Покорить Францию! - Константин Мысловский

цену наших анилиновых красителей. Так что всю дорогу сводная рота занималась сначала дизайном, а потом рукоделием. Витой шнур по петлицам, латунные и позолоченные висюльки, пластованные шевроны толщиной в палец, с тем же шнуром по ребру, аксельбанты у командиров, белые ружейные ремни… блин, как достало это попугайство!!! Периодически вставал перед глазами призрак стройбатовского дембеля, который обрезал шинель под самый копчик, перепоясался золотым офицерским ремнём, а на груди той шинели сделал вставку из оргстекла, чтоб людям были видны все его значки[6].

Среди попаданцев не испытывал проблем только Курбаши, которому жены сшили роскошный костюмчик из кожи и джинсы, украшенные традиционными племенными узорами, плетёными волосами со скальпов, и бисерным вампумом на правом бедре. Впрочем, рисунок вампума был исключительно артефактный – эмблема ВДВ, в обрамлении из медвежьих клыков. Андрей твёрдо решил выдерживать линию дикаря-язычника, видать Мани из «Братства волка» ему очень по душе пришёлся. Хотя уж мне-то про дикарей нечего трындеть, у самого две дюжины скальпов висят дома, и в багаже связочка есть, для психологического воздействия на некоторых… Народ тёмный, голливудскими ужастиками не тренирован, НТВ не смотрели, так что способ действует.

Мы со Змеем нашили лампасы, прикрутили золотые шпалы к петлицам (гулять так гулять), а Гарму Коты сделали роскошный шипастый ошейник с серебряными бляхами. Уставной стетсон Котов украсили имперской «шестерёнкой», опять-таки из серебра. Строевой смотр прошел без замечаний – всерьёз докапываться до внешнего вида военнослужащих, как это принято у начальников всех степеней, не было моральных сил. Ржать хотелось, глядя на строй расфуфыренных бойцов.

Отсалютовав форту холостым, «Нормандия» бросила якорь в полумиле от берега. Не будем же мы тыркаться в поисках парковки. Ждём лоцмана. Тот не заставил себя ждать, не так часто в блокированный порт вламываются суда под американским флагом. Каботажники и рыбаки не в счёт. Но если комитет по встрече думает, что мы причалим, да начнём портовые сборы платить, то фиг они угадали. Чем славятся американцы в нашем мире? Наглостью и абсолютной уверенностью, что США – пуп земли. Здесь такой стереотип ещё не существует, но кто мешает его создать?

– Шлюпку на воду, эскорт – в шлюпку!

Пятеро спецов, пять «раков» в броне, пять Котов. Как раз подходящее количество и состав, чтоб и выглядеть солидно, и при случае пройти насквозь любое местное воинство. Ну не развернут же господа революционеры пару батальонов прямо в порту ради нашей встречи? А всё, что меньше, рассеянное по узким улочкам, не проблема ни разу. Хотя доводить до конфликта нельзя, и мы будем избегать его всеми силами – только хрен знает, что в голове у этих идейных, за ради всеобщего счастья они своих резали только в путь, а уж посторонних-залётных…

Правда я прикроюсь хорошими бумагами, посмотрим, как тут действует бюрократическая традиция: недеяние лучше деяния.

Пирс приближается, на нём толпится куча зевак, и какой-то пузатый франт в окружении группы солдат с республиканскими кокардами. Развешивайте уши ребята, к вам едет высококачественная лапша. Толчок бортом, и пока парни швартуют, я почти изящно запрыгиваю на скользкие мостки. Похоже, в прилив их заливает, главное – не навернуться на радость зрителям. Выходим на пирс, за моей спиной строится колонна эскорта с карабинами «на караул», переводчик слева-сзади готовится страховать мой неважный французский. Нужен по идее знаменосец, но я так не хочу идти под штатовским «матрасом». А под красным – нельзя. Вдох-выдох. Три строевых шага.

– Добрый день господа. Добровольческий отряд народа Америки (и ведь не вру! почти) прибыл для службы суверену Французской Республики. За вашу и нашу Свободу! – и уже тише, – где я могу найти старшего воинского начальника этого города?

Толпа зевак взорвалась восторженными воплями, а вот чиновник стал похож на рака: покраснел и выпучил глазки. Так в общем и задумано. Мы – друзья, которых надо поскорее сплавить подальше, пусть начальство разбирается. А начальство – в Париже!

Глава 2

Dura lex, sed lex[7]

«– Драку заказывали?

– Нет? Не важно, оплачено».

Из полицейской хроники.

Лето 1795 года. Дорога в Париж.

Котозавр.

«Мои солдаты денег не едят». Фраза приписывается фельдмаршалу Салтыкову, которому пообещали прислать денег для его армии. Как это хорошо вписывается в нашу ситуацию. Деньги у нас есть. Много. Золото и эксклюзивный товар, за который торгаши идут чуть не в драку. Но вот купить даже за золото или бартером кавалерийских лошадей в количестве невозможно. Крестьянские доходяги не нужны, упряжных лошадей с горем пополам купили. Хотя это был тот ещё квест. Убыль в лошадях велика, во все революционные армии они нужны, а растить долго. Но полсотни верховых – не тот товар, что лежит на складе даже в спокойные времена. Сейчас – тем более. Грозные, пусть и липовые, но всё равно грозные бумаги Военного министерства о содействии (зря я, что ли потрошил канцелярию губернатора Мартиники?) впечатление на начальника гарнизона произвели – но и только. Ничем не может помочь, в его распоряжении сборная солянка всяких добровольцев, инвалидов, непонятных батальонов расквартированных по окрестностям города с целью ловли разбойников и сторонников старого режима, но вся эта гопа снабжается своими силами, если столица подкинет не только стремительно дешевеющих денег, но и оружия с порохом – хорошо, нет – служат как могут. Впрочем – это уже мысль: ремонтёрские команды шляются по стране постоянно, и наверняка знают все рыбные места. Или узнаем где купить, или тупо перекупим у них конский состав. Идейных борцов пока встречалось не очень много, и даже они хотят кушать. А за бумагу много не купишь.

– Господин полковник, скажите, где расквартированы кавалерийские отряды Республики. Может хоть братья по оружию помогут нам в час крайней нужды.

Блин, как достал высокий стиль, скоро на совещаниях заговорю блямбом или холерой. После митинга в порту пришлось ещё пару раз говорить пафосные агитки. Джейк Салли, толкавший речь перед народом Оматикайя, мной бы гордился. Или обиделся, за плагиат.

«– Небесные люди…» – ой, блин!

«– Враги народа хотят показать, что они тут хозяева! Но нам есть, чем им ответить!» дальше шла солянка из Высшего Блага, счастья всего человечества, чудом не скатился в раннего Жириновского «каждой бабе по мужику, каждому мужику по бутылке водки». Ведь верят же!

Короче, едем на промысел. Большая часть отряда оставлена в Гавре, рыскать неподалёку и вживаться в обстановку. А мы со Змеем взяли всех наличных верховых, одну тачанку, чтоб Гарму лапы не бить, и едем в Годервилль. Вроде бы там обитает богатое подразделение. Если да, то попробуем провернуть коррупционную сделку – не пешком же