Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

— Конверт был не вскрыт, — заметил Артем.

— Но это ничего не значит, — добавил я от себя.

Впрочем, к этой версии мы оба отнеслись скептически — не из-за того, что такого быть не может. Просто объяснять собственные сложности внешним заговором было настолько недостойно, что попросту не хотелось это обсуждать. Даже если злоумышляют — на то и голова на плечах, чтобы пройти испытание достойно. А если что-то пойдет не так — вовремя взорвать результаты.

— Значит, историю и английский надо сдавать идеально, — подытожил друг само собой разумеющееся.

С английским, в общем-то, точно проблем не ожидается — на нем Артем думать тоже способен. А вот история…

— Хотел предупредить — вчера читал местные учебники. Так вот, наше княжество в Стоянии на Угре не выигрывало.

— Чего? — выразительно поднял Артем бровь. — А тогда что мы там делали?

— Были за монголо-татар.

— Да ну… — протянул он.

— Вот-вот, — поддакнул я.

— А скальп тогда чей у нас до… в музее? — возмутился друг.

— А рядом чей скальп? — напомнил я.

— Эти сами грабить полезли, когда мы казну хана Ахмата взяли! — распалился Артем. — Да мне дед сам рассказывал!

Я взглядом показал на Веру, ошарашенно переводящую взгляд то на него, то на меня.

— Мы просто очень любим историю, — улыбнулся я ей вежливо и первым встал с бортика. — В общем, я предупредил.

— Возмутительно, — уже гораздо тише ворчал Артем, тоже подымаясь с места. — Я буду писать особое мнение! У меня источники!

— И скальпы. В музее.

— Да!

— Скальпы предков нынешних владык, — напомнил я. — Очень злопамятных.

— А нечего шкурами полы застилать… — чтобы не услышала Вера, совсем тихо шепнул Артем, не поднимая взгляда от дороги.

Потому что в том взгляде была такая ненависть, что даже мне стало немного не по себе.

— Вряд ли вам попадется такой вопрос, — тронула его Вера за руку, осторожно поглаживая сверху вниз.

И тот вроде оттаял, успокоившись и вернувшись к прежнему, веселому и обаятельному для своей более чем сотни килограмм мускулов состоянию.

Не знаю, как ему, но мне в итоге достался разбор периода европейской политики начала двенадцатого века — разумеется, уже после всех тестов на точное знание дат (иногда настолько странных, что невольно вспоминались слова Веры, и еще Винни Пуха — что это «ж-ж-ж» неспроста). Память, впрочем, не подвела ни на простых заданиях, ни на заключительном, требовавшем от абитуриента написать эссе. Да и полезно это — знать прошлое человечества, особенно в практическом плане. Потому что меняются времена, совершенствуются технологии и средства производства, а вот люди остаются прежними. Свита вертит корольками, фавориты опустошают казну, кланы ведут себя как бандиты, которым дали на разграбление территорию, а решением всех финансовых проблем становится грабеж соседа. За экономическим чудом — дешевый рабский труд, а жизнь человека легко обменивается на два ящика гвоздей.

Жалобно скрипнула ручка, сминаясь под нажатием пальцев. Я осторожно убрал ее в сторону, взял новую и вывел на первой строке аккуратным почерком: «Облеченный мудростью, император Византии Иоанн Второй Комнин, движимый заботой о благе подданных и величии государства, ратуя за равенство в торговле, постановил отменить золотую буллу о привилегиях венецианских купцов». Так началась история четырехлетней резни за деньги и сверхприбыли, в результате которой логично победили те, у кого было больше золота на привлечение высокоранговых наемников, — то есть купцы. А вот мое эссе завершится примирением, устранившим внутренние недопонимания. И никаких вырезанных под корень двух византийских городов и уничтоженных венецианцами конкурентов из Греции. Императоры не ошибаются (хотя бы в школьной программе). Но с тех пор определенно помнят, что титулы титулами, но с теми, у кого реальная сила, необходимо считаться. Забывчивым, как показывает история, напоминали, не стесняясь.

После экзамена вновь пересеклись у фонтанов, на сей раз будучи в бодром и боевом настроении.

— Ерунда, — отмахнулся Артем. — Англия, Шотландия, кому до них у нас какое дело? Все по учебнику.

— На выставку пойдем? — спросила, глядя на него снизу вверх, Вера.

Был пятый час вечера, плюс время на дорогу — о чем выразил сомнение Артем. К этому времени у нас в городе приличные музеи уже закрывались. Но в столице дело обстояло иначе, куда обильнее и разнообразнее, как по количеству мест, так и по времени их работы, о чем ему было немедленно сообщено.

— Да ладно, как будто у нас дома некуда вечером сходить, — с небольшой обидой за родной город произнес Артем, демонстративно разыскивая на сотовом места для культурного отдыха в вечернее время.

Заглянул ему за плечо — на семнадцать тридцать нашелся прием к терапевту. Но лично я считаю, что там уже все лавочки заняты. Субкультура шестидесятых — этим всегда есть о чем поговорить.

— Зато у нас тихо и спокойно. — Артем выключил экран и невозмутимо двинулся вперед по дороге.

Так как двигался он не к парковке, а поправлять его не было особого желания, до места добирались пешком — вдоль Университетского проспекта, потом свернув на северо-восток до Воробьевского пруда, а оттуда через широкий проспект, чуть поплутав по улочкам, до приземистого скобообразного здания из зеркального стекла.

— Достижения нашего факультета. — В голосе Веры добавилось уверенности, стоило нам шагнуть внутрь.

Надо сказать, товар был представлен лицом с самого порога. И был он не совсем таким, как мы с Артемом его представляли.

— Это точно робототехника? — усомнился он раньше, чем это сделал я. — Не выставка оружия, нет?

Пожалуй, выставка оружия была бы победнее. Здесь же присутствовало вообще все, что может стрелять, плеваться огнем, резать плазмой и иными способами уничтожать противника, но к этому разнообразию в обязательном порядке была приделана механизированная рука, нога или на крайний случай колеса на радиоуправлении.

— Робототехника, робототехника… — закивала она радостно, как тот мультяшный заяц.

— И мы все это будем делать?.. — волнительно ворохнулось в груди. — И оно будет стрелять?

— Если поступите к нам, — завлекательным голосом прошептала она, главным образом обращаясь к Артему. — У меня еще для вас есть… Конспекты… — шепнула она ему на ушко, и парень поплыл.

— Конспекты — это хорошо, — автоматически ответил он.

Я выдернул товарища за руку, спасая, и повел внутрь экспозиции. У него, между прочим, обет поступления, а тут смущают всякие. Позади сердито проворчала Вера, тут же догнав нас и завладев рукой Артема.

— Ты смотри, пушка — как у Федора на роботе прошлой версии, — остановился я возле невзрачного экспоната лучевого оружия, пусть и стоящего на отдельном постаменте, огороженном ленточкой по периметру площади размером в половину стандартной комнаты.

С