"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

- Артефакт правды – это самый простой и действенный способ проверить Вашу верность нашему достопочтенному князю, - ожидаемо ответил он.

Теперь правитель Туринии не сводил с меня холодного и острого, как бритва, взгляда. Эта была проверка, и я не мог от нее отказаться, понимая, что в противном случае вряд ли покину совещание свободным, а может даже и живым, человеком.

- Я согласен! – не отводя взгляда от князя, спокойно произнес я.

Правитель недоверчиво прищурился, но промолчал.

Стоило только мне положить руку на кристалл, как со всех сторон посыпались вопросы, они были не связаны между собой, их целью было не дать мне сосредоточиться и помешать придерживаться единой стратегии. Точно такую же методику мы использовали в замке, пытаясь узнать причастность моих домочадцев к покушению на отца. Это был форменный допрос, что противоречило туринскому законодательству, ведь против меня не были выдвинуты обвинения. Но приходилось терпеть и отвечать.

Канцлер и его приспешники пытались выяснить: были ли мы с отцом осведомлены о вопиющих фактах передачи секретной информации, вербовки агентов и иной шпионской деятельности наших женщин? Отвечал я быстро, правдиво, так как действительно ничего не знал, и кристалл под моей рукой светился однообразным белым цветом, лишенным каких-либо оттенков.

Вопросы продолжали сыпаться невпопад, но любопытствующие позволили себе отклониться от основной темы заседания.

- Явуз, почему Ваш отец отказался исполнить приказ князя - явиться на совещание? Это измена!

- Это семейная ссора! Моя мачеха находится в положении, в связи с этим ее характер изменился не в самую лучшую сторону. Капризы, обиды, скандалы сотрясают нашу семью не один месяц. Ничего удивительного, что отец, узнав о том, что у его любимой супруги начались роды, помчался к ней, нарушая даже приказы князя! – мой ответ не порадовал присутствующих, но еще больше их расстроил белый кристалл.

- Явуз, вы знали, какие книги изучает в библиотеке ваша сводная сестра?

Меня скривило от определения, которым наградил Син один из подчиненных канцлера. По привычке захотелось рявкнуть: «Мы не родственники!», но усилием воли я сдержался.

- Да, несколько раз я видел у нее в комнате тома из школьной библиотеки. Это были труды о лекарском деле, Син готовилась к поступлению в академию, - я был кристально правдив, похоже, это сильно раздражало чиновников.

- Как часто госпожа Данейра высказывала недовольство действующей властью князя?

- Речей подобного содержания из ее уст я ни разу не слышал! – добавив в ответы толику пафоса, заявил я.

Все взгляды приникли к артефакту, но он по-прежнему был бел.

- Что странного Вам показалось в поведении Син при знакомстве?

- Дочь госпожи Данейры мне показалась излишне избалованной девушкой, ей позволялось все. Отец и мачеха, запретили мне как-либо влиять на ее поведение, - спокойно рассказывал я. – Но это можно было объяснить тем, что Син принадлежит другой культуре. Она - рунийка по происхождению.

- Но Вы все же пытались исправить ее манеры согласно канонам женского поведения, принятым в Туринии?

- Да, - скрывать в данный момент информацию о нашем с мелкой конфликте было слишком опасно, и насколько я мог судить из допроса, бессмысленно. Канцлер и его подчиненные были неплохо осведомлены о нашей семье. – Но Син умеет давать отпор, поэтому мои попытки провалились.

- Почему Вы не воспротивились отъезду Син Позеванто из учебного лагеря, ведь строго говоря, она являлась вашей подчиненной и обязана была выполнять Ваши приказы?

- Вчера госпожа Данейра позвонила Син и сообщила, что у нее начались роды. Она беспокоилась о том, что роды предстоят сложные, поэтому ей было необходимо присутствие на них дочери-лекарки. Не знаю, как у Вас в семье, господин канцлер, но в семье Позеванто жизни ребенка и женщины всегда находятся в приоритете. Поэтому я был вынужден отпустить Син к матери. Это во-первых! Во-вторых, на каком основании я должен был задерживать девушку? Свои подозрения в адрес юной лекарки Вы изволили прислать лишь сегодня утром! – не удержался я от сарказма. – По этому поводу у меня встречный вопрос: почему Вы, канцлер, обладая столь серьезной информацией, упустили юную, слабую, неопытную девушку? И позволили ей скрыться от правосудия?

От возмущения чиновник вспыхнул, пытаясь что-то ответить, но так и не смог собраться с мыслями.

- Не такая уж Ваша родственница оказалась и неопытная, - неожиданно заговорил вместо своего подчинённого князь. – Они с матерью с легкостью перехитрили приставленную к ним слежку и исчезли. Что Вы можете сказать по этому поводу?

- К сожалению, Ваша Светлость, у меня нет никаких объяснений, так как об исчезновении госпожи Данейры и Син я узнал только что.

Артефакт под моей рукой не поменял свой цвет, оставаясь все таким же белым. Я смотрел на князя не мигая, давая повелителю возможность, как следует меня рассмотреть.

- Ты что-то хочешь у меня спросить, юный Позеванто? – сдерживая раздражение, поинтересовался князь.

- Да, Ваша Светлость, - чуть склонив голову в почтении, ответил я. - Как так получилось, что обвинителем женщин нашего рода стал человек, которого мой отец подозревает в соучастии в покушении на него и членов нашей семьи? Ведь Вы сами изъявили желание возглавить данное расследование!

- В свете открывшихся фактов обвинения со стороны генерала Контера в адрес моего канцлера выглядят, как попытка отвести подозрения от своей жены и падчерицы, - важным тоном пояснил правитель. – Ты не находишь, мальчик мой?

Все-таки я был прав, и соваться к князю без стопроцентных доказательств вины чинуши не следовало, этот прохвост выкрутился и даже наши подозрения повернул в свою пользу.

- Надеюсь, княжеский суд в отношении Данейры и Син Позеванто, как и прежде, будет справедливым и непредвзятым, - смиренно склонив голову, произнес я.

- Не сомневайся, мальчик мой, - донеслось до моих ушей.

Глава 56

Явуз

Уезжал из дворца со странным чувством недосказанности, с ощущением чего-то ускользнувшего от меня. Взяв такси, я связался со своими парнями. Саймон мне сообщил, что с Ронэром все в порядке, лучшие специалисты госпиталя госпожи Данейры взяли на себя заботу о его здоровье. Услыхав это, я облегченно выдохнул, все же беспокойство о Ронэре не отпускало меня до сего момента. Местом общего сбора решили сделать мой замок, мы расположились в просторной библиотеке. Мояра, стеснительно поглядывая на нас, словно школьница, скромно присела на край предложенного ей кресла, друзья же разместились по своему вкусу: на стульях, креслах, диванах.

-