Хрупкий сосуд 5 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Приземлились. Народ рассредоточился по острову: охрана президента и военные. Догадалась Ева, что это они её так выследить хотят, если вдруг Северные заартачатся, силой увезут. На что только лёгкая улыбка появилась на её лице. Это не подземный город, тут она может и не сдерживаться.

Расположившись на лавочке, подвешенной на цепях, рядом с основным домом, она принялась ждать. А детей надо укачать, положить спать. Вечер, наконец-то схлынула утомительная жара.

Жара схлынула, а она натянула на лицо медицинскую маску, не хотелось ей, чтобы брать её сразу узнал. Тривур, конечно, видел её фото. Отец показывал. Но фото — это фото. Он не узнал в Зверевой Евгении Евгеньевне, жену Соломона.

Конечно, она знала, что сразу по прилёту её беспокоить не будут. Дорога дальняя, устали все: отдохнут, поедят, выпьют, поговорят о жизни. А потом…

Гостей Ева не видела: зона отдыха располагалась в другой стороне. А охрана… чуть стороной обошли её человек пять, рассредоточились на расстоянии зрительного контакта.

— Господин президент, — сообщил охранник, — женщина с детьми здесь.

— Хорошо! Следите, но не подходите! Я сообщу, когда…

Лететь в ночь через море и Ишиас не желал. Сегодня он только собирается дать понять Северным, что и его дочь, и её дети, часть его семьи. И будут они жить в его доме, и препятствовать им видеться, он не будет. И даже в гости друг к другу летать разрешит. Он не против! И то, что с ним могут не согласиться, он даже не подозревал. Он же вон!.. Благодетель! Великий и справедливый! Пускай поблагодарят, что за сокрытие такой важной информации он их к ответственности не привлекает. Это пока!

Ева еле удержала дочь, чтобы та не побежала встречать прилетевших родственников. Нельзя! Дела у них! Чуть позже… А у самой даже одежды подходящей для официальных встреч не имелось. Торопилась же! Да и кто знал? У неё в городе поздняя осень была. А тут… тропический зной. Так что воспользовалась она футболкой Савелия: на талии её в узел завязала, а спортивные штаны подвернула. Типичная многодетная мамаша… И к тому же, кормящая. Покачала она малышей в коляске. Кормить надо. И Стёпа уморился у неё на руках.

А то, что две стороны решать посидеть не в официальной части здания, а прийти на кухню, за прохладительными напитками, вот это она никак не могла предположить. Поэтому, как только вошла, натолкнулась на внимательные взгляды родственников.

Тривур отреагировал первый, своей наглостью, улыбочкой до ушей. И ведь не притворялся. Действительно обрадовался.

— О, это, кажется, и есть моя сестрёнка и племяшки? — потёр мужчина руки, как людоед, увидевший лакомый кусочек. — Идите сюда, знакомиться будем, о себе расскажите…

Куда Ева его послала мысленно, догадались только Северные. А он взял на себя смелость, и двинуться в её сторону.

Встречать старшего брата со «связанными руками» она не стала, потеснила малышей в коляске, уложила туда ещё и Стёпу. А Ксюша… Ева присела перед ней на корточки, отвернув от надвигающегося в их сторону родственника, и попросила её ушки закрыть, так как ей надо нечто дяди сказать, а то ведь малышей разбудит. Девочка послушалась.

Сергей прибавил шаг, боясь, чтобы его маму никто не обидел. Но опоздал. Звук хлёсткой пощёчины застыл в воздухе.

Застыли все присутствующие. И не ожидавший такой встречи сыночек президенты, удивлённо уставился на женщину, держась за пострадавшую часть лица ладонью. Так и читался в его взгляде: за что?

За что? Сняла она медицинскую маску со своего лица.

— Давно не виделись, друг… — змеёй прошипела Ева.

— Ева?.. ты… — узнал он её.

— Она самая!.. — и ещё раз заехала брату по лицу. — И лучше расскажи присутствующим, как ты убил мою сестрёнку и детей Соломона.

— Что ты себе позволяешь? — заступился за сына Ишиас. — Он достойный человек!

— Достоин он вас, это точно, насильника женщин.

Несколько секунд тишины показались всем присутствующим вечностью. А взгляд, которым смотрели друг на друга присутствующие…

Психологический фон нарастал… воздух, казалось, раскалился…

— Мама… — подёргала Ксюша мать. — Не надо, ему тоже больно…

Больно⁈ Как болело у Евы в груди, никому бы никогда не пожелала она испытать подобное. А тут…

Присела Ева перед дочерью, притянула к себе, поцеловала, обняла, и подняла на руки. Придерживая одной рукой, второй, она коляску покатила. Остановилась возле сына, притянула его за голову, поцеловала в щёку. И достав из коляски папку с документами отдала ему, чтобы он с Савелием ознакомились, решили, как быть. А она… утро вечера мудренее. Она с детьми спать. Хотя, трудно будет уснуть под одной крышей с убийцей своих детей. Трудно…

Глава 24

Мужчины проводили женщину с детьми суровыми взглядами. А она, такая гордая, невозмутимая, ледяная королева, прошла мимо всех, не удосужив, ни поздороваться, ни попрощаться.

А Тривур, действительно, яблочко от яблоньки, оба звёздных выглядели невероятно похожими. Отец только седой, но лицо у него гладкое, если не всматриваться, то могло бы показаться, что у него ни одной морщинки. Порода! Генетика! И Ева понимала, что поставь её с Ксюшей рядом с этим семейством, любой, кто их вместе увидит, сразу поймёт, что они одной крови. Что-то во взгляде общее имелось, и поджатые губы…

Сергей прошёл к старшему двоюродному брату, отдал ему переданные матерью документы. У него соответствующее образование. Ему и искать выход. Иначе… Море глубокое…

— Ну, что? — пролистав документы, задал Савелий вопрос президенту. — Вы просили озвучить причины, по которым ваша дочь не желает вас знать? Услышанное, достаточное обоснование?

Да, да! В самолёте он разговаривал с Ишиасом, который был уж очень недоволен, что его дочь, о которой он даже не подозревал, скрывается. А у него же всё! Он мог бы дать им всё лучшее. Всё-всё! Вот ему и хотелось знать причины, почему она так поступает с ним? А ведь когда-то он думал, что если бы у него была дочь, то она бы только и делала, что требовала с него денег. В этом плане ему и Тривура достаточно.

«Это лож!» так и застыло у президента на губах. Но затравленный взгляд сына, что старался отвести глаза от всех присутствующих, говорил об обратном. И если он сейчас начнёт его оправдывать… Понял Звёздный господин. А ведь только всё наладилось.