Доппель стори - Владимир Алексеевич Абрамов

Зубков, обменивая «паленую» водку на «нормальную», украдкой кинул взгляд на молчаливого Фиксова. Судя по виду объекта, он повелся на спектакль и даже забыл о том, что сам собирался ругаться.

— Смотри, Зинка, если и эта водка дрянь, я на тебя жалобу накатаю! — пригрозил Евгений.

— Богом клянусь, хорошая водка! — молитвенно сложила руки на груди Ирина. — Сама её домой беру на праздники.

— Тогда ладно. Стёпа, пойдем.

***

Святослав сидел в столовой в своем гостиничном номере в Волгограде, расположившись во главе стола. Вид он имел задумчивый.

По правую руку от Святослава разместился полковник Сидоров, только что закончивший ежедневный доклад.

Звягинцев правой рукой почесал щетину на подбородке и подумал о том, что пора побриться. Вслух же он озвучил то, что его беспокоило сильнее удаления растительности на лице.

— Значит, яды его не берут.

— Так точно, Святослав Игоревич, — сказал Денис Андреевич.

— А лекарства действуют, но ослаблено, — продолжил вслух размышлять Звягинцев.

— Да, но с каждым следующим использованием эффект уменьшается, — слегка склонил подбородок полковник ФСБ. — В первый раз объект с тройной дозы убойного снотворного уснул на тридцать минут, что примерно в пятьдесят раз меньше нормы. Во второй раз для того, чтобы усыпить объект на двенадцать минут, пришлось увеличить дозу снотворного в три раза. Специалисты предположили, что у объекта выработалось нечто наподобие иммунитета и привыкания. Дальнейшие эксперименты с этими средствами были прекращены, чтобы в будущем иметь возможности хотя бы ненадолго усыпить объект.

— Это хорошо, — Звягинцев был согласен со столь разумным подходом. Он и не сомневался, что профессионалы будут действовать от балды. — Но лекарства, выходит, на него всё же действуют.

— Наши агенты испытали немного препаратов, — ответил полковник ФСБ. — Всех их объединяет одно — ослабленное действие и быстрое выведение из организма. После слоновой дозы Пургена объект провёл в туалете всего пять часов, а не несколько суток.

— Хм…

Звягинцев едва сдержал смех, представив, какими «весёлыми» были эти пять часов у Степана.

— А как вы ему яд в еду умудрились незаметно добавить? — спросил он.

— Святослав Игоревич, всё просто, — ответил Сидоров. — В дачном районе во всех трёх ближайших магазинах работают наши агенты. Объект в основном покупает продукты в одном из этих магазинов, поскольку следующие торговые точки расположены в пяти километрах от его места проживания. Все продукты ему вручают уже отравленными различными ядами и токсинами или же незаметно травят на месте во время упаковки по пакетам. А чтобы он не отказался от услуги складывания покупок, пакеты ему дарят. Простейший психологический прием. Предложи любому человеку в подарок пакет и сам запакуй продукты, мало кто от такого откажется.

— Что же он такой живучий, сука?!

Со злостью Святослав слегка бухнул кулаком по столу, тут же раздался громкий треск и стол развалился напополам.

Реакция у Дениса была отменной. Он вскочил на ноги и отпрыгнул от обломков стола, после чего круглыми глазами посмотрел на уполномоченного президента. Звягинцев хоть и казался спортивным и сильным, но не настолько же, чтобы легким ударом сломать стол.

— Бракованный, наверное, — сказал Святослав. — Я давно заметил, что он скрипит.

— Наверняка бракованный!

Сидоров ухватился за объяснение, хотя в мыслях изрядно сомневался в этом. Он больше склонялся к мнению, что представитель президента является суперагентом с невероятной физической подготовкой.

— Денис Андреевич, а вы цианистый калий пробовали?! — спросил поднявшийся на ноги Святослав.

— Я нет и не горю желанием, но на объекте этот яд опробовали одним из первых, — ответил полковник. — Казалось, будто объект даже не заметил, что принял самый опасный яд в мире. Никаких внешних признаков отравления. Специалистами была обнаружена закономерность — чем сильнее яд, тем хуже он действует на объект. Лучше всего действуют алкоголь, никотин и психоделические средства.

— Хм… — задумался Святослав. — А бабу пробовали под него подкладывать?

— Да, но это ещё не вошло в отчёт, — ответил Сидоров. — Сегодня ближе к вечеру одна из лучших агентов под видом одинокой соседки-дачницы соблазнила объект. Пока был интим, она могла к нему прикасаться, но как только агент во время секса под предлогом, будто медальон мешается и царапается, попробовала его снять, её отбросило силовым полем.

— Объект не насторожился? — нахмурился Звягинцев.

— По началу объект насторожился, но агент свела всё к шутке, мол, мог бы сразу сказать, что никогда не расстаёшься с побрякушками, а не толкаться.

— Понятно, — Святослав почесал макушку. — Хрен его знает, что ещё попробовать…

— Можно попробовать использовать на объекте гипноз и убедить его самостоятельно избавиться от артефакта, — предложил полковник.

— Если бы это было так просто, — слегка качнул головой Святослав. — Думается мне, что от гипноза он тоже защищен. И если это не сработает, объект наверняка будет настороже и тогда операция с применением супер-оружия может сильно затрудниться.

Святослав заложил руки за спиной и с задумчивым видом прошелся по столовой. Остановившись, он повернулся к Сидорову и сказал:

— Ладно, продолжайте слежку за объектом и прекратите эксперименты.

— Так точно, Святослав Игоревич! — отдал честь полковник, развернулся и покинул номер.

После ухода полковника ФСБ, Звягинцев вызвал горничную и попросил заменить стол. О деньгах он не беспокоился, поскольку номер оплачивало государство.

Вызов Турсунбека застал Святослава врасплох. Он понадеялся на хорошие новости, но тон, которым начал разговор Машариф, не предвещал ничего хорошего.

— Слава, у нас возникла проблема.

— Что случилось, Бек?

— Тебе с какой новости начать — с плохой или очень плохой? — спросил Машариф.

— С любой.

— Во-первых, с расчётом ритуала всё оказалось не так просто, — начал Турсунбек. — Чтобы рассчитать перекрытие всех лазеек, нам понадобится в три, а то и в четыре раза больше времени.

— Это была плохая новость? — спросил Святослав.

— Нет, очень плохая, — ответил Машариф. — Плохая — на нас напали серые человечки. Они пригнали к Солнечной системе флот в пять тысяч космических кораблей. Правда, они не ожидали, что их встретит наш флот в количестве одиннадцати тысяч десантных штурмовиков во главе с Хомяк Лайт Х-3000. Правда, у серых человечков было семьдесят летающих тарелок почти не уступающих размерами Х-3000. Но на деле они оказались хлипковаты.

— Бек, скажи мне, что всё хорошо закончилось, — с надеждой произнёс Святослав, сердце которого рухнула к пяткам.

— Всё отлично, если не считать того, что семь тысяч двести девятнадцать наших пилотов погибли, — грустным голосом ответил Турсунбек. — В сравнении с боевыми крейсерами и фрегатами, которые пригнали серые человечки, наши штурмовики оказались хлипковаты. Пилоты, чтобы уничтожить их, шли на таран. Но одной тарелки было мало, поэтому они гибли парами: один уничтожает энергетический щит, а второй таранит корабль.

— Бек, почему вы меня не позвали?

Святослав