Перевал - Галина Дмитриевна Гончарова

Что поделать? Это не только в бедных семьях встречается, братья тоже друг друга недолюбливали. Дамиан Базиля еще с детства, за то, что мама его больше любит. Нет, понятно, что папа, что ручки и объятия были мальчику обеспечены по первому же взгляду, но ведь и мама тоже есть! А мама с рук не спускает младшего, и не по обязанности, а… видно же! Даже маленькому видно, что того, другого, любят больше.

Дамиан, может, и преодолел бы эту неприязнь, не проклинал же он ни разу братца, хотя и тянуло наградить паршивца чем-то вроде… да хоть бы и той же чесотки! Чтобы и вправду опаршивел! Но тут уже вмешался и сам Базиль.

Лидия это видела, но сделать ничего не могла.

А как?

Взрослые люди могут выбирать, кого им любить, кого не любить, но ведь и дети тоже могут выбрать. И отстаивать свой выбор. Можно объяснять, можно давать многое и многое, но…

Вот сделает мальчишка свой выбор – и ничего ты с ним не поделаешь, если жизнь ума не добавит.

– Вы по-прежнему не ладите, сынок…

– Мам, не надо, хорошо? Тебя я люблю, вот и давай дальше не углубляться. Мелкому я бы с удовольствием уши оборвал!

– Дэм!

– Мама…

Лидия вздохнула.

Да, сыновья друг друга не любили, и как она ни старалась разузнать причину… молчание – вот и все!

– Я прикажу подготовить для тебя покои.

– Спасибо, мама. Я пока в сад…

Дамиан не сомневался, что покои для него найдутся. Дворец же, не абы что…

А в саду посидеть хотелось! Вивернов хвост, как он неудачно приехал! Надеялся, что Базиль все это время будет занят очередной любовницей… нет, не повезло!

Паразит!

Брата Дамиан не любил, и для того был повод. Возможно, обоюдный…

* * *

С чего начинается братская неприязнь?

Да с мелочей.

Нет, родительскую любовь братья не делили. Дамиан не делил, отец его и так с рук не спускал, недостатка в ласке и внимании у него никогда не было. А вот Базилю все доставалось по остаточному принципу. Но мать-то младшего любила больше! Так что тут равновесие… наверное.

Что еще?

Еще – тоже было.

Базиль люто завидовал.

Дамиан – получил все то, что хотелось Базилю, вплоть до внешности! Кто ж такое выдержит? Это ж… ему хочется, а другому досталось! Как такое стерпеть? Дамиан первый, а он всегда будет вторым – несправедливо! Дамиан маг, а он – нет! Опять несправедливо! И отец Дамиана любит больше, и вообще… зависть – страшное чувство. Дамиану хоть и неприятно было кое-что, но он не завидовал, а вот до Базиля это добралось в полной мере. И началось… то пакости, то вредности, то проделки… постепенно детская неприязнь и во взрослую переросла. С сестрами Дамиан и то ближе был, чем с Базилем, и не только по своей вине.

Зависть же! А где зависть, так и пакости, где пакости, там и разборки между братьями, и несть им числа.

Дамиан не жаловался, но подзатыльников Базиль огреб – ведро с прицепом. И Дамиану тяжко приходилось, в открытом столкновении Базиль с ним не справлялся, но мастером мелких пакостей стал. Кому ж приятно обнаружить свою обувь в фонтане, или изгвазданную чем-то неприятным ручку двери, или… и такого было много.

Даже внешне братья похожи не были. Дамиан – изящный и стройный, с его пепельными волосами, и коренастый, крепенький, темноволосый Базиль, с… только тсс, это секрет! Больше всего Базиля раздражали руки Дамиана. Такие изящные, с длинными тонкими пальцами, сами по себе красивые. А его ладони выдавали самое крестьянское происхождение. Квадратная ладонь, коротенькие толстые пальцы… почему-то это младшего принца особенно раздражало.

И любовь отца для Базиля была еще одним поводом для зависти. Дамиан-то как раз и не завидовал, потому и не замечал этого чувства в брате. Потом уж, когда вырос, разобрался, но тогда было уже и поздно.

Глупо как-то… для Дамиана все было просто.

У меня что-то есть? Ну и что? А у тебя свое есть! Найди то самое, ценное и важное, которое дано ТЕБЕ – и развивай его! У меня проклятия, а у тебя, может, фехтование! Или пение…

Вот да.

Базиль, неожиданно для всей семьи, увлекся искусством. Посещал выставки картин и концерты певцов, покровительствовал поэтам и писателям…

Как по мнению Дамиана, половиной картин надо застилать полы в конюшне, только кверху чистым холстом, а то лошади нервничают. А творчество половины модных поэтов и писателей надо использовать в исправительных учреждениях, а именно – зачитывать осужденным. Только не всем, а тем, кто самые тяжелые преступления совершил. Чтобы прониклись, раскаялись и осознали. Хотя, возможно, Дамиан пристрастен. На вкус и цвет товарищей нет.

А что касается певцов…

Маги вообще не знают, что такое зубная боль. Дамиан знал.

После посещения второго концерта у него заболели все зубы разом. Вкруг.

Его высочество отговорился недомоганием и покинул концерт, на прощание слегка оживив его. То есть не концерт оживив, а дохлую крысу, которая с неделю певца и преследовала. Совершенно случайно получилось, очень уж его высочество сдерживался, чтобы не нажелать ничего неприятного исполнителю, а сила-то плескалась, ну и вышла чуточку из-под контроля. Самой капелькой. Через неделю крыса, конечно, упокоилась, певец успокоился, нет-нет, не рядом с крысой, а просто стал спокойнее, но последствия все равно были. Говорят, за это время он слегка расширил свой вокальный диапазон, научившись брать весьма высокие ноты.

А Дамиан навсегда разлюбил оперу.

Какие-растакие искусства?

Кладбище и только кладбище! Приличный некромант где должен проводить время?

Вот, правильно! Именно там! Покойники – они приличные, лежат, где положили, а главное – НЕ ПОЮТ!!! А если начнут стихи зачитывать (Дамиану пару раз попадались непризнанные поэты), так их всегда упокоить можно. И это – дело богоугодное!

Базилю, впрочем, все нравилось.

А главное, у него не было отбоя от женщин.

Дамиан же просто не мог этого осознать. Умом-то он понимал, что покойники, наверное, пугают… неясно – чем именно, но люди же их боятся? А художников не боятся. Хотя Дамиан как-то одну из модных картин ночью увидел, едва не упокоил с перепугу, подумал, что демон вырвался какой…

Так что…

Дамиан подшучивал над братом, говоря, что при случае его творческих людей надо в армию брать. Картины на знамена, певцов вперед, поэтов тоже… кого звуковой волной не скосит, того картины доконают.

Базиль отругивался, обзывал Дамиана грифом-падальщиком и проходился на тему некромантов, которым хоть кол на голове теши. Правда, только