Бастард рода Неллеров. Книга 10 - Серг Усов

осталось, а кольчугу, берет, меч и дагу прибежавший Марк, солдат из третьего десятка первого взвода, уже протягивает. Следом бежит Юлька с моими амулетами защиты от воздуха и магических атак в виде двойного кулона на толстой золотой цепочке и со шлемом. Целительский артефакт всегда при мне, это кольцо с небольшим рубином.

— Ворота! — кричит милорд Монский.

Со мной убывают все бойцы, в особняке остаются лишь слуги. И ладно. Сейчас некого и нечего тут охранять будет, а от воров и рабы защитят.

Дом Вадима Гарта. Где-то на окраине района Ям. В это же время. Миледи Берта.

Она очнулась от резкого запаха алхимического зелья, сразу же узнав его. Перечница — отвар, создаваемый без магической энергии, на основе определённого набора трав и корня горчичного куста. Служит для приведения в чувство лишившихся сознания либо в результате обморока, либо под воздействием боли, либо из-за приёма усыпляющих снадобий или при наложении магических плетений погружения в сон.

Голова сильно болела, и память не могла подсказать Берте, где она находится и как оказалась в таком положении. Перед раскрывшимися глазами всё плыло, видела лишь светлые пятна чьих-то лиц и тёмные контуры их фигур. Кажется, рядом с ней трое. Поняла лишь, что лежит на кровати, одетая и даже в обуви. Бившие молотом в виски звуки оказались словами, которые она наконец-то начала различать.

— … пока тебя ждали, Арчи, мы всё продумали. — бубнил юношеский низкий голос. — Зря ты её в сознание привёл. Давай опять усыпим и отправим ко дворцу. Пусть положат там, где её быстро найдут.

— Ты нас обманул! — сорвался на петушиный крик второй голос. — Говорил, что крестьянка никому не нужная! Она родовая! Мы же не дураки! Я в этом не участвую, Вадим. Если он сейчас с ней что-то сделает, нам конец, нашим семьям конец, твоему отцу конец, всей его банде конец. Арчи, пожалуйста, услышь нас!

— Заткнитесь вы! Оба! — скомандовал им милорд Дорбов, его Берта наконец узнала, хотя лицо, севшего с ней рядом на кровать одногруппника у неё в глазах всё ещё плыло. — Хватит истерить, придурки. Сделаем всё как обычно. Никто ничего не узнает. Вы же хотели попробовать тельца одарённой? Вот и получите. После меня, естественно, — он мерзко захохотал.

— Арчи? Что со мной? — ей с трудом удалось разжать губы, но вместо нормальных слов получился какой-то сдавленный писк. — Где я? Что ты хочешь сделать?

— О, она уже пришла в себя, так что, поздно вам метаться парни, — оскалился её одногруппник и вдруг сильно ударил Берту ладонью по щеке, у неё помимо боли при этом зазвенело в ушах. — Не вздумай даже пробовать создавать плетение, крестьянка. Поняла? Я ж сразу увижу, и тогда получишь намного сильнее.

Зрение девушки прояснилось, но лучше бы этого не произошло. Она разглядела перекосившееся с жестокой ухмылкой лицо своего одногруппника, и к боли и звону в ушах добавился сильный страх. Выполз ещё тот, глубинный, который она испытывала перед жестокостью благородных ещё будучи крепостной рабыней. Берта от накатившего ужаса заплакала. Она не понимала, что сейчас должно произойти, но чувствовала, вот-вот случится нечто очень плохое.

— Зачем? За что? — спросила, всё ещё надеясь, что это какая-то, пусть злая, но шутка. — Арчи, мы ведь учимся вместе. У нас приятели общие…

— Заткнись, дура. — опять засмеялся милорд Дорбов, вставая с кровати и принявшись развязывать шнур на штанах. — Жаль, что ты не вспомнишь, лишь ощутишь последствия того удовольствия, которое сейчас получишь от по настоящему благородного мужчины. Для такой мерзкой крестьянки это большая честь. Цени, Берта.

К одногруппнику подошёл какой-то заплывший жиром увалень и взял его за локоть.

— Арчи, перестань. — попросил. — Это реально плохо кончится. Я не хочу, чтобы из-за тебя у всей моей семьи…

— Поздно, придурки, — дворянин выдернул локоть из робкого захвата. — если вскроется, вам всё равно конец. Так что, просто делаем как всегда и держите язык за зубами вечно. Просто, чтобы ваш риск уж не получился напрасным, готов с вами поделиться этим тельцем. Разумеется, после того, как я с ней позабавлюсь. Ну а нет, так нет. Ах ты ж сучка какая! — заметил он попытку магической манипуляции от своей жертвы и, как и обещал, опять её ударил, намного сильнее.

У неё и так бы ничего не получилось. Все выученные Бертой плетения от страха и боли слились в её памяти в один неразличимый клубок, но, воспользовавшись тем, что мучитель немного отвлёкся на своих приятелей, она попыталась всё же начать создавать стрелу льда, даже активировала источник и отделила от него тёмно-синий жгут основы этого заклинания, за что и поплатилась.

Не столько от повторного удара, сколько от осознания своего бессилия, миледи из Новинок заплакала ещё горше и попыталась сползти с кровати.

— Не надо, — попросила уже безо всякой надежды.

— Ты куда это собралась? — оскалился одногруппник. — Хочешь на полу этим заняться? Я не против. Если ты ещё и на четвереньки встанешь. Там правда ковёр жесткий, колени болеть будут, ну да у тебе ведь покровитель — великий целитель, да? Впрочем, не знаю, стоит ли вообще оставлять тебя в живых. Посмотрю, какой удовольствие ты мне доставишь, тогда и решу.

Он ещё не договорил, а с улицы даже через закрытые окна донёсся шум, в котором различались треск выламываемых ворот или калитки, стук копыт, звон оружия и громкие голоса, требующие от кого-то немедленно отвести прибывших к месту нахождения миледи.

— Ну вот, я же говорил! — метнувшийся к окну один из приятелей милорда Дорбова, не тот, который толстый, а другой, буквально застонал с надрывом и плачем.- Нас уже нашли!

Остальные двое тоже подбежали к окнам, и Берте удалось сползти на пол, но её тело всё ещё было будто деревянное, совсем не слушалось, и девушка смогла лишь немного проползти на коленях, после чего села у шкафа и обратила внимание, что милорд Дорбов бледен как мел. Руки трясутся, и он с трудом пытается извлечь из ножен меч, лежавший на тумбе.

А ведь он трус, настоящий самый трусливый трус, пришла Берта к выводу, и от этой мысли неожиданно для себя, всё ещё залитая слезами, начала тихо смеяться.

— Это милорд Неллерский за мной явился. — сказала негромко, но троица её услышала. — Молитесь теперь Создателю, хотя не