Идущий тропой мертвых 8 - Зигмунд Крафт

заработанное откладывалось на образование единственного сына. Собственно, благодаря им парень и смог развить свою структуру. Тот редкий случай, когда желания родителей и их чада совпадали. Предполагалось, что Руалианет станет защитником, подзаработает в армии денег, получит бесценный опыт, а потом сможет устроиться на работу в высокий дом.

Вот только, как мы уже говорили с Ибранином, жизнь сложная штука. А женщины создания меркантильные. Последняя пассия парня хотела заниматься домом и ребёнком, не работать. А учитывая, как дорого жить, им нужно было очень много денег. Это вообще особенность эльфийского общества — погоня за достатком. Из-за этого большинство граждан работали на износ, чтобы поддерживать приемлемо принятый образ жизни.

Вот и Руалианет подписал контракт со специальным аванпостом. Как и многие, хотел просто хорошо подзаработать, а потом вернуться в цивилизацию и зажить нормально. Лучше, чем жили его родители, а ведь и им помочь хотелось.

Но пассию свою он не любил, лишь симпатию испытывал. Сложилась ситуация, похожая на Териасета, разве что в его случае до брака и детей не дошло. Планы вроде остались прежние — подзаработать и вернуться, найти девушку, завести семью. Но чем дольше он находился на болотах, тем тревожнее ему становилось. Потому что он хотел детей! Причём сейчас, а не когда-то там в будущем. В нём жила совершенно иррациональная для меня потребность дарить заботу ближнему. Девушки этим пользовались и вили верёвки из парня.

Как и у всех в Найатисе, у него срывало крышу от тоски по женщинам. Так он и оказался в постели с Ибранином. А заодно посчитал, что они уже достаточно близки, чтобы наконец-то выплеснуть свою заботу. Именно поэтому он начал следить за состоянием жертвы насилия. Подпиливал его обгрызанные ногти, мыл и заплетал его, менял бельё. Ну и просто проводил время вне постели.

Руалианет осознавал, что происходит нечто неправильное. Но он понятия не имел, что делать в подобной ситуации, потому просто плыл по течению. А когда я вскрыл этот гнойник, парень испугался, что потеряет объект своей заботы и привязанности. Что он снова останется один, снова придётся запихнуть свою потребность куда подальше, а ведь он вошёл во вкус!

Возможно, существуй в культуре эльфов домашние питомцы, завёл бы себе котика или пёсика, да был счастлив. Но он не тяготел к зоомантии, даже мысль о взаимосвязи в его голове не появилась.

Наверное, Руалианет стал бы прекрасным мужем и отцом. Я совершенно не понимал его желания заботиться о ком-то, но видел, насколько это важно для него. Он ведь даже предложил Онванару сделать себе физическую кастрацию, лишь бы его с Ибранином не разлучали! Он вцепился в этого парня мёртвой хваткой, сделал своим смыслом жизни заботу о нём.

Конечно, Руалианет разочаровался в женщинах, их меркантильности. Но чтобы настолько… Или специальные заставы сводят эльфов с ума, или просто на свете полно идиотов. Я склонялся ко второму варианту. Вот что мешало после первого контракта уйти вместе с деньгами? Конечно, Онванар уговаривал его продлить, обещал с три короба, но оно и понятно — очереди из желающих служить в таких условиях не было. Но Руалианет мог просто отказаться и вернуться в цивилизацию. Но он был потерян на тот момент. Он ведь хотел быть защитником? Хотел. Вот и будет служить дальше. Логика огонь, конечно. И случилось в итоге то, что случилось. У меня слов цензурных для данной ситуации нет. Одно ясно — два дебила это сила. Пусть развлекаются игрой в то ли семью, то ли друзей, тем более, что обоим нравится.

Жуткие Болота, наверное, жуткие не из-за обитающих здесь демонов. А из-за того, что здесь делает с душами простых эльфов долгое пребывание в изоляции. Они сходят с ума, теряют моральные ориентиры, теряют себя. Начинают творить лютую дичь.

Разумеется, я не мог не проводить аналогию с собой — по сути эксбиционистом стал ведь. За мной постоянно наблюдают мёртвые — в туалете, за едой, в постели. Более того, я ведь добровольно транслирую им свои эмоции через нашу общую связь. Я замечал изменения в духах, мы стали куда ближе. Ещё бы, я как барыга подсадил их на эмоции живых и питательную ману. Даже Айлинайн стал походить на собачку, жаждущую косточки от хозяина, несмотря на свою показную гордость.

С другой стороны, я ведь этим начал заниматься раньше того, как попал на Болота. Так что вряд ли здесь виновато именно это проклятое место.

* * *

На следующий день мы с Финалфисолом направились в лес. Причём с конкретной целью — патруль нашёл зачаток разлома, сами они справиться не смогли — ритуал не работал.

Как и было указано в отчёте, на подходах к нему нашли тушки животных разной степени свежести — ежи, которые на болотах не впадали в спячку, белки, зайцы, птицы. Прокол пространства был точечным, а концентрация праны недостаточна, чтобы смогли долго продержаться тяжёлые демоны. Вот они и вселялись в зверюшек, которых им приманивали их приспешники полегче.

Когда мы оказались на поляне, я даже услышал довольное бульканье демона. Оно доносилось из пространства над огромным кострищем. Будто кто-то по промёрзшей земле рассыпал сажу.

Мне даже перевод не требовался, я уже понимал, что демон доволен пришедшим на закланье бычкам. Вот только его ждало разочарование.

— Ну что, готов, болезный? — хмыкнул Финалфисол, обнажая свой красиво переливающийся энергией клинок. Дорогущая космимата, тут и гадать не нужно! — Или испугался?

Я на это лишь фыркнул и сделал шаг вперёд, протягивая левую руку и демонстративно, пафосно сжимая пальцы. Между ними тут же начало чернеть пространство и проявилась будто длинная палка, которую я незамедлительно дёрнул и в реальность вывалилось нечто.

Палочник, так называемый, или ахвенка, из справочника Тайритрона. Он не имел средоточия в виде основного тела, сердца, души. Весь этот несуразный комок палок, который поменял цвет на светло-серый, представлял из себя демона. Отчасти они тем и опасны, что похожи на банальную кучу мусора-сухостоя. Они подлавливали расслабившуюся жертву, которая могла расположиться рядом, либо попытаться взять палку для костра.

Как и все истинные демоны, ахвенки были опасны и ужасны по своей сути. Накалывали эльфа как бабочку на иголку и сосали его ману и эмоции. Таким образом могли захватить несколько жертв, не обязательно именно эльфов, но и животных. И тут всегда был один исход, если не спасти, — смерть в муках. Особо любил демон давать понять жертве, что рядом есть те, кто может его спасти, но жертва не могла