Архивариус его величества - Светлана Богдановна Шёпот

всех, кто так или иначе претендовал на какую-либо работу в такой близости от его величества. Но иного выхода не было, поэтому мне оставалось лишь надеяться на слепой случай и удачу.

Был еще один выход из ситуации.

Мы могли затаиться в столице, устроиться на работу под другими именами куда-нибудь еще и сделать вид, что никто из нас не имел никакого отношения к некой Ариане Данмрак.

Нам нужно было лишь подождать, когда ситуация в королевстве изменится и герцог сделает ход. Если король выстоит и Вальдрога поймают, тогда мы сможем дать о себе знать, выступив свидетелями на суде. К тому моменту нашим словам уже не понадобятся доказательства. Они сами по себе станут ценными.

Вот только существовал шанс, что герцог, независимо от того, что он задумал, сможет победить. И тогда жизнь в столице станет для нас еще более опасной.

Впрочем, мы в любой момент могли покинуть город. Да и Элендор не был единственным королевством.

– Мне не следует приближаться к замку, – привлек внимание сэр Эрмонд.

Я кивнула. Его ситуация действительно была такой же сложной, как и моя. Он был рыцарем и сыном барона, пусть и третьим, а это означало, что в замке могли иметься люди, которые знали, кому он раньше служил.

Как только его узнают, то люди герцога сразу обратят на него внимание. То, что таковые в замке имелись, не было никаких сомнений. После этого сэра Эрмонда могло ждать лишь суровое наказание за предательство. Лишение титула, анафема и публичное порицание – лишь малость, которой можно было страшиться. В худшем случае его могли казнить.

– Я думаю, что вам следует затаиться, – предложила, понимая, что помощи в их деле со стороны сэра Эрмонда ждать не стоило.

Он мог защитить в лесу от бандитов, но здесь, в столице, его навыки владения мечом ничего не решали. В конце концов, замок был полон искусных рыцарей.

Сэр Эрмонд кивнул. Хотя и было видно, что ему не нравилось прятаться, но он не был глуп и понимал, что безрассудство могло лишь усугубить проблему.

– Меня тоже не возьмут, – со вздохом произнес Брон. – Я слишком стар, чтобы претендовать на работу в замке.

– А у меня нет связей, – заметила Хэзель расстроенным голосом. – Вряд ли они возьмут кого-то с улицы без рекомендаций.

Я была вынуждена согласиться. Нам не стоило надеяться, что нас кто-то будет ждать там с раскрытыми объятиями. У чужаков без денег и связей не было ни шанса.

Обо мне речь вообще не шла. По нескольким причинам. Во-первых, Ариана ранее бывала в замке, и некоторые аристократы ее хорошо знали, а значит, могли узнать меня. Во-вторых, как и у Хэзель, у меня не было связей, которые могли помочь мне устроиться.

Из всего этого напрашивался один вывод – пока мы не могли рассчитывать подобраться к королю слишком близко.

– Предлагаю, подождать, – произнесла я. – Мы можем найти какую-нибудь простую работу где-нибудь поблизости, чтобы иметь доступ к замковым слухам. Уверена, когда-нибудь у нас появится шанс приблизиться к нашей цели.

– Вот это более реально, – согласился Брон. – Я могу устроиться в какую-нибудь конюшню при таверне. Там всегда нужны знающие люди. И тогда получится пристроить наших лошадей.

Я согласилась с ним. Нам действительно нельзя было забывать о животных. Им требовалась каждодневная еда и крыша над головой. А за это нужно было платить.

– Я попробую наняться охранником куда-нибудь, – не слишком уверенно сказал сэр Эрмонд.

Я бросила быстрый взгляд на щит, который сейчас был прислонен к ножке стола. Рыцарь везде носил его с собой.

– Думаю, вам стоит пока спрятать его, – предложила, опасаясь, что тем самым могу задеть его честь. – Он слишком приметный и может выдать вас.

Рыцарь нахмурился, но потом все-таки согласился. Я выдохнула с облегчением и посмотрела на Хэзель.

– Мы попробуем наняться подавальщицами, – сказала я. Это была самая простая и логичная для нас работа.

Судя по лицу Хэзель, мой план ей совсем не понравился, но возражать она все-таки не стала.

На следующий день после завтрака мы покинули безымянную таверну и отправились на охоту за работой. Нашей целью были таверны, находящиеся как можно ближе к королевскому замку.

Отыскав подходящую, мы с Хэзель переглянулись и дружно вошли внутрь.

– Работа? – спросил трактирщик. Он имел более приличный вид, чем его коллега, но не сильно. Его рубашка была чуть чище, как и кожаный фартук, но вот руки выглядели ужасно грязными, а волосы с бородой – нечесаными. – Лишние руки не помешают, – произнес он задумчиво и поглядел на меня. – Вот только справитесь ли вы? Какая-то ты хилая уж больно.

Хэзель рядом надулась, явно желая возразить, но я дернула ее за рукав, останавливая.

– Справлюсь, не сомневайтесь, – заверила его и мило улыбнулась.

Трактирщик прищурился и еще раз оглядел меня. В этот раз в его взгляде можно было заметить иные оттенки. Кажется, теперь он оценивал меня не как человека, который должен был таскать от рассвета до заката тяжелые подносы, а в совсем ином качестве.

– Пять медных монет в день, – согласился он. Я не могла поверить, что нам повезло в первом же заведении, куда мы обратились. – Коли негде ночевать, то можете спать либо на полу на кухне, либо на конюшне. Оплата – одна медная монета в сутки. Ежели захотите предоставлять клиентам особые услуги, то мне половина.

Мне не нужно было объяснять, что за «особые услуги». Все и так было предельно ясно. Впрочем, он вполне мог иметь в виду массаж или стирку одежды.

Хэзель снова собиралась возмутиться, но я вновь дернула ее за рукав. Она бросила на меня недовольный взгляд, а затем посмотрела на трактирщика, как на личного врага.

– Согласна, – сказала я. – Что насчет еды?

– Можно брать остатки на кухне, – ответил мужчина. – За них тоже придется заплатить монету в день.

Хэзель зашипела, бросая на трактирщика гневные взгляды. Но тот лишь флегматично посмотрел на нее и вздернул бровь, словно говоря, что это не он к ним пришел.

– Решайте скорее, – поторопил он их. – Дел полно. Некогда мне языком чесать.

Прежде чем согласиться, я еще раз все обдумала. Да, оплата не была высокой, но расположение таверны оказалось идеальным.

Сюда не забредали рыцари и дворяне, зато цены привлекали замковых слуг.