Испытание Системы VI - Артём Котов

Эти не такие здоровые как убитая мной, но всё равно не маленькие. Размером со здорового волка. Гибкие тела похожие на охотничьих собак. Пасть тоже чем-то напоминает собачью — вытянутая, с рядами острейших клыков. На груди у каждой твари по ещё одной пасти, или чего-то схожего с ней. Только она почему-то развёрнута вертикально. Пожалуй, это самые симпатичные твари из встреченных мной. Но что-то их многовато.

Самый крупный из них вдруг рванул в мою сторону. Слегка отклоняюсь и встречаю его ударом клинка по шее. Один готов. Остальные тем временем разошлись в стороны, явно намереваясь окружить меня. Нет, я вам такое не позволю. Срываюсь с места и бегу немного по диагонали. Монстры тоже ускоряются и идут наперерез. Рублю ближайшего, затем сразу следующего. Третий успевает ударить меня лапой, но тоже падает разрубленным надвое. И тут я замечаю то, что заставляет меня начать нервничать.

Две половины разрубленной твари выпустили из себя тонкие нити, и стали довольно быстро сшивать тело обратно. Чёрт! И как их убить? Я отбросил осторожность и постарался как можно быстрее изрубить тварей. Теперь они валялись на земле и стремительно собирались обратно. А я лихорадочно искал выход из положения.

Убежать не выйдет, они явно бегают быстрее. Может их тоже можно «лопнуть» Праной? Тут я почувствовал, что ожерелье часто дергается, словно пытаясь мне на что-то указать. Пробежав в нужном направлении, я увидел в корнях дерева пульсирующую, чёрную субстанцию. Выглядело как огромное, бьющееся сердце.

Сопоставить тварей и эту дрянь много ума не надо. Я изо всех сил рванул к дереву, на ходу накачивая меч Праной. Сзади приближался топот множества лап, но я не стал оборачиваться. Вместо этого ускорился ещё сильнее, двигаясь на пределе возможностей.

Прыжок и клинок погружается в эту субстанцию. Она взрывается точно так же, как тварь у храма. Но в этот раз я не скривился, а наоборот улыбнулся. Победа. Теперь можно двигаться дальше. И тут я чувствую, что под ногами исчезла опора. Пытаюсь схватиться руками хоть за что-нибудь, но рядом ничего нет. И я стремительно лечу вниз в темноту.

Полёт продлился всего пару секунд. Я оказался на просторной поляне. В сорока метрах от меня стоит небольшое полуразрушенное здание. Куда меня занесло? Пока я осматривался, из этого здания вышла какая-то мумия. Все тело покрыто лоскутами иссохшей кожи, и лишь лицо более-менее сохранилось.

Пока я разглядывал это существо, решая, нападать или бежать, оно уверенным шагом двинулось в мою сторону. Один взмах костлявой руки, и всё его тело окутала чёрная, как сама ночь энергия. От её концентрации волосы на затылке встали дыбом. Неужели это…

— Ну здравствуй, ключ. — растянул рот в холодной усмешке хозяин Леса Осквернённых.

Глава 2

— Думал придётся отправить за тобой зверей, но все оказалось куда проще. — самодовольно продолжил Могр’Аш.

— Тебе нужно ожерелье? Я могу его отдать. Мне всё равно непонятна его природа.

Могр’Аш противно рассмеялся.

— Ты думаешь, что сможешь уйти из леса? Какой наивный морф. Хотя нет, ты не морф. Человек. Интересно… Вот почему твоя душа отличается от тех, кто сюда забредал.

Пока он говорил, я успел осмотреться. С поляны вело несколько проходов между деревьями. Вопрос в том, какой лучше выбрать. Ожерелье на груди слегка дёрнулось в сторону левого от меня просвета. Ага, путь ясен. Осталось только что-то придумать с Могр’Ашем, чтобы он не гнался за мной. Похоже придётся с ним сразиться.

Но он меня опередил. Я только начал активацию ускорения, как Могр’Аш поднял ладонь, и по воздуху пробежала рябь. Затем чудовищная боль скрутила все мои внутренности. Картинка перед глазами стала расплываться и двоиться. Что со мной⁈

И тут я понял — эта тварь пытается вырвать из моего тела душу!

— Ты сильный. — раздался шёпот. — Твоя душа станет отличным топливом…

Я пытался сопротивляться изо всех сил, но это не помогало. Связь с телом продолжала ухудшаться. Не помогло ни наполнение его Праной, ни иные манипуляции. И в последний миг, когда я понял, что еще чуть-чуть и настанет конец, ожило ожерелье.

Оно вспыхнуло ярчайшим алым светом. В тот же момент рука Могр’Аша загорелась черным пламенем, и он с диким воплем стал ее тушить. А я почувствовал, что хватка исчезла. Собрав всю силу воли, потянул душу обратно в тело.

Есть! Я в порядке. Быстрый взгляд на врага. Он корчится на земле, пытаясь потушить пламя. Это шанс! Хватаю выпавшие из рук мечи, наполняю их Праной и бросаюсь к врагу. За одно мгновение я нанёс шесть рубящих ударов, располосовав его тело на части. Но как показывал опыт, этого вряд ли хватит чтобы убить. Так и произошло.

Отрубленные части соединились между собой толстыми жгутами из тёмной энергии и стали возвращаться на место. Чёрт! Что же с тобой сделать? А если так? Я разрубил его тело на десяток частей, создал вокруг каждой части сферу из Праны и раскидал подальше в стороны. Надеюсь, это его задержит. Как убить такую тварь, я не представляю. В его теле столько энергии смерти, что даже измельчение в пыль вряд ли навредит.

На секунду замер, осматривая получившееся. Обрубки тела подпрыгивали и бились о барьеры из Праны. Ага, жгуты не могут пройти сквозь неё, отлично! Я устремился к проходу между деревьями, на который указало ожерелье. Он находился совсем рядом с полуразрушенным зданием.

Пробегая мимо него, я чуть не споткнулся. Внутри помещения, в гробу со стеклянной крышкой, лежала очень красивая женщина с алыми волосами. Она выглядела так, словно вот-вот откроет глаза. Но Глаз Праны чётко показывал, что это лишь труп. Догадка кольнула разум, но думать об этом было некогда. Надо срочно уходить из леса, пока враг не восстановился.

Но в прошлый раз у меня не вышло. Лес уж слишком огромный. Знал бы я в какой стороне он заканчивается раньше… Стоило подумать об этом, как ожерелье часто завибрировало и сильно потянуло меня вправо. Но там была сплошная стена из деревьев. И что мне делать?

А ладно, была не была! Мы с Обероном пытались разобрать моё плетение магического выстрела, чтобы использовать его без системы. Но из-за того, что при создании я сделал его очень гибким, сложность рисунка просто зашкаливала. Однако кое-что у Оберона получилось. Он