Брутфорс 1-6 - Иван Катиш

— Ничего ты не понял. В чипе сразу и имя, и адрес, и группа крови, и список аллергий, очень удобно. Не надо возиться со всей биометрией. Ну и геолокация само собой.

Доктор зафиксировал показания и углубился в чтение экрана. Турлиу отпустил кота, и тот потянулся к сканеру — обнюхать.

— И что мы видим? А видим мы, что нашего мохнатого друга зовут Апрель.

— Ахаха, не Анубис, — развеселился я. — Зато на А. Тут ты угадал.

— Конечно, не Анубис, — шевельнул бровью доктор. — Он же не собака.

— Мне все равно нравится Анубис. Я бы назвал так, — уперся Турлиу.

Мой собрат по аккумуляторам вел себя так, как будто уже собирался переусыновить кота.

— Ему почти год, через неделю день рождения, — продолжал доктор, прокручивая экран.

— Ха! — оживился Турлиу.

Точно специалист, возраст верно определил. Поэтому хвостатого и зовут Апрель, раз он в апреле родился.

— Привит, здоров, зарегистрирован на улице Удальцова. Оттуда, наверное, и пришел, тут недалеко. Можете сами отнести, — закончил доктор.

— А геолокация? Хозяева за ним сами не придут?

— Геолокации нет. Не настолько продвинутый чип. По инструкции мы с вами должны были бы оповестить Службу надзора, и они забрали бы его сами, но хозяева получат по башке за упущенное животное. Могут и отобрать. А как от этого застраховаться? Жизненный цикл кота требует исследовать мир в этом возрасте. Поди поспорь с ним.

— Я могу отнести, — предложил Турлиу. — А если хозяев дома нет, тогда уже в Службу.

— Я тоже могу.

Кот уселся на столе у доктора и принялся вылизывать себе бок.

— Тогда забирайте зверя, мне еще дезинфекцию заказывать в двойном размере, раз у нас тут внеплановые осмотры образовались.

Мы попрощались, забрали кота и свалили. Пока шли к дому хозяев, в голове у меня крутилась мысль, что я услышал от доктора что-то важное. Но потом мы встретили Шанкса, Аглаю и Диму, и каждый нашел время пообщаться с котом, и мысль я упустил.

— Надо ускориться, — заявил я, когда мы распрощались с Димой. — А то мы из кампуса никогда не выйдем. Люди как будто котов никогда не видели.

— Согласен, — ухмыльнулся Турлиу.

До Удальцова мы дойти не успели. Хозяйка нарисовалась почти у самого кампуса. Растрепанная девушка в расстегнутой куртке бежала нам навстречу, рассматривая все деревья по дороге. Выглядела она так, как будто делает по району как минимум третий круг.

— Кажется, наш клиент, — заметил Турлиу.

И точно! Девушка была так увлечена деревьями, что налетела на меня, даже не осознав, что она на дороге не одна. Отскочив, попыталась извиниться, но тут ее взгляд упал на кота, и она завопила:

— Апрелище! Чудовище! Вот ты где! — и потянулась с коту.

— Мрр, — сказал кот Апрель и перетек к ней в руки.

Кое-кто уже явно нагулялся.

— Господи, большое вам спасибо! Где вы его нашли?

— На кампусе. И, заметьте, — церемонно сказал Турлиу, — мы точно знаем, что это ваш кот.

— Откуда вы знаете? — моргнула девушка.

— Потому что вы знаете, что его зовут Апрель. И мы знаем.

Они углубились в обсуждение, сколькими способами можно узнать имя кота, я соскучился, распрощался и свалил.

* * *

Атмосферу в кабинете Корина можно было резать ножом. Третий час шла третья встреча с Астаховым. Единственное, что утешало Корина, что после официального возвращения министра можно будет сгрузить на него всю ту канитель, которой его беспрерывно обматывали партнеры.

«И чего ему еще надо?» — печально думал Корин, который уже одобрил и прибавку к жалованию, и расширение переговорных полномочий, и даже мораторий на полгода на отстранение от должности.

Астахову же многого не требовалось. Ему надо было, чтобы Корин, а вместе с ним и весь местный Координационный совет задолбался и потерял интерес к вопросам органики.

Полного успеха Астахов не достиг, но и того, что получилось, должно было хватить. В оставшиеся до третьей встречи дни Астахов сформировал окончательный план, прикинул список сторонников и план дальнейших действий. Идея была стопроцентно бюрократической, и ее реализация должна была высвободить достаточно времени, чтобы северные органики стабилизировали элементную базу.

Поэтому насчет процедуры введения коллапса Астахов с Кориным не спорил, а всячески ее одобрял. Проблемы есть и проблемы нешуточные, никто не может с этим спорить, разве что с самим определением коллапса надо бы разобраться.

Здесь и возникла та точка перелома, которой он ждал. Корин махнул рукой и наконец произнес:

— Да разбирайся с терминологией сколько хочешь. Только сними их с нашей головы.

— Хорошо, — согласился Астахов. — Я согласен на все оговоренные условия. Готов возобновить работу в понедельник.

— В среду! — возопил Корин.

— В пятницу.

— В четверг.

И Астахов дал себя уговорить. Министерский кабинет ждал его в четверг, о чем он уведомил Надежду, как только уселся в кафе с видом на реку и дождался, пока принесут кофе. А что, имеет право смотреть сверху вниз. Можно было бы и салат взять, но пока кофе. Отпраздновать промежуточный успех. Надежда откликнулась немедленно.

Надежда: Призываете покинуть помещение?

Астахов: Именно

Надежда: А вы, между прочим, не успели первым. Мне уже пришло сообщение от Корина. И гораздо более суровое, чем ваше

Астахов: Простите старика. Ему есть, за что на вас обижаться

Надежда: Сожалею. На самом деле нет)

Астахов: Рад. Жду вас в четверг в 10:00. Поговорим

Надежда: Занесла в календарь

Астахов подхватил чашку, сделал глоток и посмотрел в окно. Смотреть было удобно: стена была насквозь стеклянной и можно было любоваться пейзажем из любой точки кафе. Ненавистники открытых пространств старались забиться во внутреннюю часть, огороженную оранжевыми перегородками. Некоторых окна в пол пугали до смерти.

Министра большие окна не страшили, но он не сожалел, что в здании Министерства таких нет. Тем больше было причин смотреть на улицу, а не куда-нибудь еще. Когда еще будет возможность сидеть без дела.

— Развлекаешься? Доволен? — услышал он над головой ворчливый голос Корина.

— Развлекаюсь, — Астахов поставил чашку на блюдце. — Слежу за корабликами. Но недоволен. Я бы предпочел, чтобы ничего этого не происходило. Нам и так было чем заняться, мы еще андроидов не адаптировали к человеческому обучению.

— Как, кстати, с ними дела? Давно ничего не слышно.

— Конечно, не слышно. Нам ведь не до этого теперь. Но отчитаться можем в любой момент.

— Не сомневаюсь… С отчетностью у тебя всегда было хорошо. А как насчет реального дела?

— Корин, послушай, я, между прочим, под запись не стал говорить, что вы фактически принуждаете меня к тому