"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

помочь себе не давала – ее вытащили спустя неделю, когда она совсем ослабела от голода. Я носила ей с кухни лучшую вырезку, надеясь подружиться, но пантера скалилась, не принимая подношений. Можно было бы подчинить ее флером, но я боялась за других животных, которые и так грызли решетки, пытаясь вырваться из клеток.

– Попробуй, – мясо, нанизанное на шампур, покачивалось перед кошачьим носом. – Вкусно же.

Зашипев, пантера ударила лапой по стейку, и тот улетел в соседний вольер.

– Ну и дура. – Я встала, отряхивая плащ. – Сиди на потрохах, раз говядину не хочешь.

– А почему ты ее не подчинишь?

Услышав знакомый голос, я подпрыгнула.

– Ваше сиятельство… – Реверанс в брюках выглядел бы по-идиотски, и я поклонилась, как это делал Тимар. Только ниже.

Йарра стоял, прислонившись боком к углу клетки с красным волком. Что примечательно, зверь, бросавшийся даже на кормившего его смотрителя, жался к стене вольера и лишь скалился.

– Так почему бы тебе не подчинить пантеру?

– Я не могу…

– Не можешь? – удивился граф.

– Ее одну – нет. Могу всех сразу, но… Они снова начнут биться о решетки.

Йарра понимающе кивнул.

– Тебе их жалко.

– Да, ваше сиятельство.

Некоторое время мы наблюдали, как пантера гуляет по клетке, рассерженно хлещет себя хвостом по бокам. Желто-зеленые глаза с узкими зрачками щурились от дневного света, пробивавшегося сквозь слуховые окна.

– Нравится?

– Очень!

– Хочешь, подарю?

– Пантеру? Мне?! – поразилась я, впервые позволив себе поднять глаза на графа. Крупный нос, тонкие губы, квадратный подбородок, коротко остриженные белоснежные волосы. Высокий, жилистый, в одном дублете и без перчаток, он даже не замечал сквозняков, гуляющих по зверинцу. В какой-то момент я поняла, что так рассматривать господина неприлично, и опустила голову. От резкого движения шерстяной берет съехал на лоб и упал бы, не подхвати его граф.

Как он быстро двигается!

Усмехаясь, Йарра натянул берет мне на уши.

– Я подарю тебе пантеру, если ты приручишь ее, не затрагивая других животных. Ты ведь можешь это сделать, Лира. Не хочешь.

– Это больно, господин.

– Успех просто так не приходит. – Граф стоял совсем рядом. – Мне рассказали, как ты упала на турнирном поле после первой тренировки. Но сейчас ты пробегаешь… сколько? Десять кругов? Пятнадцать?

– Пятнадцать.

– …и даже не сбиваешь дыхания. Так же с флером. Его необходимо тренировать, ведь когда-нибудь тебе придется снять браслет.

– Почему?! – испугалась я.

Йарра не ответил.

– Впрочем, я не настаиваю. Но твоя трусость и лень меня разочаровывают. Я был уверен, что ты способна на большее.

Отвернувшись, граф зашагал к выходу.

– Я могу! – Йарра даже не замедлил шага. – Я сделаю!

Мужчина остановился.

Затылком чувствуя его присутствие, я сняла плащ, перчатки, засучила рукав дублета. Поймала недоверчивый кошачий взгляд и медленно, очень медленно просунула руку сквозь прутья клетки. Кожу под артефактом начало покалывать, припекать, жечь. Сжав зубы, я заметила краем глаза знакомый уже радужный ореол, волны которого были готовы разлиться по зверинцу, и диким напряжением воли обуздала его, направляя поток флера на клетку. Руку с браслетом будто окунули в кипящую смолу, в глазах потемнело. Запахло паленым. Последним, что я запомнила, заваливаясь назад, был шершавый кошачий язык, лизнувший щеку, и граф, не позволивший мне упасть.

– Болевой шок, ничего страшного.

– Что с рукой?

