Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

туго набитый кошель с золотом, она предпочитала вести насквозь светский образ жизни. Балы, охоты, приемы, короткие любовные интрижки, дома мод и бесконечные сплетни высокого общества — вот что занимало прелестную головку невысокого, изящного кареглазого создания.

И сегодня в её салоне был особый день. Сегодня к ней в числе прочих гостей пожаловали несколько аристократов из действительно высшего общества. Бояре, да ещё из числа самых высокородных! И не просто рядовые члены своих Родов, нет — отпрыски главных семей! В том числе и нынешний наследник Рода Шуйских — княжич Владимир Леонидович Шуйский!

Для салона мадам Жизель подобные гости были просто подарком судьбы. Теперь о ней заговорят во всех знатных домах северной столицы, подруги-конкурентки будут грызть локти и зеленеть от зависти, а их мужья начнут прислушиваться к её словам. Маленькую, прекрасную фрацуженку начнут уважать, с ней станут считаться, завидовать, приглашать туда и к тем, кто раньше и взглядом бы её не удостоил… В общем, в жизни Жизель дю Белле намечались кардинальные перемены к лучшему.

Ну а то, чего ей подобное стоило… Несколько недель ублажать подростка с весьма извращенной фантазией, теша его эго и подогревая самомнение, уверенно играя на его чувстве собственной значимости — право, не самая высокая цена по её мнению. И даже то, что после каждой подобной ночи её истерзанному телу требовались услуги целителя ранга Мастера нисколько мадам Жизель не смущало. Знавала эта дама и куда более больных и аморальных мужчин, в числе которых был и её покойный супруг… Зато целый благосклонный к ней княжич Шуйский — это актив, который мог при правильном обращении принести немыслимые дивиденды. И сегодняшний вечер будет лишь лёгкой закуской к основному блюду…

Привлеченные новостями о том, что свой первый официальный выход в свет молодой княжич планирует устроить именно здесь, к мадам Жизель начали напрашиваться и другие значимые персоны. Например, бояре Морозов и Шувалов, стоявшие сейчас отдельно и с безразличием изредка кивавшие подходящим к ним дворянам. Всё же здесь обладатели этих фамилий смотрелись акулами на фоне стайки сардин…

— Жизель, дорогая, ты уверена, что его светлость с друзьями приедет? — с улыбкой спросила лениво и изящно обмахивающаяся веером Наталья Горкина. — Впрочем, о чем я — разве же возможно такое, что столь молодую и очаровательную хозяйку кто-то посмеет проигнорировать?

Жизель дю Белле ответила заклятой «подружке», приглашенной сюда лишь для того, что бы продемонстрировать ей собственный триумф, с доброй улыбкой, будто действительно близкому человеку. Несмотря на то, что хозяйка салона и её куда более молодая, но более знатная подруга друг друга на дух не переносили и не упускали случая подставить друг друга, светским львицам приходилось следовать определенным неписанным правилам.

— Натали, как я могла бы посметь обманывать наше дорогое общество? — всплеснула она руками. — Не далее как три дня назад княжич лично заверил меня, что почтит нас своим визитом! Ставить же ему условия, когда сиятельный княжич должен явится… Я не посмела и осуждать его ни в коем случае не хочу, ведь сам факт его согласия для меня большая честь. Но ты, моя дорогая, как особа более знатная, несомненно должна указать княжичу на недопустимость его поведения! Я обязательно передам княжичу твоё недовольство!

Чуть дёрнувшийся уголок рта соперницы был наградой для мадам. То-то же, высокомерная выскочка! То, что твой отец занимает должность при дворе самого Императора сегодня тебе не поможет! Гости, что прибудут с минуты на минуту, плевать хотели и на одного из многочисленных чиновников министерства путей и дорог, и даже на самого Главу твоего Рода! Не говоря уж о тебе самой!

Пара-тройка медленных и негромких хлопков от Сергея Дымова, молодого дворянина и частого гостя данного салона, были наградой для мадам Жизель. Данный молодой человек происходил из достаточно знатного и влиятельного Рода, и до того именно он всегда был главной звездой собраний в салоне прекрасной француженки. Но тот факт, что сегодня его безжалостно сдвинули с данного пьедестала молодого человека нисколько не огорчал — Сергей Юрьевич, несмотря на свою молодость, прекрасно знал, как устроена столичная жизнь. И немалую роль в понимании этого самого понимания сыграла немолодая, но прекрасная вдова.

— Жизель, mon amur, надеюсь, что ты уделишь мне толику своего внимания этим вечером? — коснулась её мыслей телепатия юного мага.

Одним из направлений в изучении магии тот избрал весьма трудную стезю мага разума, и уже успел достичь некоторых успехов в ней.

— О Серж… Но здесь сегодня будет присутствовать сам княжич! — так же мысленно ответила мадам Жизель. — И я буду вынуждена уделить ему всё свое внимание. Возможно, мы устроим приватный разговор как-нибудь в иной раз?

— Моя дорогая, двадцать минут в какой-нибудь укромной комнате — и никто нас даже не хватится! — продолжал настаивать на своём чародей. — Разве твою кровь не горячит подобное маленькое приключение? Фактически у всех под носом, но так, что никто не узнает…

Кровь повидавшей жизнь и весьма похотливой аристократки, коя не видела ничего зазорного в том, что бы поддерживать отношения разом с тремя-четырьмя любовниками, а иной раз даже сводить их вместе, подобное предложение горячило. Настолько, что она невольно ощутила, как туда, чуть ниже пояса, меж очаровательных благодаря регулярным упражнениям, алхимии и заботам магов-целителей, ножками приливает кровь.

И будь она помладше, то возможно и поддалась бы порыву похоти. Но в отличии от образа и репутации легкомысленной и пустоголовой богатой транжире и похотливой кошки, которую она себе старательно создавала, мадам Жизель дурой отнюдь не была. Сейчас на её крючок начала клевать невероятно огромная и вкусная рыба, и упускать её из мимолетного желания потешить своего любовника (к которому, надо признать, она испытывала куда больше симпатии, чем к любому из мужчин в её жизни. В конце концов, их связь длилась уже четыре года, несмотря на всю ветренность данной особы, и она весьма ценила тот факт, что юный дворянин не посягал на её свободу и не осуждал образ жизни), рисковать француженка не хотела.

— Серж, любовь моя — сегодня слишком важный день, и я не могу позволить себе даже тени небрежности, — с сожалением ответила она мысленно, продолжая при этом поддерживать мину вежливого интереса. Наталья Горкина сейчас как раз активно пыталась сменить тему для разговора. — Позже я — вся твоя, ты же знаешь. Где угодно и как тебе будет угодно… Но сегодня нельзя допустить и малейших промашек!

Чародей ничего не ответил, и даже выражение его лица ничуть не изменилось, но хорошо изучившая своего любовника женщина отчетливо уловила его недовольство. Право слово,