Ловец знаний 1-11 - Роман Романович

Хала подошла ко мне, почему говорила тихо и явно скрывала это событие. Вовсе не из-за того, что не хотела вопить от радости. Причина в другом. В Резано. И в желании сберечь его чувства.

Понял это и сам парень. Провёл нежно по волосам Халы.

— С ней всё будет в порядке? — спросил он неизвестно кого.

— Надо смотреть. Пока не вижу ничего такого, — ответил я. — Но ты прав. Завтра отправлюсь к Джону. Поспрашиваю у него книги и информацию про окружающим мир.

Резано кивнул, принимая соглашение. Пока Хала валялась в отключке, он от неё не отходил. А вот Каю новость… Обрадовала. Я ожидал, что она взбесится и пойдет ещё усерднее тренироваться, но нет. Спрятала это от остальных, но про себя порадовалась, что Хала продвинулась вперед.

Вот и думай. То ли Кая просто вредная, отбитая на голову зараза, то ли гений манипуляций и создания мотивации.

Очнулась Хала где-то через час.

— Воды дайте, — попросила она, приподнявшись.

Резано послушно выдал ей флягу. Хала выхлебала её полностью, откинулась обратно, полежала так несколько минут, окончательно приходя в себя. Посмотрела сначала на Резано. Улыбнулась ему. Будто извиняясь. На меня глянула. Вопрошающе.

— Это было оно, — сразу разбил я все недоговоренности. — Поздравляю, но не спеши радоваться. Непонятно, что это за сила, на что она способна, и готова ли ты к ней вообще. Пока очевидно, что нет. Как придёшь в себя, составлю тебе новый план тренировок.

— Хорошо.

Я отошёл от этой парочки, дав им побыть наедине.

* * *

К сожалению, мне катастрофически не хватало опыта и знаний. Да, не раз слышал, насколько внешние силы опасны, но сам лично с этим не сталкивался. Лично мне хватило навыков, чтобы обойти острые углы поначалу, а потом и наставления от учителя получить.

Кая… Она-то давно силу ощутила. Ещё в других землях. Но то вылазки отвлекали, то ещё что, нормальную связь наладить у неё не получилось. Только здесь окончательный прорыв сделала, и то любые попытки призвать силу её выматывали и «выключали» на пару часов. Но это Кая. Она куда лучше закалена, на голову превосходит Халу и Резано. Плюс она живет вторую жизнь. По косвенным обмолвкам, я прикинул, что ей на момент перехода в новое тело было в районе двадцати пяти, максимум тридцати лет. Не так уж много. Но если исходить из того, что нормальное, серьезное обучение начиналось с малых лет, а она, будучи дочерью самого Темного Герцога, хлебнула жестких тренировок по полной, то… То у неё как минимум десять лет форы, если сравнивать с Халой и Резано. Их ведь тоже обучали. Но не думаю, что так же жестко, как Каю. Поэтому фора может быть и все двадцать лет.

Десять или двадцать, в любом случае это серьезная заявка на преимущество. Тут и опыт, и отношение к жизни, к себе и другим, и сила воли развитая. Много чего.

Если представить, что внешняя сила наносила таранный, подавляющий удар по тому, кто её касался, то Кая была куда крепче, чем Хала. Поэтому так и вышло, что единственное удачное применение внешней силы, которое длилось от силы пару секунд, выключило девушку на целую неделю. Первые два дня она лежала как овощ. Потом начала вставать и сама в туалет ходить. На седьмой день почти вернулась в строй. Разумеется, на это время мы от неё далеко не уходили. В случае нападения она бы не смогла отступить и сбежать. Поэтому на восьмой день, прихватив Резано, а Каю оставив в лагере, мы отправились на охоту.

Кая передала мне сгусток-маячок. Если у них что случится, я сразу об этом узнаю.

День вышел изматывающим. Мы собрали семь жемчужин, несколько раз вступали в бой, один раз я чуть не провалился под землю, и однажды на нас напали слишком шустрые стебли, охраняющие особо крупную жемчужину.

— Может, так монстры и появляются? — предположил Резано. — Копят заряд, приходит ночь, даёт дополнительный толчок, трансформация и начинается.

— Может.

Как вернулись в лагерь, нашли живых-здоровых девушек. Обе устроили постирочный день. Прям семейная идиллия. Мужчины на охоту выбираются, а женщины бытом занимаются.

* * *

На следующий день, прихватив на этот раз Каю, отправились в деревню. Надо было пополнить запасы и заняться сбором информации. Двигались быстро, насколько могли. Когда я говорил, что мы в шести часах от деревни, то имел в виду обычный шаг и то, насколько трудная здесь дорога. Если же двигаться хотя бы быстрым шагом, то время сокращается.

Вышли с рассветом, а к обеду были на месте, застав любопытную картину.

— Наш знакомый, — заметила Кая. — Неужели нас ищет?

В деревне и правда находился тот дороманец. Сейчас с ним Джон разговаривал. Мы же засели вдали и оставались вне поля его зрения. Вскоре он ушёл. Минут через десять. Мы выждали и двинулись вперед, скрываясь.

Джон, несмотря на наши ухищрения, засек нас шагов за тридцать. Это было видно по тому, как он дернулся и повёл головой. На нас при этом не посмотрел. Хитрый, да не совсем. Сразу видно человека, который давно от убийц не прятался. Он отдал пару распоряжений тем, кто в деревне находился, и освободил нам проход.

— Жди здесь, прикрывай, — сказал я Кае, а сам отправился к дому.

Вскоре Джон, поглядывая на меня недобрым взглядом, наливал компот.

— Живой, — сказал он. — Вернулся. Жаль.

— Так не рад меня видеть?

— Отчасти не рад. Отчасти рад. Жизнь ведь сложно устроена. Лично ты и твои люди ничего стражнику не сделали. Но у него проблемы, которые хочется на кого-то спихнуть, вот он и затаил обиду. Ты от него сбежал, поэтому он давит на меня, требует часть дохода ему отдать.

— Отдашь?

— Говорю же, жизнь — сложная штука. Если не отдам, жди беды от него. Если отдам, то… Настучи на него кто, и офицеры такую взбучку всем устроят, что мало не покажется. Забирать часть добычи — это грабить семью Тон. За такое казнят на месте всех причастных.

— Ситуация выглядит безвыходной.

— Жизнь сложна, — развёл руками Джон. — Зачем пожаловал?

— За знаниями.

— Как пафосно. А если попроще?

— Через тебя можно достать книги?

Джон поперхнулся и закашлялся.

— Книги! — воскликнул он. — Впервые вижу раба, который просит достать книги! Без обид, но ты не похож на любителя чтения. Да и что с языком? Знаешь, на чем пишут и изъясняются местные?

Тут до меня дошло, что я дурак, каких поискать. Не подумал о такой вещи, как язык.

— Но мы же с тобой как-то говорим, —