Невидимка. Охота за Тенью - Илья Гринго

— После теневого… чего?! — не понял я, но рвущийся поток из груди сдержал. Легкие содрогнулись от нового приступа. Этот мир так меня до могилы доведет!

Лорея посмотрела на мои мучения и покачала головой:

— Ну, так называется противодействие твоей силы. Когда она чувствует, что истощена, а ты продолжаешь ее использовать. Она просто говорит тебе "стоп", чтобы ты не навредил себе. Но, знаешь, это редкость. Многим требуются годы, чтобы изучить суть своего дара. Тогда она начинает заботиться о носителе. А прежде… такая забота может и убить.

Она кисло улыбнулась и пожала плечами. Под неистовый гонг в моей голове я глупо проморгался. Час от часу не легче! Моя тень… просто заботилась обо мне?! А если бы напротив стоял враг? Что тогда?

Я поднялся на локтях и посмотрел внимательно на девушку. Она неловко взяла мою руку и вспыхнула:

— О! Уже лучше! Жар спал! Твои силы приходят в баланс, надо сообщить…

— Стой! — Я удержал ее и, насколько позволяла ломота в спине, подтянулся. — Не надо никому сообщать, поняла меня?

Я понизил голос и посмотрел пристально. Орлица нахмурились:

— Так не работает. Мне каждый день сдавать отчеты. И об использовании капюшона тоже.

В ее взгляде промелькнул упрек. Я не сдержал смеха:

— Чего?! Сейчас тебя обвинят, что не оставила мне инструкций в отношении капюшона?!

— Нет. Обвинят тебя и спросят, почему ты пошел тренироваться под открытым солнцем без защиты!

Я застыл истуканом. То есть это моя теперь ответственность?! И что же наш чудесный наставник вчера не проконтролировал технику безопасности?!

— И не смотри так меня! — воскликнула Лорея. — Все применяют защиту! Даже Рэйдан! Огневики — охлаждение, токсики — противоядие. Как в одежде, так и изнутри!

— Э-эммм… Лорея, скажи мне, пожалуйста, как ты догадалась о капюшоне?

— Рэйдан сказал, — отчеканили она. — Да и разве это не очевидно? Твой световой луч способна защитить только тень.

Я помолчал, считывая с ее лица намеки лжи или правды. То есть о том, что я работаю в связке с тенью, и капюшон ее усилит, она не догадалась? Или Рэйдан не счел нужным рассказать?

Но зато теперь я понимал, кажется, что один только капюшон может служить мне не только подкреплением силы, но еще и защитой. Интересно. Как бы не разорвало от счастья. И от греха подальше перевел тему:

— Как там эти… золотые дети? Не получили психологическую травму?

— Спрашивают про тебя, — кивнула Лорея и посмотрела как-то… внимательно. — Я рада, Арс, правда. Они поверят в тебя, я знаю. Как я однажды поверила.

Она стиснула мне руку и резко замолчала, поджав пухлые губы. Ее суровый вид вдруг стал мягким, словно она открывала передо мной что-то, чего я не знал.

Из-под рукава халата я заметил аккуратный узелок бинта, сплел наши пальцы, дотронулся до миниатюрного бантика. Она чуть дернулась, я удержал. Мягко, но настойчиво потянул на себя. Она звучно вдохнула, словно что-то хотела сказать, но вдруг передумала и позволила мне гладить ее костяшки.

— Что с рукой? — спросил я строго и слегка надавил на узелок. Лорея отвела взгляд и попыталась убрать руку. Я потянул на себя.

— Арс! — сказала она гневно. — Тебе не надо лезть в это дело, понятно? Я и так тебе показала больше, чем нужно.

Моя бровь изогнулась, я изобразил саму невинность:

— Разве? Ничего не помню.

— Не паясничай, — в ее голосе прозвучало раздражение. — Это не та тема, которую мы должны обсуждать!

— Правда? — Я подался вперед и прижал ее руку к кровати. Заглянул в глаза и сказал твердо: — По-моему, мы должны обсудить все, что было! Твою руку, твой прошлый отъезд, звонок мужа. И, получается, твое молчание. Чего ты боишься?

— После этого ты получил травму, — она перешла на шепот, но взгляда с меня не спустила. — Поэтому я здесь, и только. Служба зовет.

— Я понял уже, что ты моя нянька, — ответил я с вызовом. — Но можешь со мной, как с равным общаться?! Что за тайны вообще?

— Ты прекрасно знаешь, что надо мной устав и ректор Кенрик! — воскликнула она и вскочила. Я выпрямился и удержал. Тело отозвалось отборным матом суставов, но мне было плевать. Надо вывести на чистую воду эту дамочку. Даже без своей силы! Хотя шторы, хвала Тени, были закрыты.

— Я все равно узнаю. Говори.

Я запустил руку под рукав ее халата. Она вздрогнула, но сопротивляться не стала. Смотрела спокойно, и я не опускал взгляда, пока мои пальцы исследовали ее предплечье. Забинтованное тугим жестким бинтом.

Возле локтя повязка заканчивалась, я нащупал тонкую прохладную ткань костюма. Девушка отреагировала легким движением губ. Я опустился к предплечью и потянул на себя. Легкое сопротивление сменилось внезапным всхлипом, и Лорея вырвала руку. Я метнулся за ней:

— Сними халат! Я хочу видеть!

Тень материализовалась, дернулась, не понимая, то ли по-прежнему лечить, то ли пускаться в атаку. Я выдохнул: спокойно, дорогая, не стоит так резко реагировать, все свои. Мы с тобой… потом поговорим. Наедине.

— Нет. — Лорея отшатнулась, вжалась в невидимую стену тени. Но не ушла. Знала, что я не отступлю. — Если узнают…

— Не узнают. — Я шагнул ближе. — Здесь только я и ты.

Мгновение в ней боролись две крайности: поддаться гордости и броситься прочь или действовать по уставу — спасать меня, очевидно. Только что там она говорила про теневой столб? Забота обо мне теперь вшита в мою же силу? А сейчас сила пульсировала в моей груди теневым потоком. И Лорея, конечно же, это видела.

— Вернись в постель, Арсений, — дрожащими губами сказала она, а сама потянулась к телефону. Не успела.

Я шагнул в поток и потянул ее за предплечье. Спасибо, учитель Рэйдан, теперь я знаю, как укрывать в тени не только себя. Забота о других привлекает заботу тени обо мне. Кто знает, может, скоро и свет так же будет заботиться? Тень мягко пульсировала в груди, затягивая боль. Я все еще чувствовал слабость, но мог стоять. И говорить:

— Просто доверься, хорошо?

Я коснулся воротника ее халата. Телефон с глухим ударом коснулся пола. По другую сторону тени.

В ее глазах отразилась боль, но она не шевельнулась. Даже вокруг не посмотрела, словно ходила в тень, как к себе домой. Но раздеть себя позволила.

Слабость ушла, о новом откате я не думал. Мне нужна была орлица и ее знания. И самое главное — нормальный разговор без уловок. Хорошо, что я знал, как ее разговорить.

— Арс, — выдохнула она мне в шею, оставшись в одном