Спасти СССР. Продолжение - Вадим Владимирович Чинцов

одной ноги на другую. Челнок в основном используется при движении назад-вперёд, но также вот этим русским применялся и при перемещении по диагонали в сторону. Такой способ передвижения позволяет незаметно подойти к противнику, быстро и эффективно нанести удар или уйти от атаки. Неожиданно русский боксер прекратил смешно семенить ногами, начав перемещаться плавными движениями ног, практически не отрывая их от пола и начав включать таз для резкого разворота корпуса на девяносто градусов. Видно наигравшись как кот с мышью, во время такого очередного разворота русский, уйдя от джеба правой рукой, своей левой поверх руки Патерсона ударил боковой удар в правую сторону его челюсти, придав дополнительную силу удару доработкой корпусом вправо. Вот теперь чемпион мира понял, почему Кас сравнивал удары русского с лошадиными — его действительно будто конь лягнул и Флойд рухнул на покрытие ринга как срубленное дерево.

Я махнул тренеру — Все нормально, я бил в полсилы, скоро он очнется.

Когда Патерсона привели в чувство, он скривился от боли в челюсти и почувствовал головокружение — Кас! Я требую реванша. Я пришлю своего менеджера, он организует нам встречу в Лас-Вегасе.

Резидент советской военной разведки возбужденно ходил по своему кабинету. Этот мальчишка Иванов умудрился отправить в нокаут самого Патерсона и с невинным видом заявил, что ждет официального вызова на бой с Патерсоном в Лас-Вегасе.

Не выдержав, Родионов связался с Москвой. Штеменко выслушал его сомнения и резюмировал — С одной стороны, если Иванов проиграет бой, это хоть и будет неприятно, но и не так уж все ужасно — все же соперником нашего бойца в среднем весе будет тяжеловес и к тому же чемпион мира в профессиональном боксе. А вот если советский боксер-любитель среднего веса надерет задницу Патерсону, то престиж нашей страны будет на недосягаемой стороне. Я конечно сейчас сообщу товарищу Малиновскому, но считаю, что поединок должен состояться. Когда Иванов будет подписывать договор, пусть выбьет хотя бы три десятка мест на первом ряду для руководителей государства. Да и пусть не продешевит — надо с американцев в случае победы слупить по полной. Жаль, что мне не дадут посмотреть на этот бой — я не выездной. Да, вот еще что! В контракте пусть пропишут разрешение съемки для советского телевидения! Хоть в записи посмотрю на нашего капитана.

Глава 2

После того как я уронил Патерсона, никто больше не хотел со мной спарринговать и мой тренер привел в зал двоих боксеров — Майк, познакомься с этими тяжеловесами: двадцати пятилетние Сонни Листон и Ингемар Юханссон. Перелет и неделю номера в отеле я им оплатил, если сможешь их удивить, то парни возможно оба останутся ради тренировок с тобой. Цени — Юханссон серебряный призёр Олимпийских игр пятьдесят второго года. В сентябре пятьдесят шестого года завоевал вакантный титул чемпиона Европы по версии EBU. Листон побил Марти Маршалла, а в мае того же года был арестован за избиение офицера полиции. Был приговорён к девяти месяцам тюрьмы и через шесть месяцев условно-досрочно освобожден с запретом на проведение матчей в течение года. поэтому он согласился позаниматься с тобой, заодно будет готовиться к участию в боях в следующем году. Сто восьмидесяти пяти-сантиметровый боксёр весит сто килограммов, его огромные кулаки не раз выбивали из соперников дух и зубы. Возможно, Листон обладает самым сильным джебом в истории бокса. Ладно знакомьтесь и разминайтесь, парни.

Сонни Листон протянул мне руку — Я советую тебе в случае победы попробовать устроить бой с Кассиусом Клеем! Тьфу, вернее с Мохаммедом Али, все никак не привыкну к его смене имени, хотя прошло три года. Поверь — этот бой будет смотреть весь мир! К сожалению, я пока еще не готов встретиться с ним на ринге. Я родился в Арканзасе, у меня было двадцать четыре братьев и сестёр. «Мы выросли почти без одежды, без обуви, почти без еды. Отец заставлял много работать и порол», — вспоминал Листон. — Я ещё ребёнком сбежал с фермы отца и выбрал кривую дорожку — ограбил две автозаправки и закусочную. За разбой мне дали пять лет, в тюрьме я провёл половину, зато научился боксировать. Затем я связался с мафией. Фрэнки Карбо и Блинки Палермо стали покровительствовать мне в боксе.

После тщательной разминки первым моим соперником стал Юханссон, который с первых секунд боя решительно атаковал меня, стараясь психологически подавить и быстро завершить поединок в свою пользу. Мощные удары — хуки и апперкоты с обеих рук явно заставляли его оппонентов сначала щемиться к канатам, а затем беспомощно валиться на ринг. Однако со мной это не прошло, отчего молодой негр явно удивился. Я обратил внимание на непрерывные атаки — Юханссон выбрасывал удары, не особо заботясь о собственной защите. Юханссон пытался наносить апперкот, затем автоматически отработанным движением пытался зашагивать за мою переднюю ногу, чтобы оказаться у меня за спиной, и нанести молниеносный правый кросс из-за головы в свободное «окно» (расстояние между рукой и головой). Однако я сам постоянно оказывался за его спиной, с помощью. бедер разворачиваясь на необходимый мне угол. Я вот уже две минуты не наносил удары, только выбрасывая финты, чтобы противник совсем не наглел. Юханссон старательно пытался не подпускать меня на ударную дистанцию, пряча удары снизу. В некоторых случаях он использовал финты и обманные движения. Вот и сейчас Юханссон вложился в удары по корпусу, а не в голову, но ни один его удар не достигал цели.

Когда закончился раунд, тренер прекратил бой — Отдыхайте, проведем второй раунд. Майк, ты хорошо держишься. Только я не пойму, ты собираешься атаковать? Ингемар, ты слишком увлекаешься, поставив цель во что бы ни стало достать Майка. Учти — в следующем раунде твой соперник перестанет маяться дурью, поэтому, не проспи удар!

Во втором раунде я помимо обороны включил и удары, которые наносил быстро и резко, но не вкладывая в них силу. Ингемар сменил тактику, снизив атаку, перейдя к максимальной обороне. Несмотря на все его усилия мои удары достигали его тела и головы, со стороны смотрелось как избиение младенца, наконец мой соперник не выдержал и крикнул — Да хватит меня уже гладить, Майк! Я боксер, а не твоя девушка! Я пожал плечами и через секунду на ринг рухнуло тело Ингемара — мой удар в печень заставил его согнуться от боли.

Тренер покачал головой — Майк, как ты, готов к следующему раунду?

Я кивнул, дыхалка работала как