Лекарь из Пустоты. Книга 4 - Александр Майерс

В гостиную, осторожно постучавшись, вошёл дворецкий. На его обычно бесстрастном лице отчётливо читалась тревога.

— Ваше сиятельство… — тихо начал он.

— Что ещё? — буркнул Мессинг, не отрывая взгляда от карты.

— Род Строговых только что сделал официальное заявление, — продолжил дворецкий и запнулся.

Александр Викторович медленно, очень медленно поднял взгляд. Он ещё не понимал сути, и в голове вспыхнули предположения, ни одно из которых не казалось приятным.

— Какое заявление? — собственный голос показался чужим.

Дворецкий протянул ему планшет. На экране — текст новостного релиза, опубликованного на официальном портале Совета родов и продублированного во всех крупных новосибирских СМИ.

«РОД СТРОГОВЫХ ОБЪЯВЛЯЕТ О ВСТУПЛЕНИИ В КОНФЛИКТ НА СТОРОНЕ РОДА СЕРЕБРОВЫХ».

Мессинг выхватил планшет. Пробежал глазами по тексту. Кровь отхлынула от его лица, в ушах зазвенело.

— Это… этого не может быть, — хрипло прошептал он. — Гордей не полезет в открытую войну из-за какого-то… — он не договорил.

Строговы. Боевой род, обладающий реальной военной силой, крепкими связями в силовых структурах и, что хуже всего, репутацией прямых и жёстких вояк. Он не планировал воевать с ними! Граф намеревался быстро и жестоко раздавить зарвавшихся выскочек, показать всем, что с Мессингами шутки плохи, а заодно прибрать к рукам их земли и бизнес.

Всё должно было закончиться за неделю, максимум две. Но теперь…

Теперь это война на два фронта. Силы Строговых ещё не вступили в прямое столкновение, но их заявление меняло всё. Оно подрывало моральный дух его войск, давало Серебровым надежду и заставляло нейтральные родЫ задуматься.

Александр Викторович грязно выругался и приказал дворецкому:

— Вон.

Тот, не говоря ни слова, исчез.

Мессинг схватился за телефон. Его пальцы чуть дрожали, когда он набирал личный номер Гордея Васильевича Строгова.

— Алло, — раздался в трубке низкий, спокойный голос.

— Добрый вечер, Гордей Васильевич. Это Александр Мессинг. Прошу прощения за беспокойство в такое… напряжённое время, — начал граф, заставляя свой голос звучать ровно и почти дружелюбно.

— Здравствуйте, Александр Викторович. Чем обязан? — отозвался Строгов.

В его тоне не звучало ни враждебности, ни тепла. Только абсолютная нейтральность, которая хуже всего.

— Я только что ознакомился с вашим заявлением, — продолжал Мессинг, тщательно выбирая слова. — Должен признаться, оно стало для меня неожиданностью. Я всегда уважал ваш род и считал вас человеком благоразумным. Не думал, что вы позволите втянуть себя в столь… сомнительный конфликт.

— Конфликт, как я понимаю, начали вы, Александр Викторович. А я просто исполняю свои союзнические обязательства. Честь для нашего рода, знаете ли — не пустой звук, — парировал Строгов.

«Честь⁈ Какая чушь!» — Мессинг стиснул зубы, но он сдержал рвущиеся наружу ругательства.

— Я не знал, что у вас союз с родом Серебровых…

— Никто не знал. Мы заключили неофициальное соглашение некоторое время назад.

У Александра Викторовича потемнело в глазах. Некоторое время назад… Теперь понятно, почему войска Серебровых так хорошо подготовлены и откуда у них столько боевых артефактов. Строговы помогли им через свои связи в Министерстве обороны и оружейных гильдиях.

— Гордей Васильевич, давайте говорить откровенно. Серебровы — авантюристы. Их успех построен на удаче и наглости. Они не стоят того, чтобы из-за них ваш род проливал кровь. Я уверен, мы можем найти компромисс. Возможно, есть какие-то вопросы, которые можно урегулировать… к взаимной выгоде, — проговорил Мессинг.

На другом конце провода повисла короткая, но красноречивая пауза. Затем Строгов ответил, и в его голосе прозвучала лёгкая, почти неуловимая насмешка:

— Взаимная выгода? Интересно. И что же вы предлагаете, Александр Викторович? Чтобы я отозвал своё заявление, а вы тем временем продолжите громить моих союзников? Или, может, вы готовы предложить мне долю в бизнесе Серебровых после того, как вы его… конфискуете? — с издёвкой добавил он.

Мессинг стиснул зубы. Этот грубый солдафон ещё и издевается над ним!

— Я предлагаю не совершать ошибок, Гордей Васильевич! — его голос дрогнул, выдав прорывающуюся ярость. — Эта война может затянуться и дорого обойтись всем. Зачем вам лишние потери? Владения Серебровых уже окружены, они неминуемо будут разбиты. Не стоит связывать свою судьбу с тонущим кораблём.

Снова пауза, на сей раз более тяжелая. Даже угрожающая. Когда Строгов ответил, его тон стал холодным и острым, как боевая сталь.

— Видите ли, Александр Викторович, у нас с вами разное понимание слов «честь» и «союзник». Я дал слово, и я его сдержу. А насчёт тонущего корабля… ещё не вечер. Мой совет вам — хорошенько подумать, стоит ли продолжать то, что вы начали. Война на два фронта — занятие крайне утомительное. И, как показывает история, часто бесславное. Всего доброго.

Раздались короткие гудки. Строгов положил трубку.

Александр Викторович швырнул телефон на стол и рывком расстегнул воротник рубашки. Ему не хватало воздуха, по телу прокатилась волна жара, а руки сами собой сжались в кулаки.

Его, графа Мессинга, только что вежливо послали куда подальше. Даже не просто послали — отчитали, как мальчишку!

Этот выскочка-целитель успел втереться в доверие к Строговым настолько, что они пошли на открытое столкновение!

Граф схватил стакан с виски и швырнул его в камин. Хрусталь разбился с мелодичным звуком.

— Надо закончить всё быстро. Как можно быстрее, пока Строговы не выдвинули войска. И пока этот проклятый Серебров не привлёк ещё кого-нибудь на свою сторону… — пробормотал он сам себе.

Он снова схватил телефон и набрал номер капитана гвардии.

— Слушаю, ваше…

— Слушай приказ! — рявкнул Мессинг, срываясь на крик. — Усилить обстрел, не жалеть боеприпасов! Чтобы Серебровы ночью не сомкнули глаз! Подготовить диверсионные группы, уничтожить их защитные и боевые артефакты, склады боеприпасов, устранить командиров — ты сам знаешь, что делать!

— Так точно, ваше…

— Утром приступить к массированному штурму! Бросить в бой все резервы. Я хочу, чтобы завтра мне принесли головы каждого из рода Серебровых. