Обратники - Наташа Эвс

ее рта и носа начал выходить дым, и в тот момент я испугался, понимая, что все это исходит от хрупкой девушки. Мы застыли от неожиданности, зрелище было потрясающее и ужасающее одновременно.

Мия источала огромную силу, которой она стала отодвигать стены, расширяя пространство вокруг себя. Отдалялись и застывшие синие монстры, и даже мы. Каким образом это происходило, разобрать было сложно, но глядя на девушку посреди комнаты, становилось понятно: ей пришлось применить неимоверную мощь. Сама Мия превратилась в сгусток мегаэнергии, ее почерневшие глаза, не мигая, обводили пространство, темный дым продолжал выходить из носа и рта, а волосы поднимались и плавали в воздухе, словно водоросли в море.

Сопротивление хрупкой блондинки и некой силы извне, которая творила с нами последние испытания, походило на противоборство власти. Кто кого? И хоть зрелище выглядело ужасающе, я хотел, чтобы это поскорее закончилось победой на нашей стороне. Думаю, все желали этого, опешив и открыв рот.

Вдруг раздался страшный рев, источник которого проследить было трудно, Мия тут же резко взмахнула руками, как бы из последних сил, и стены комнаты разлетелись на куски, освобождая нас от заточения. Хищники в этот момент, как по команде, исчезли сквозь обломки стен, оставив нас в потрясенном состоянии. Черный дым, все это время не отходивший далеко от лица Мии, вернулся обратно, войдя через нос и рот, после чего она упала без сил и сознания.

Чтобы не терять времени, я взял на руки нашу спасительницу и двинулся искать выход, ребята последовали за мной.

Мы выбрались из лабиринта благодаря «навигации» Стефании и Николь, оказавшись в зале, где нам вставляли линзы. Неожиданно навстречу вышел Томас, на которого тут же бросился разъяренный Януш.

— Какого хрена вы творите⁈ — зарычал он. — Что вы хотели с нами сделать? Хотели, чтобы мы там все полегли?

Томас спокойно отцепил руки Яна от своей рубашки и неопределенно качнул головой:

— Для этого мы бы не стали так усиленно мудрствовать.

— Браво, друзья! — неторопливо похлопал вошедший Валентин. — Первый серьезный тест на отлично!

Взглянув на меня, он хотел что-то добавить, но я резко остановил:

— Никаких разговоров! Требую оставить нас.

С этими словами я пронес Мию к выходу и ушел в свой корпус.

Глава 7

Секреты Мии

Если это произойдет, убей меня

После странной сцены на тесте я отнес Мию в ее комнату, к тому времени она стала приходить в себя. По моей просьбе ребята вышли за дверь, и я осторожно поинтересовался:

— Как ты? С тобой все нормально?

Мия перевела на меня взгляд и подавленно ответила:

— Очень хочу спать. Прости. — Потом она отвернулась и вся сжалась, закрыв глаза.

Накрыв нашу спасительницу мягким одеялом, я вышел с намерением поговорить с Валентином.

Он ждал меня, медленно шагая по коридору левого корпуса, и при встрече пригласил в одну из комнат молчаливым жестом.

— Не хочешь объясниться? — спросил я, встав перед родственником, который расслабленно опустился в кресло.

— Хочу, — ответил он, улыбаясь. — Вы потрясающие.

— Что это было вообще? Что вы с нами хотели сделать?

— Это первый серьезный тест, и вы прошли его очень показательно, — довольно заметил Валентин.

— Тест? Вы издеваетесь?

— Ничуть. Закаляем вас. Взращиваем.

— Мы же могли пострадать!

— Я бы этого не допустил. Поверь.

— Что за странные люди обитают у вас? Зачем вы травите их нами?

Валентин снисходительно покачал головой:

— Дорогой брат, а читал ли ты договор? Сдается мне, что этот документ совсем тобой не изучен. Советую. Особенно часть третью, шестой пункт.

Я осекся, потому что действительно толком не знал, из чего состоит наш договор. Но в любом случае, то, чему нас подвергли на тесте — чудовищно.

— Не имеет значения, изучу я все пункты или нет, результат от этого не изменится. У тебя давно созрел план на нас. И независимо от исхода, с острова мы уехать не сможем.

Валентин поднялся и подошел, положив руку на мое плечо, как делал каждый раз для особого выражения отношения. Его темные глаза поймали мой взгляд, снова повергая в дрожь, и я сразу почувствовал мощную силу своего забытого родственника.

— Брат, буду честен: мне не хочется расставаться с тобой, — сказал он. — Немного подожди, и ты меня поймешь. Я буду мягок с тобой, обещаю.

Ответ Валентина заставил меня содрогнуться. Рядом с этим человеком моя воля и сила подавлялись до нулевого уровня. Но события теста потрясли меня до глубины души, и я решился на просьбу.

— Тебе ведь нужен я. Согласен остаться с тобой, но остальных отпусти. Сотри им память об острове, если нужно, только пусть уезжают. Я буду с тобой до последнего дня.

Крепко сжав пальцами мое плечо, Валентин улыбнулся.

— Мы заключили восемь договоров, брат. Восемь. Эти люди мне нужны. Ты ведь не думаешь, что из миллиардов душ на земле этих семерых я выбрал случайным жребием? Ты знаешь. Ты помнишь. Только не имеешь смелости открыть в себе ту память полностью.

— О чем ты?

— Ты знаешь, о чем.

— Я не хочу вспоминать это. Не хочу… Но если согласишься на мои условия — сделаю, как ты хочешь.

— Марк, ты видел Мию? — Валентин отпустил мое плечо и пошел по комнате. — Разве я могу остаться без нее? Это сокровище, и для него есть почетное место.

— Ты отказываешь мне? — сухо спросил я, поняв направление мыслей своего родственника.

— Брат, иди, отдохни, присоединяйся к своим друзьям. Вам предстоит еще много работы. Береги силы.

Мне осталось развернуться и уйти, потому что продолжать разговор сейчас было бессмысленно. Валентин играл со мной. Обладая абсолютной властью на острове и, уверен, далеко за пределами, этот человек просто ждал, когда я сдамся, когда сломаюсь или просто потянусь к нему в связи со своей поврежденностью. И, зная это, я готов был оставить себя в обмен на тех семерых ребят, ведь мне хорошо известна ситуация, в которую мы попали. Казалось, они страдают за меня. И совсем не хотелось видеть их отчаянную борьбу на тестах, видеть, как их мучают и вырабатывают в них что-то страшное, подобное которому случилось с Мией.

Незаметно для себя я добрел до ограды территории и опустился в траву. Хотелось закрыть глаза, а открыть их дома, или где угодно, только не на этом страшном острове. Отмотать пленку назад.

Где-то близко грань отчаяния. Сейчас мне бы очень хотелось поговорить с отцом, ведь он был моим духовным наставником с самого детства, он воспитывал во мне стержень воина и понимал, как никто другой.