"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

— А нечего там своей аурой светить, — говорил Сава. — Потом система выявит совпадение, сравнит картинку… и все, прощай маскировка.

— Серьезно? — удивлялась я. — Или прикалываешься?

— У Александра Ивановича спроси.

Я не поленилась, спросила. Убедилась, что Сава не врет. И на территорию академии не заходила. Но теперь-то можно? Я уже Ярик, а не Яра.

Академия занимала целый квартал. Учебные корпуса: основной и новый, построенный недавно. Спорткомплекс. Стадион. Библиотека. Общежитие.

Машину я оставила на соседней улице. Спящую Карамельку укрыла ветровкой, что прихватила с собой. Потопталась перед главным крыльцом. На двери висело расписание работы приемной комиссии. Осмотрелась, размышляя, войти в здание сейчас или отложить до завтра, как и планировалось. И заметила знакомую машину.

Матвей и Сава вышли из внедорожника, едва я к нему подошла. Сава, довольный, как слон, лучезарно улыбался. Матвей вроде бы хмурился, но эмоции от него шли теплые.

— Ну? — спросила я.

— Мы поспорили, и я выиграл, — сообщил Сава.

— Кто выиграл, я поняла, — фыркнула я.

— Понял, — поправил меня Матвей.

Надо тщательней следить за речью.

— А спорили на что? — Я раздраженно повела плечом. Не люблю ошибаться.

— Так на тебя. Я сказал, что первым делом ты сядешь в машину и примчишься сюда.

— Насчет машины я не спорил, — уточнил Матвей. — Но куда поедешь, не знал.

— Ну, я за вас рад. Развлекайтесь дальше.

— Да ладно, Ярик. — Сава меня остановил. — Мы, можно сказать, уже познакомились. Теперь можно и сходить куда-нибудь втроем. Отметить.

— Знакомство? — уточнила я. — Абитуриента и старших курсантов?

— Зануда, — сказал Сава.

Заметив, что с нами поравнялся какой-то парень, я громко произнесла:

— Спасибо, что подсказали. Хорошего дня!

Саве и Матвею ничего не оставалось, как позволить мне уйти.

Торт в кондитерской я выбирала с особым тщанием.

— Девушке? — спросила меня продавщица. — Можно добавить надпись…

— Тете! — отрезала я, забирая коробку.

А на улице поискала взглядом машину Матвея. Я предсказуемая? Видимо, не настолько, чтобы догадаться, чем я буду ужинать. Или не я, а Карамелька. Мне-то еще испытание проходить, какой, к черту, торт!

В холодильнике обнаружился небольшой запас продуктов. И победу разума над эмоциями я отметила яичницей с помидорами. Это блюдо очень любил Николай Петрович. Он говорил, что оно напоминает ему о доме.

Глава 5

В приемной комиссии моему появлению, похоже, не сильно обрадовались.

— Почему так поздно? — недовольно поинтересовался молодой мужчина с усиками. — Сегодня последний день. Если с документами что-то не так, исправить не успеете.

— Надеюсь, что с ними все в порядке, — сдержанно ответила я. — Так получилось. Обстоятельства, знаете ли…

Это Сава посоветовал не выеживаться.

— В комиссии преподы сидят. А память у наших преподов хорошая. Ты ему ляпнешь что-нибудь, а он тебе через пару лет припомнит на экзамене. Эсперов среди них нет, это слишком ценный ресурс для такой работы, так что будь вежлива, улыбайся, и неважно, что ты при этом чувствуешь.

С моими документами, действительно все в порядке. Их сам Александр Иванович… подделывал. Или кто-то другой по его личному приказу. Он же сказал, что далеко не все преподаватели в академии в курсе, кто я такая.

— Кому надо, тот знает. А ты не расслабляйся, никто не будет тебе подыгрывать.

Я слышала, что конкурс в академию большой, где-то пятнадцать человек на место. Традиционно принимают только мужчин, факультетов несколько. У эсперов отдельная программа обучения, но только со второго курса. Первый они проходят на следственном факультете подготовки оперативного состава. И все знают, что сколько бы эсперов в наборе не было, все они на одном факультете, но в разных группах.

— Нет такого правила, что нельзя говорить, эспер ты или нет, — рассказывал Сава. — Однако многие предпочитают не выделяться. Ради этого и испытание проходят.

Я не стала интересоваться, какой выбор сделал Сава. И так понятно.

— Хм… Ну, хорошо. Вам повезло, молодой человек, — произнес преподаватель, изучив мои документы. — Заполняйте эту анкету. И подписывайте соглашение о неразглашении. Неважно, поступите вы или нет, это стандартная процедура.

Анкету я заполнила быстро, так как все пункты со мной заранее обговорил Александр Иванович. Преподаватель вновь углубился в чтение. Но ненадолго.

— Следственный? — Он поднял на меня удивленный взгляд. — Вы хорошо подумали, Ярослав?

— Что-то не так? — вежливо осведомилась я.

— Вам бы в криптографию. — В его голосе появилась насмешка. — Или даже… в переводчики. Там нормативы ниже. Разве что вы… — Он заглянул в анкету и продолжил: — Нет. Так я и думал.

Отвечая на вопрос, эспер ли я, пришлось солгать, не по своей воле.

— Если не наберете баллы на оперативника, то переиграть будет нельзя, — добавил преподаватель.

— Я рискну, — ответила я. — Вдруг повезет.

— Воля ваша.

Зал, где располагалась приемная комиссия, был большим. Здесь стояли столы в ряд, вдоль стен, а середина — пустая. Возле каждого стола с одной стороны стул для того, кто принимает документы, с другой — для абитуриента. Но сегодня, в последний день, все столы, кроме нашего, пустовали. Поэтому новый посетитель сразу направился в нашу сторону.

Я рассматривала его, потому что преподаватель вновь изучал анкету и проверял, правильно ли заполнено соглашение. Взъерошенный, возбужденный, парень двигался так, будто за ним гнались черти. И одет он, мягко говоря, странно… для Петербурга. Холщовые штаны — широкие, грубо обрезанные чуть ниже колена. Косоворотка — белая, с вышивкой по горлу, разрезу, подолу и манжетам. Вместо пояса — лохматая веревка. И кроссовки на босу ногу. Причем дорогие, из хорошей кожи.

По пути парень прихватил стул, поставил его напротив моего, упал на сидение и выпалил:

— Тут в вашу академию принимают? Вот, я принес!

Он положил на стол папку, что до этого прижимал к груди.

— Здесь принимают документы, — довольно терпеливо пояснил преподаватель.

Я чувствовала его любопытство. Наверняка, такие кадры не каждый день увидеть можно. Собственно, кроме нелепой одежды… парень вполне обычный. Не заморыш, плечи широкие, рост… приличный. И на лицо приятный. Волосы короткие, русые, глаза серые.

— Ага. Принимайте! — велел парень.

— Звать вас как, молодой человек?

— Майк. Миша. То есть, Михаил Всеволодович Ракитин.

—