– Ожог третьей степени, зарастет.

– Шрам загладь.

– Накопители тратить? – брюзгливо буркнул Сибилл, без особой нежности втирая холодную, пахнущую мятой мазь.

– Хочешь – накопители, хочешь – свою силу. Но чтобы шрамов не было.

Я с трудом открыла глаза. В горле першило.

– Очнулась? Тогда сама мажь, – Сибилл со стуком поставил деревянную плошку с кремом на… На стол? Оберегая руку, я села на столешнице, осоловело глядя на сдвинутые в сторону, местами сброшенные на пол свитки, на перегонные кубы и реторты лаборатории мага. Как я здесь оказалась?

– Пи… – Закашлялась.

Догадавшись, граф плеснул воды из кувшина. Я залпом выпила ее, едва не подавившись от жадности.

– Как ты?

– Спасибо, хорошо, – прислушалась я к себе. Рука ныла, при напряжении огрызалась болью, но это была далеко не та мутившая сознание мука. Зеленоватая мазь, толстым слоем покрывавшая кожу от запястья до локтя, приятно холодила.

– До спальни сама доберешься?

Я кивнула.

– Отлично. С пантерой у тебя, кстати, все получилось, ты молодец. – Замешкавшись, граф достал из кармана берет, бросил его мне на колени и вышел.

Я с тоской посмотрела на кувшин с чиаром, которым меня никто не собирался угощать, и решила последовать примеру Йарры.

– Куда? – остановил меня маг. – Приберись за собой, – скомандовал Змееглазый, кивнув на сброшенные графом со стола свитки.

Я молча сложила их аккуратной пирамидой.

– Теперь могу идти?

– Теперь можешь. Когда волдыри затянутся – придешь, сглажу шрамы.

– Господин Сибилл?.. – решилась я.

– Ну? – он даже головы от растираемых снадобий не поднял.

– Это всегда будет так больно?

– Только с ограничивающим артефактом.

– Это я понимаю, я имела в виду…

– Девочка, я понятия не имею, будет ли тебе больно, – в раздражении отставил ступку маг. – Ты третья, обладающая флером, о которой я знаю.

– А… А у двух других нельзя спросить?

– Нельзя. – Сибилл снова принялся растирать в пыль сухие ягоды. – Первая умерла еще до Последней Войны, я о ней только читал. Ты ведь еще не знаешь рау, нет? Выучишь – дам свиток.

– А вторая?

– А вторую сожгли как шильду.

Потрясающе.

– Спасибо, господин, – поклонилась я.

Встречные слуги смотрели на меня… странно. Жались к стенам, перешептывались. Я обернулась, и они порскнули в стороны. Как мыши. Странно.

– Ты что? – не выдержала я, когда Рина склонилась передо мной в поклоне.

– Господин Тимар просил вам передать…

Светлые, да что происходит?

– Почему ты мне «выкаешь»?

Рина бросила взгляд из-под ресниц и снова потупилась. Не охнула, как это бывало при виде моих ссадин, не предложила подуть, чтобы было не так больно. Молчала. И гнула спину.

– Рина, в чем дело? Что со всеми? С тобой? У меня рога выросли? Или что?

Девушка молчала, и я рявкнула, подражая Тимару:

– На меня смотри!

Служанка выпрямилась, подчиняясь. Я впервые повысила голос, впервые прикрикнула, пользуясь правом благородной.

– Говори.

– Все видели, как граф нес тебя на руках через замок…

Так вот оно что!

– По-твоему, он должен был бросить меня валяться в зверинце? Как какой-то служанке?!

Рина побледнела от обиды.

– Нет… Конечно, нет.

– Вот и правильно. – Вдох-выдох. Внезапно я поняла, что если продолжу в том же духе, срывая злость, то потеряю даже не подругу – единственную приятельницу. – Я плечо о штырь распорола, – пожаловалась я, нянча больную руку, завернутую в тонкое полотно. – Граф отнес меня