Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

бумаги, и понял, что просто не поднимает этот воз. Хорошо еще и тан Кампос обещал уволиться и пойти помощником к его величеству, пока тот чуточку не освоится, и еще нескольких человек рекомендовал, и епископ кое-кого обещал, и Карраско подтянутся… рядом с некромантами врать сложно.

Была б у Бернардо возможность – он бы все скинул хоть на кого и рванул в закат. А нельзя.

Плакать хотелось. Но и это нельзя.

Рассказ о преступлении, подготовленный таном Вальдесом. Доказательства.

Свидетельства тех же мединцев.

Всего и побольше, побольше…

Мануэль сломался почти сразу. Мигель – другой характер – пытался огрызаться, отбиваться, орал, что все подстроено, но ему никто не верил. Даже он сам. Куда уж тут убедительно сыграть?

Хавьер, которого пригласили в качестве судебного мага, равнодушно подтверждал правду и указывал на вранье. Пару раз Бернардо поймал его взгляд.

Теплый, настоящий…

Держись, друг. Понимаю, тяжело, это просто надо выдержать.

Становилось чуточку легче, но ненадолго.

Наконец, все выслушано, оправдания и отрицания, обвинения и признания. И суд выносит вердикт.

Виновны.

Приговор?

Смертная казнь через обезглавливание.

Бернардо поднялся с места.

Это – лица королевской крови. Он – король. Он обязан утвердить приговор, нравится ему это или нет. Более того, он может его отменить.

И Мигель смотрит со злостью.

А Мануэль – с надеждой на прощение. Он всегда так смотрел, с детства. Когда шалили они вместе, попадались вместе, но Бернардо обычно доставалось. А вот Мануэля частенько прощали. Выглядел он так – хотелось погладить по головке и дать конфетку.

Сейчас Бернардо своей волей должен отправить их на плаху.

Только открыть рот его величество не успел. Даже придумать, что надо сказать – не успел.

Медленно сгущался воздух перед приговоренными. Словно тонкая струна запела в тишине зала… Бернардо дернулся и понял, что даже шевельнуться не может.

Словно странное оцепенение сковало всех присутствующих.

А перед виновными распахнулся черный провал.

И из него лезли щупальца.

Много.

Зеленые, склизкие на вид, жутковатые, с когтями и присосками… Кажется, мужчинам хотелось кричать. Бежать. Да хоть что-то сделать!

Бернардо и сам не отказался бы упасть в обморок, да не получилось. Характер не тот. Щупальца ползли к остолбеневшим Мигелю и Мануэлю. Добрались, медленно обвились вокруг…

– Эти двое принадлежат мне, они обрекли смерти родную кровь, – пропел нежный голос, который мог равно принадлежать как мужчине, так и женщине.

И вспыхнул черный огонь.

На секунду все зажмурились, а когда очнулись – ничего уже не было.

И никого.

Только два мертвых тела на полу лежат. Спокойно так…

Лежат спокойно. А на лицах выражение ужаса. И запах такой… у мертвецов и так сфинктеры расслабляются, но эти двое еще ДО смерти обгадились. От страха.

– Оказывается, не врут святоши, – пробормотал кто-то из присяжных.

Бернардо промолчал.

Врут, не врут… какое это сейчас имеет значение?

– Прикажите доставить их в дворцовый морг. И похоронить без лишних почестей. Хавьер?

– Оба. Мертвы. Души призвать не удастся.

– Понятно. Простите, таны, я должен вас оставить.

Бернардо умудрился выйти из кабинета на своих ногах. Ровно и прямо. Чем очень даже гордился. Хавьер его догнал уже на пороге и сопроводил по всем правилам.

– Ваше величество, одному не положено.

Оставшиеся в зале люди услышали слово «отвянь». Но это им наверняка послышалось, не может ведь его величество выражаться, как какой-то рыбак? Никак не может!

Минут пять присутствующие сидели, смотрели на два мертвых тела.

Потом очнулся судебный исполнитель, начал что-то делать, отдавать команды… тела подняли и потащили.

В морг?

Ну и пусть их, в морг! Может, так оно и правильно. Все же подписать приговор члену королевской семьи – чревато. Не могли эти двое при мятеже погибнуть или как-нибудь самоубиться…

Интересно, кто это их?

Наверное, тот самый демон, которому они служили.

Фу, гадость какая! Редкостная!

* * *

Территорию суда Хавьер знал отлично. А потом втолкнул короля в небольшой коридор, потом направил в комнату – и Бернардо, наверное, впервые в жизни очутился в каморке уборщицы.

Уселся прямо на перевернутое ведро, опустил голову на руки, выдохнул.

– Спасибо.

– Не за что. Дыши давай.

– Дышу. Что это было?

– Не знаю. На демона похоже…

– А ты не мог… как-то…

Хавьер развел руками.

– Честно говоря – не захотел.

– Что?!

– Я в первую очередь за тобой следил, – невинно пояснил некромант, который как-то незаметно из категории «подчиненный» перешел в друзья, и понимал, что некоторые вещи говорить вслух не стоит. Они и так их понимают, оба. А воздух сотрясать – зачем? Пусть поживет спокойно, без потрясений. – Если бы демон напал на тебя, я бы вмешался. А пока она забирала свое – пусть. Я мог бы вмешаться, но с непредсказуемым результатом.

– Кто кого поборет?

– Примерно. Некроманты, которые смогли справиться с демоном – это Лассара. И то, подозреваю, там не все так просто. Я бы не потянул. Если бы она напала на тебя, я бы дрался. А если нет…

– Если бы она напала на судей?

– Не знаю. Наверное, попробовал бы удалить тебя из зала и тоже дрался, – не стал врать Хавьер.

Бернардо с силой растер лицо руками.

– Эта дрянь где-то здесь?! Как оно вообще сюда пролезло?

– Будем искать. Мне кажется, это сами подсудимые сделали.

– То есть?

– Отдавая свою душу демону… мы же не знаем, какие обряды они проводили. Или – что делали с ними?

– То есть?

– Они оба – не маги. А мединцы были магами, тот же Мартин, тот же Бустос, и это не полный список. Что маг может сделать с обычным человеком – рассказать?

– Обойдусь. Ты полагаешь, в какой-то момент моих кузенов просто отдали демону?

– Почему нет? Они могли сами ни о чем не догадываться, а мединцы просто сделали. И промолчали. Как страховка.

– Они же планировали – Мерседес…

– Может, и ее хотели похитить для этого ритуала. Может, подстраховались. Тот же Мигель не знал, что Мерседес существует. Я помню, я читал протоколы.

– Могли перестраховаться, – согласился Бернардо.

Как же он испугался! Признаваться не хотелось, но если бы этот кошмар продлился еще минут десять – опозорился бы его величество перед всеми потомками. И вошел в историю, как Бернардо Засранец, к примеру.

Но было страшно.

Он просто остолбенел. Окаменел… ужас так нахлынул…

– Знаешь, мне кажется, некромантов гнобят напрасно.

– Ваше величество?

– А потом начинается. Некроманты – зло, они плохие… только вот кто с такими тварями бороться будет?

– Церковь?

– Безусловно. Против мединцев они хороши. А против демонов? Справились бы сейчас монахи?

Хавьер подумал пару минут.