Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

— То есть, ты будешь стоять в сторонке и бренчать на балалайке, а я должен лезть голым прессом в эпицентр торнадо и раздвигать ураган руками? — уточнил я, чувствуя, как дергается левый глаз.

— Именно! — Венти просиял так, словно только что предложил мне путевку на курорт. — Командная работа!

Я перевел взгляд на Дилюка, ища поддержки у единственного адекватного (относительно) человека в этой пати.

— Бэтмен, скажи мне, что у тебя есть план «Б». Например, закидать купол взрывчаткой или прокопать туннель.

Мастер Рагнвиндр скрестил руки на груди и невозмутимо ответил:

— План барда звучит безумно, антинаучно и крайне опасно для твоего здоровья.

— Во-о-от! — обрадовался я. — Голос разума!

— Поэтому мы так и поступим, — закончил Дилюк, слегка приподняв уголки губ. — Я буду прикрывать вас от возможных атак Ордена Бездны, пока вы будете взламывать барьер.

Я уставился на них обоих. Один — зеленый тролль с манией величия, второй — садист с двуручным мечом.

— Я вас ненавижу, — с чувством сказал я, разминая плечи и направляясь к краю обрыва, где ветер уже начинал сбивать с ног. — Если меня унесет в Селестию я плюну на вас сверху.

Я тяжело вздохнул, мысленно прощаясь с остатками своего достоинства, и пошел вперед. С каждым шагом к краю обрыва ветер усиливался, сначала он просто трепал мои серебристые волосы, затем начал настойчиво толкать в грудь, а когда мы спустились по узкой тропе к самому подножию ураганного купола, превратился в плотную, ревущую стену. Рядом с ветром казалось что я сейчас взлечу, как воздушный змей-переросток. Я шел, наклонившись вперед под углом в сорок пять градусов, упираясь ногами в каменистую землю, чтобы меня просто не сдуло обратно в Вольфендом.

— Питер Пэн! — заорал я, перекрывая вой бури. — Если ты сейчас не начнёшь играть, я развернусь и уйду открывать шаурмичную в Ли Юэ!

Венти, который, казалось, вообще не чувствовал сопротивления ветра (читер Анемо-архонтский), кивнул. Он встал в красивую позу, поднял «Бесструнную» и ударил по струнам. Я ожидал чего угодно, эпичного запила, громких аккордов, которые перекроют шум урагана. Но звук лиры был настолько тихим и чистым, что он не пытался перекричать бурю — он проскользнул сквозь нее. Мелодия была странной, щемяще-грустной и невероятно древней.

И самое безумное — это сработало.

Стена спрессованного воздуха прямо передо мной внезапно пошла рябью. Рев ветра изменил тональность, стал менее агрессивным, словно ураган на секунду прислушался к музыке. В плотном барьере образовалась небольшая вмятина, где потоки воздуха двигались чуть медленнее.

— Сейчас, Странник! — крикнул Дилюк, вставая спиной к нам и обнажая свой пылающий клеймор, готовый отразить любую атаку извне. — Бей в центр!

— Легко сказать! — прохрипел я.

Я подошёл вплотную к барьеру. Воздух здесь был как большая патока, я поднял обе руки, чувствуя, как Глаз Бога на бедре раскалился, пульсируя бирюзовым светом.

— Ну давай, гача-магия, не подведи, — пробормотал я.

Я вонзил руки прямо в ревущую стену ветра. Ощущение было такое, будто я засунул пальцы в работающую промышленную мясорубку. Ветер рвал, тянул, пытался вывернуть мне суставы. Моя 70-процентная защита работала на пределе: я не получал физических ран, но давление было колоссальным.

— А-а-а-а! — я зарычал сквозь стиснутые зубы, напрягая все мышцы своего идеального пресса.

Я начал разводить руки в стороны. Медленно, миллиметр за миллиметром. Анемо энергия из Глаза Бога хлестала по моим венам, сталкиваясь с хаосом барьера. Я буквально разрывал ураган голыми руками.

«Господи, — пронеслась в голове паническая мысль, — если я сейчас чихну или отвлекусь, меня разорвет на атомы, и даже Система не успеет меня воскресить!»

Но мелодия Венти продолжала звучать, резонируя с моей магией. Барьер поддавался, вмятина превратилась в трещину, трещина — в дыру. Я упёрся ногой в землю, издал нечленораздельный вопль грузчика, поднимающего рояль на пятый этаж без лифта, и резко рванул руки в стороны до упора.

БАБАХ!

Раздался звук лопнувшей струны космических масштабов. Барьер перед нами разошелся, образовав круглый, мерцающий проход метра три в диаметре. Края дыры бешено вращались, пытаясь сомкнуться обратно, но моя Анемо-энергия, подпитываемая лирой, держала их открытыми.

— Проход готов! — гаркнул я, тяжело дыша и чувствуя, как по лицу катится пот. Руки дрожали от напряжения. — Заходите, билеты проверены! Только быстро, я эту херню долго не удержу!

Венти юркнул в проход первым, даже не перестав играть. Дилюк, бросив быстрый взгляд на периметр, шагнул следом, его плащ мелькнул в проеме. Я стиснул зубы и, сделав последний рывок, прыгнул в дыру сам, одновременно отпуская контроль над магией.

Барьер за моей спиной захлопнулся с оглушительным хлопком, отрезая нас от внешнего мира. Я кубарем покатился по пыльной каменной кладке… мы были внутри. Я приоткрыл один глаз и посмотрел наверх. Небо здесь было еще темнее, а гигантские башни старого Мондштадта, полуразрушенные и оплетенные светящимися ветряными потоками, уходили куда-то в бесконечность.

— Ну что, — прохрипел я, садясь и отряхиваясь от многовековой пыли. — Мы в логове.

Я уселся прямо на пыльные камни, скрестив ноги по-турецки, и окинул взглядом открывшуюся нам картину. Логово Ужаса Бури изнутри выглядело именно так, как я его себе и представлял: как влажная мечта безумного архитектора, который искренне и глубоко ненавидел людей. Огромные, полуразрушенные мосты висели в воздухе под совершенно невозможными углами, бросая вызов всем законам физики. Колонны, толщиной с хороший вековой дуб, были переломаны пополам, словно сухие спички. А в самом центре этой хаотичной композиции возвышалась циклопическая башня, окруженная кольцами светящихся ветряных потоков и парящими платформами.

— Ну, добро пожаловать в древний Мондштадт, — торжественно, хотя и с легкой ноткой грусти, произнес Венти, обводя руины изящным жестом. — Когда-то здесь правил Декабриан, а теперь это обитель скорби.

— Обитель скорби и тотального отсутствия лифтов, — мрачно поправил я, поднимаясь на ноги. — Я так понимаю, нам вон на ту самую высокую хреновину в центре?

— Именно! — бард радостно кивнул, его косички забавно подпрыгнули. — Двалин отдыхает на самой вершине башни.

— А лестницы, конечно же, разрушены до основания, — я тяжело вздохнул, предчувствуя надвигающийся хардкорный симулятор кузнечика. — И нам придется прыгать по этим парящим огрызкам камней, ловить ветряные потоки и горячо надеяться, что нас не сдует в пропасть.

Дилюк, который уже успел по-военному четко осмотреть ближайшие подступы к башне, вернулся к нам. Его лицо, как обычно, не выражало абсолютно ничего, кроме суровой решимости и легкой степени презрения ко всему сущему.

— Башня запечатана, — сухо доложил Полуночный Герой. — Вокруг нее три световых барьера. Чтобы их