Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

Среди молодых дроу Рэйшен был самым младшим, и на него устроили настоящую охоту. Прошло немало теркад, пока юный Рэй научился давать отпор обидчикам. Офицер, который занимался вопросами воспитания молодёжи, всегда был добр к Рэйшену. За это, правда, молодому дроу доставалось от остальных ребят ещё больше. Они дразнили Рэйшена не только его сомнительным происхождением, но и слишком близкими отношениями со старшим по званию. Рэйшен понемногу ожесточался, учился драться с любым противником, нанося ему наибольший урон.

Жить в такой ненависти было невыносимо, но и уходить было некуда. Однажды Рэйшена вызвали к старшему офицеру. Он пошёл, а в спину ему летели грязные предположения о том, зачем его пригласили. Офицер угостил юношу травяным чаем и эльфийскими сладостями, и Рэйшен было решил, что его товарищи не так уж неправы, выкрикивая непристойности. Однако действительность превзошла все его ожидания. Офицер признался, что он и есть отец Рэйшена, и юный дроу подавился чаем.

— А почему он сразу не забрал тебя к себе? — требовательно спросила Элина, придвинувшись вплотную к Рэйшену. В глазах её мелькали гневные искорки. — Разве его семья тебя не признала?

— У нас это не принято. И он не ответил ни на один мой вопрос, — печально поднял уголки рта Рэйшен. — Только виновато плечами пожимал. Я думаю, никто просто не захотел возиться с бастардом…

— Не называй себя так! — рассерженная Элина едва не сорвалась в крик.

— А на следующую ночь я сбежал и больше не вернулся. За мной никто не гнался, видать, не слишком я был им нужен. Я нанимался в охрану к купцам, а потом завербовался в королевскую армию. Тогда шла война за объединение королевства…

— Это в армии ты с Квэддо познакомился?

— И даже подружился. А когда Квэддо ранили, я его вынес из боя, правда, боялся до лазарета живым не дотащить…

— Вот отчего он так за тебя переживал!

— В Жадвиле он пытался предупредить меня, что барон не простит выходку с похищением Надриэли.

— И ты, конечно, его не послушал, — Элина укоризненно покачала головой и, будто бы случайно, коснулась кончика уха дроу. — Ты просто упрямец! А почему барон тебя так не любит?

— Давняя история, тянется ещё с той войны, где мы с Квэддо познакомились. Барон тогда и бароном-то ещё не был, титул он получил от короля позже. Якобы благодаря его командованию мы победу одержали…

— А на самом деле?

— А на самом деле баронство должен был получить Квэддо, потому что сам Жадвиль трусливо отсиживался в кустах. А потом Квэддо был тяжело ранен, и Жадвиль присвоил все заслуги себе.

— Но ты же мог рассказать правду!

— Я и рассказал, да уже поздно было. Новоиспечённый барон сообщил мне, что нелюди в титулах не нуждаются.

— Убила бы эту тварь! Сам он нелюдь!

— Убить полевого командира несложно, но вот барон — это совсем другая история… Между прочим, именно после стычки со мной барон терпеть не может нелюдей.

— Ну и дела, — покачала головой Элина. — А как давно всё это случилось? Квэддо не показался мне таким уж молодым.

— Это было оборотов двадцать назад…

Элина удивилась. Интересно, а что, дроу не стареют? Рэйшен догадался о причине её удивления и пояснил:

— Дроу живут долго, сотни три оборотов. Так что для меня 20 оборотов — пустяк, а вот Квэддо и барон постарели.

Глава 40

Ночью Рэйшен долго лежал без сна, всматриваясь в бархатную темноту ночи. Зачем он рассказал всё это? Он стыдился этой истории и считал своё происхождение и юные годы позорным пятном. Однако Элина, видимо, думала иначе. Он не увидел в ней унизительной жалости, только гнев. Любопытно, что сказала бы эта женщина его матери? Рэйшен тихонько фыркнул, представив, как Элина распекает надменную принцессу. И вообще, рассказав эту историю, дроу чувствовал облегчение, словно вытащил из себя ядовитый шип.

Потом, от безделья и вынужденного затворничества, мысли его потекли в иную сторону. Он повернул голову. По подушке разметались каштановые волосы Элины, а её кожа казалась такой белой и гладкой… Проклятье! И что ей не так?! За свою долгую бурную жизнь дроу сменил много женщин и никогда ни о ком не жалел. Сейчас что-то шло неправильно. Он нравился Элине, он это видел и чувствовал, однако она не спешила прильнуть к его широкой груди. «Я не отступлю, — дал себе слово Рэйшен, — эта женщина будет моей». Он протянул руку, чтобы привлечь Элину к себе, и тут же охнул.

— Что такое? — оказывается, она тоже не спала.

— Шов, — поморщился Рэйшен, — тянет.

— Завтра снимем швы на спине, — пообещала Элина, — вот и перестанет тянуть. А ты за это дай мне уши погладить! Прямо сейчас!

Рэйшен не любил, когда трогают его уши: сказывалось трудное детство. Однако он лишь ухмыльнулся:

— Я готов предоставить тебе всё, что угодно, не только уши!

Но даже сам Рэйшен не ожидал, что так остро отреагирует на невинную ласку. Желание захлестнуло его, заставило забыть о швах и ранах. Затрещал рукав рубашки, которую Рэйшен безжалостно стянул с Элины.

— Что это ты выдумал, — прошептала женщина, обнимая смуглую шею дроу, — с ума сошёл, что ли?

— Да, сошёл, — между жаркими поцелуями ответил Рэйшен, — из-за тебя!

Глава 41

Назавтра Элина провозилась полдня, снимая дроу швы. Тот охал, но терпел. Теперь он мог вставать, делать пару шагов, держась за стенку, и — ура-ура! — без помощи Элины справляться с горшком.

Порванную рубашку пришлось отдать в починку Тремме, а заодно и раздобыть штаны для Рэйшена. Его выздоровление с этого дня пошло на удивление быстро. Скоро он смог сам спуститься по лестнице в обеденный зал. Элинины работники встретили его радостным гомоном. Было ужасно приятно. На радостях он обнял всех, а Элину крепко расцеловал.

— Как же мы этого ждали! — проговорила Майрага под радостное улюлюканье Яшки и Йоржика.

Рэйшен не понял, к чему относятся её слова, к его выздоровлению или поцелуям. Судя по нахмуренному Элининому лицу — ко второму.

Дни проходили в хлопотах, а ночи — в любви. Элина отбрасывала всякую сдержанность и проделывала такие бесстыдные вещи, что Рэйшен немел (и, возможно, краснел). Но удовольствие получал, да. Он обнаружил, что