"Фантастика 2026-135". Компиляция. Книги 1-23 - Елизавета Владимировна Соболянская

— Я в целом всё понял, а ты?

— Да, — она обвила мою шею руками и вновь поцеловала, а платье запылало чёрным пламенем, превращаясь в платье с длинной юбкой.

Даша, закружившись, в два длинных шага отдалилась от меня, и от её платья во все стороны разлетелись чёрные огоньки, плавно развеиваясь в воздухе. А подол платья приподнялся, но не выше колен.

Я вытянул руку, и Даша схватилась за неё. Дёрнув руку на себя, поймал закружившуюся жену и наклонив, поцеловал. А затем мы начали двигаться вокруг условной точки в центре нас.

Наши волосы пылали тьмой, платье Даши словно горело чёрным огнём, а от каждого моего шага во все стороны разлеталась тьма. Глаза горели, дыхание учащённое, и я вижу радость на лице жены. Оттого наш танец был ещё более эмоциональным.

Вновь Даша закружилась, двигаясь от меня, но я несколькими длинными шагами оказался на её пути и, перехватив девушку, вновь наклонил спиной вниз и поцеловал.

— Попалась.

— Которая кусалась, — она клацнула зубами и, выпрямившись, закружилась вокруг меня, создавая натуральное чёрное пылающее кольцо.

Мы продолжили танцевать, пока не закончилась музыка, но последовала вторая песня, потом третья… десятая…

Когда мы наконец-то устали, осознали, что остались одни на танцполе и на нас смотрело немало людей. Я бы сказал, тут собралась половина зала.

И вдруг нам начали аплодировать. Я даже растерялся. Собственно, как и Даша… Оказывается, на нас всё это время смотрели.

— Ты такая милая, когда смущаешься, — посмотрев в зелёные глаза, тьма из которых уже развеялась, притянул Дашу и поцеловал.

— Т-т-т-т-так смущает же! Стыдоба! А вдруг мы плохо танцевали же? Первый раз!

— Что вы, Дарья Сергеевна, вы превосходно танцевали, — вперёд вышел герцог Шишкин. — Благодарим за столь чудесное зрелище.

— Не за что… — теперь уже я смущался. Ну и не нравится мне, что немало парней смотрят на Дашу с откровенным вожделением.

Мы поспешили за наш столик, причём весьма быстро, а там уже Шишкина сидела. Её тоже «вытанцевали». Парней так пять. Не знаю, нормально это или нет, всё же у Александры есть жених.

— Ребята, это была фантастика! И откуда⁈ — глаза горели, грудь поднималась и опускалась, и, кажется, сейчас слюна потечёт. Эта женщина меня пугает…

— Ты о чём? — недоумевала Даша.

— Платье! Где купила? Хочу такое же!

— А-а-а-а, нигде. На мне нет платья. Я абсолютно голенькая, — хихикала жёнушка моя.

— Ну а я тогда архимаг, — хмыкнула грудастая.

— А ты посмотри под стол.

Шишкина подзависла и вдруг уронила ложку. Девушка потянулась под стол, а там у Даши платье исчезло до колен. Александра аж дёрнулась и головой о стол ударилась.

— Ая-я-я-яй… Больно… — постанывала она, сев обратно и выпрямившись. — Это же воплощение?..

— Не понимаю, о чём ты.

— Когда из магии временно создаёшь материальный объект… Не знала, что маги тьмы могут воплощать свою ману… И получается, она у вас мягкая?..

— Мягкая. А у тебя вроде вода? — спросила Даша, и я посмотрел на большую грудь. Вода, значит?

— Д-д-д-дурак! О чём ты думаешь⁈ Не вода там! Всё натуральное! — воскликнула она, да так, что на нас посмотрело немало народа. — Ой…

Шишкина схватилась за лицо, которое стремительно краснело от стыда, а мы умилялись. Забавная она, дразнить Александру — сплошное удовольствие. И мы в нём себе не отказывали, продолжая троллить девушку, пока не раздался голос:

— Инцест — дело семейное, да? — перед нами стоял черноволосый смазливый парень, а с ним две красивые девушки. Но до Даши и Шишкиной им далеко.

— Тебе, судя по всему, виднее, жертва инцеста, — пожал я плечами.

— Ты! — выкрикнул он.

— Александр, дорогой мой жених, — перебила Шишкина и обозначила нам, кто он ей. — У Дарьи отчество Сергеевна. У Андрея — Константинович. А теперь будь добр, напряги мозги.

— Но… — растерялся парень. — Они ведь брат и сестра… все в академии так говорят.

— Ты знаешь, что такое сводные брат и сестра, а также что такое отложенный брак? — поинтересовался я.

И, кстати, я узнавал, это распространённая практика, особенно в родах, где практикуют многожёнство. А это немало родов, ибо это селекция сильных магов.

Ну и аристократы имеют дурное свойство умирать в сражениях, войнах, от лап монстров и даже в дуэлях. И если, к примеру, Александра выйдет замуж, в случае смерти её мужа она вряд ли станет во главе рода. Власть примет брат мужа или кто-то другой, стоявший в очереди наследования.

Девушка, скорее всего, покинет род и вернётся к родителям. Ну и ребёнка заберёт. А потом Александра сможет вновь выйти замуж, и, если её ребёнок — талантливый маг, его, вероятно, женят внутри новой семьи. Так было с Дашей и её матерью.

К слову, из-за того, что аристократы регулярно выдают своих дочерей за других аристократов, немал шанс, что, к примеру, два человека из родов, которые не имеют формальных отношений, являются близкими родственниками.

Собственно, из-за этого и очень популярен анализ ДНК, а также определение степени родства. Даже при рождении детей их ДНК вносится в базу данных. Так что все, кто мало-мальски имеют родственные связи, до свадьбы не допускаются. Это табу.

Но тут, скорее, из-за того, что при рождении ребёнка от близкого родственника может произойти генетическая аномалия. Достаточно вспомнить род Габсбургов.

Помимо внешнего уродства, они имели психологические проблемы, а также магические мутации. К примеру, один малоизвестный потомок Габсбургов обладал какой-то невероятной магией, которая подчиняла людей как марионеток. Но лишь тех, в ком нет ни капли магии.

Этот псих творил с «бездарными» невероятно ужасающие вещи. Заставлял родителей убивать своих детей, мужчин — прыгать с крыши или есть уголь. Женщин же заставлял творить невероятно кошмарные вещи, до которых додумается лишь больной разум.

Таких безумцев было очень много… Итогом стало полное истребление Габсбургов и зарождение Германской стальной республики. Страны пороха, стали и механизмов.

Но я отвлёкся. Александр, поняв, что оплошал, вдруг поклонился.

— Прошу прощения, я был глуп, что поверил слухам и повёл себя недостойно.

— Мы уже привыкшие, — сказала Даша. — Да и как нас только не обзывали в детстве на улице.

— На улице? — опешил тот.

— На улице. С нищими. Бездомными. Собаками и крысами, —