Клевер желаний - Елена Теплая

по лицу. Кожа горела, в голове звенело, а во рту появился солоноватый вкус. — Будешь ещё сопротивляться? — прошипел этот урод у моего уха. Я ничего ответить не могла. Вцепилась в его руку ногтями. — Ах, ты сучка! — он со всего маха ударил меня еще раз по лицу, и я отлетела к сеновалу. Перед глазами пошли тёмные круги. Я сквозь туман увидела, как он приближается ко мне. Этот боров схватил меня за ноги, задрал юбку, и я услышала, как затрещала ткань. — Нееееет! — закричала я, ударила пяткой в его лицо, что-то щёлкнуло в голове, и темнота меня поглотила.

27 глава

Приходила в себя я тяжело. У меня всё болело. Я хотела пить, горло пересохло и саднило. Я попробовала открыть глаза, но всё плыло, и единственное, что я смогла увидеть, что было светло. Значит, сейчас день. — Пить, — пыталась сказать я, но слышала только сипы. Кто-то поднял мою голову и поднёс к губам кружку с прохладной водой. Я жадно глотала её. Потом на лоб мне легла мокрая ткань. От этого мне стало легче. Я пыталась вспомнить, что со мной произошло вчера или сегодня. Этот урод пытался меня изнасиловать. Хорошо, что я ничего не помню. Я поморщилась, и кто-то погладил мою руку. Я пыталась открыть глаза, чтобы увидеть кто-то это, но они слезились и толком рассмотреть ничего не удавалось. Я облизала потрескавшиеся губы. — Девочка моя, всё хорошо. Ты очнулась, слава Богу, — я услышала старый сиплый голос.

Кто это говорил, я не могла понять. Мне был этот человек не знаком. Да и неважно. Главное, что я не слышу, что тут этот толстый урод рядом. Болело всё, как будто меня вчера избили. Спина, ноги, руки, даже шею было тяжело повернуть в сторону. Неужели наша борьба так тяжело отразилась на моих мышцах. Я слышала шёпот в комнате. Кто-то ходил по комнате и с кем-то разговаривал. Не могла разобрать слов. Потом меня опять погладили по руке. Кто-то явно переживал за меня. Может, он отвёз меня к моим родным в деревню? Но матушка так со мной не разговаривала никогда, а на голос сестры это не было похоже. Странно. Мне опять положили влажное полотно на лоб и снова поднесли чашку ко рту. Теперь это был тёплый бульон. — Пей, это придаст тебе сил, и ты вскоре встанешь, а там и муж приедет. От слова муж я поморщилась. Значит, он уехал. Отлично, теперь нужно как можно скорее встать на ноги и сбежать от этого урода. Я жадно пила бульон. Пусть я не могу увидеть, кто так обо мне заботится, но то, что этот урод уехал, уже замечательная новость. Значит, я могу хоть чуть-чуть расслабиться и уснуть. Я провалилась в тяжёлый сон. Почему-то мне снилась жена Александра, которая упала с лестницы. Я чувствовала каждый удар, который испытала она, и мне стало ее жалко. Видимо, совесть меня мучила за то, что произошло. Потом это жуткое лицо Барталомео, который улыбался и ухмылялся. Меньше всего мне хотелось это видеть, и я опять проснулась.

Я распахнула глаза и замерла. Было темно.

Надо мной висел балдахин, я повернула голову и увидела камин. Такой же, как в замке.

Меня вернули в замок? Но зачем? Я лежала на большой кровати. В комнате было темно, и свет одинокой свечи не давал всё рассмотреть. Но это явно недеревенская хата, в которую меня привёз Барталомео. А может это его дом?

Он же ремесленник и Мирел говорила, что богат. Может, пока я была в отключке, он приволок меня к себе и теперь за мной ухаживают, а сам куда-то уехал.

Я сжала губы. Мне меньше всего хотелось быть тут. Я попыталась перевернуться набок, потому что голова кружилась, но всё жутко болело. Вот сволочь! — ругала я его, а у само́й от жалости к себе скатилась слеза. Я закрыла глаза и опять провалилась в сон. Мне нужны силы, и я буду их набираться, пока не появится возможность сбежать от этого урода. Нужно будет хитростью выкрасть у него деньги и уехать как можно дальше. Завтра начну собирать информацию обо всём вокруг.

Я проснулась, свет я увидела сквозь ресницы. Я приоткрыла глаза и начала рассматривать комнату. В камине потрескивали дрова, и незнакомая девушка что-то складывала на столе. Вторая склонилась на стуле над одеждой и, видимо, что-то вышивала. Я повернула голову и начала рассматривать комнату при свете дня. Увидела на стенах пару гобеленов, балдахин был украшен кисточками из нитей. Рядом со мной я увидела полукруглое кресло с мягкой подушечкой. Комната явна была обставлена с любовью к роскоши. Голова не болела, но немного кружилась. Видимо, эта сволочь меня избила так, что у меня сотрясение мозга. Я постаралась перевернуться набок, насколько это возможно. Служанки заметили моё шевеление, побросали свои заботы и кинулись ко мне: — Госпожа, осторожно, вам нужно спокойно отдыхать. Не нужно делать лишние движения. Чудо, что вы очнулись. Сказать, что я удивилась такому отношению — это ничего не сказать. Муж сволочь, но то, что вокруг меня скачут эти девушки, было немного странновато, ну и фиг с ними. Хоть что-то приятное во всём этом. Пока он в отъезде, хоть немного расслаблюсь. — Пить, — прохрипела я. Одна из них сразу схватила кружку и поднесла к моим губам.

— Госпожа, мы завтрак принесли вам. — Что там? — Похлёбка с мясом и овощами. Вам нужно набираться сил. Ведь нужно выносить для господина наследника.

«Только этого мне ещё не хватает, — подумала я, — забеременеть от этого придурка!” Я кивнула, что буду есть. Они подняли мне подушки и поставили тарелку на колени, постелив тонкое полотенце.

Еда была вкусная. Мне понравилось и хотелось поскорее, пока этот урод не вернулся, встать на ноги. Я ела медленно, потому что боялась, что меня начнёт тошнить и тогда будут хуже. Организм после голодовки, всегда тяжело восстанавливается. Как только они забрали у меня миску, тут же подали какой-то травяной взвар. Я поморщилась. — Это ваша матушка приготовила, она сказала, что вы очень быстро пойдёте на поправку. — Матушка? Она здесь? Они удивлено на меня посмотрели и кивнули. — А Мирел тоже приехала? — они переглянулись и пожали плечами. — Кто это госпожа? — Моя сестра. Девушки поджали губы: — Но с вами приехал только брат, сейчас он с господином уехал. Брат. Значит, матушку привёз брат,