Башни молчания - Дмитрий Ракушин

четкими. Конечно, можно смело сказать, что эта технология прорывная, то есть, человек начинает видеть, хоть что-то. Но, такая операция стоит более пяти миллионов рублей и далеко не каждому под силу наскрести такую сумму. По всему миру появилось уже множество компаний, которые предоставляют услуги по внедрению нейрочипа для слепых, основа у них примерна одинаковая и принцип работы идентичен. Можно заявить, что это наши будни, это уже бизнес, а сервис с каждым годом улучшается и дешевеет, но темпы очень слабые, а каждый шаг на модернизацию связывает руки таким компаниям сложной процедурой исследований и испытаний. Я вижу во всей этой истории три проблемных места, которые тормозят этот рынок. Первое – это электроды, современные имплантируемые электроды выглядят на фоне размера отдельно взятого нейрона как бревно по сравнению с муравьем. С помощью электрода происходит электростимуляция, а из-за их огромных размеров, стимулируется целая область нейронов, то есть стимуляции подвергаются одновременно миллиарды нейронных соединений – синапсов, из которых состоят карты, которые отвечают за совершенно разные действия. Отсутствует точечная стимуляция именно тех миллионов нейронных соединений, которые должны подвергнуться стимуляции для того, чтобы они начали обрабатывать сигналы от органов зрения. Второе – это архитектура микропроцессора, которая не позволяет повысить его мощность, чтобы не допустить нагрев и повреждение мозга. Третий момент – это искусственный интеллект, который находится в виде алгоритма в микрокомпьютере аксессуара, который помогает мозгу с уточнением данных. Все современные искусственные интеллекты обучаются с помощью демонстрации миллионов кадров одного и того же. Это долгий и кропотливый труд. Так, например, чтобы научить программу отличать футболку от рубашки, ей сначала необходимо продемонстрировать миллионы картинок с футболками, чтобы она поняла, что из себя представляет средняя футболка, затем миллионы картинок с рубашками. Тогда она с большим процентом ошибок будет отличать футболку от рубашки. Но она с таким же успехом может принять рубашку с коротким рукавом за футболку, а поло с воротником за рубашку. А теперь представь какой датацентр должен быть в этой системе, чтобы он проводил сравнительный анализ хотя бы одного процента всего многообразия окружающего нас мира, который попадает в поле восприятия человеческим глазом ежесекундно, во время прогулки. Здесь проблема кроется в том, что искусственный интеллект, работающий на основе искусственных нейронных сетей, лишь жалкая попытка виртуального воспроизведения работы человеческого мозга, между тем, как его истинная работа, лежит больше в области квантовой механики. Человеческий мозг конечно не справится с теми задачами по расчетам, которые с легкостью решает процессор миллионами в секунду, зато ни один компьютер не способен с такой же легкостью как человек определить, кто сейчас на том пыльном капоте лижет себе яйца, собака или кот. – Даня прервался на секунду и посмотрел на кота, тот в свою очередь замер с поднятой задней лапой и пристально посмотрел на Даню, тогда он продолжил. – А теперь представь, что одной компании удалось совместить революционный прорыв во всех этих трех областях, которые тормозят развитие нейроимплантов. Они разработали сверхтонкие электроды, которые точечно воздействуют на группу нейронных соединений в пределах сотни штук, благодаря чему, они могут окутать весь мозг обширной сетью из тысяч электродов, которые будут внедрены во все области мозга. Они смогут стимулировать нужные участки и группы нейронов, входящие в конкретные нейронные карты. Им удалось создать принципиально иную архитектуру микропроцессора, благодаря которой, повысилась мощность и скорость работы, но снизился нагрев. И наконец, благодаря обширному охвату электростимулирующих сверхтонких электродов, появилась возможность использовать настоящие нейроны человеческого мозга, для обучения искусственного интеллекта. Представь, что теперь искусственный интеллект, помогает распознавать объекты слепому от рождения человеку, используя его же нейронные связи. С помощью такого нейроимпланта, речь уже не будет идти о какой-то одной функции. Человек сможет всего лишь желанием перекраивать сформированные нейронные карты, отвечающие за привычки, он сможет за секунду разрушить вредную привычку и создать полезную. В момент обрести любой навык, усилить свои когнитивные способности. Заставить нейрон тормознуть передачу электрического импульса или наоборот заставить его передать этот импульс. Заглушить внешний раздражитель, отсеять навязчивую мысль или песню. Но это не все, обладая таким имплантом, ты сможешь принимать непосредственно в область восприятия все, что угодно, например потоковое видео из интернета. Представь себе кино, созданное специально для просмотра внутри твоей головы, ты смотришь фильм ужасов, а искусственный интеллект отслеживает тайм код и в нужное время заставляет выработать адреналин. Когда в последний раз ты испытывал настоящие эмоции от просмотра фильма ужасов? Представь, что с повсеместным внедрением этого импланта в случае успеха, к примеру, через десятилетие, насколько измениться наш мир. То, что мы наблюдали рождение и эволюцию гаджетов, покажется нам тем же, к чему мы относим радио, печатные машинки, лампады и прочее, что когда-то считалось прогрессивным внедрением. Наши телефоны, телевизоры, ноутбуки все это уйдет в прошлое.

Тимофей много всяких людей встречал на своем жизненном пути, одно он знал о них наверняка – чем более космическая тема излагается из уст собеседника, тем маловероятнее, что это дело стоящее. Как правило, за такими речами стояли люди, которые пытались втянуть его в аферу или в сетевой маркетинг. В голове Тимофея пронеслась картина мира, в котором, он получал прямо в мозг, желание вкусить новый гамбургер, а в качестве демонстрации получал немного ощущения вкуса этого гамбургера. Или поймал вирус, который делает его слепым, отключая область восприятия зрения, пока он не переведет негодяям пять тысяч рублей. Или способность решать логарифмы по подписке или короткое замыкание, которое способно расплавить мозги. Тимофей медленно перевел взгляд на кота, который уже расплющился на капоте под тяжестью ярких и теплых солнечных лучей. А что если они внедрят такое, например, коту или собаке? Смогут ли искусственные интеллекты человека и кота выработать общий язык, сможет ли хозяин, наконец, объяснить коту, что есть можно и три раза в день, а не каждый раз как их взгляды пересекаются. А может искусственный интеллект кота поможет найти ему сотни новых способов манипулирования хозяином. Если все это правда, мир ждут глобальные перемены.

Даня продолжал рассказывать о своем представлении того, что сможет усовершенствованный человек с помощью нового импланта, когда Тимофей наконец его прервал. – Я понял тебя, это очень интересно и познавательно, но я сильно сомневаюсь, что ты решил со мной встретиться только ради того, чтобы рассказать о том, как ты видишь мир через десять лет. Давай ближе к делу. – Даня прервался, в небольшом замешательстве, он будто бы забыл ради чего пришел на эту встречу, и необходимо было немного времени, чтобы