быть свежей и спокойной. Не думай ни о чём. Всё будет так, как надо.

Но Ливия долго стояла у окна с видом на океан в комнате, где когда-то жила её мать. Лидан давно уже заливал удивительный серебристый свет ночного светила, делая всё вокруг нереальным.

Наконец, вздохнув в очередной раз, легла в постель. Привычно создала сферу из потоков тонких энергий, «окунула» в неё лицо и через минуту уже спала спокойным сном.

Завтра ей предстояла серьёзная работа…

Глава 33.

Утром Ливия стояла у открытого окна и смотрела на океан. Как всё сложно… и страшно. Нет, она верила в свои силы, но знала, что иногда любая сила может быть бесполезной. От этого осознания по всему телу пробегали мерзкие мурашки липкого ужаса.

В неосознанном жесте Ливия сложила руки у груди. Бледные губы шепнули:

— Первый, прошу тебя! Не за себя… Пусть один из лучших твоих сыновей живёт. Пусть просто вернётся. Прошу тебя… дай мне сил и воли вернуть его. Прошу…

Её губы тихо шептали просьбу, а по щекам катились слёзы. Она бы так и стояла, если бы за нею не пришёл адмирал. Их уже ждали в медицинском отсеке исследовательского центра.

*****

Ливия стояла у медицинской капсулы, окружённой множеством интерактивных мерцающих экранов и тонких манипуляторов, плавно двигающихся в воздухе. Светящиеся индикаторы то вспыхивали, то затухали, словно искин капсулы тоже решал — позволить ли ей коснуться Лидана или нет. В воздухе пахло стерильным металлом, холодными антисептиками и электрическими разрядами.

В медицинском отсеке было слишком тихо, напряжение давило на виски. Сегодня здесь было много алланийцев, но всех сковывало напряжённое молчание. То, что хотела сделать Ливия, никто ещё не делал. Нет, все знали, что дар Первого — привилегия, дающая превосходство даже над совершенными искинами. Но тревога и невысказанное сомнение терзали всех. Ведь это не просто операция — это попытка вырвать Лидана из небытия, из реальности, в которой он застрял. Это почти волшебство, которому давно не было места в современной Ал-Лани.

В центре комнаты возвышалась капсула с Лиданом. Как все последние месяцы он был неподвижен, его грудь медленно поднималась и опускалась под контролем аппарата дыхания. Без движения, без признаков жизни — только ритмичное мерцание показателей на виртуальных мониторах.

Между пустой капсулой, где лежала Ливия и капсулой Творца располагался особый прибор — ментальный мост, который когда-то сам Лидан сконструировал. Именно он позволил им соединиться в том, не совсем понятном мире, где они провели столько времени вместе… Теперь этот же прибор был тем убежищем, где спрятал своё сознание Лидан. Именно этот прибор Тайр должен был отключить по знаку Ливии.

— Вы уверены, что сможете? — Ливия посмотрела на Тайра, её голос звучал холодно и отстранённо. Она уже вся была в том, что должна сделать.

Тайр медлил, пальцы зависли над управляющей панелью. На экране мелькали сложные графики активности нейросетей, которые он внимательно изучал.

— Я не уверен. — наконец ответил Тайр. — Сознание Творца может остаться за пределами тела. Этот мост удерживает его в стабильности, но если я отключу его слишком рано или резко…

— Он может исчезнуть. — закончила за него Ливия, и по её коже пробежал холод.

— Именно. И поэтому я против. — Тайр сузил глаза, готовый снова вступить в дискуссию. — Ты играешь в Бога, Ливия. Если мы вмешаемся, мы можем потерять его навсегда.

— Если мы не попробуем, мы потеряем его в любом случае! — на щеках Ливии проступил лёгкий румянец, но она твёрдо смотрела прямо в глаза друга и соратника Лидана.

Эмра тихо вздохнула, наблюдая за их спором. Она знала, что Ливия не отступит, и упорство Тайра больше раздражало, чем вызывало уважение.

— Тайр, — спокойный и властный голос адмирала заставил всех посмотреть на него, — отойди, пожалуйста от «моста». Эмра, занимай его место.

Глаза Тайра вспыхнули гневом, но Ян Ал-Тэддис поднял руку, останавливая слова, готовые сорваться с губ Тайра:

— Прости, Тайр. Я не сомневаюсь в твоей компетенции и любви к моему брату. Но именно это может сыграть против Лидана, когда Ливия даст знак. Ты будешь сомневаться и тогда. Ты будешь медлить… От имени его величества императора Найри, я при... прошу тебя уступить место Эмре.

Тайр лишь на мгновение прикрыл веки, пряча боль и гнев. Ему пришлось принять правду. Их конфликт с Ливией, действительно мог стать проблемой для Творца.

— Хорошо. — сказал твёрдо, сжав челюсти, и уступил место у экранов коллеге.

Эмра медленно провела рукой над сенсорной панелью, активируя вход в управление. Экран мигнул предупреждающим сигналом.

— Давай, девочка. — ободряюще улыбнулась Ливии. — Мы справимся.

Ливия благодарно кивнула в ответ. Прозрачная крышка плавно «уплыла» вверх, открывая доступ к телу Лидана. Минуту Ливия рассматривала красивое, спокойное лицо истинного, прошлась по рукам, коснулась взглядом изящных длинных пальцев, вспомнила, как он обнимал её там, на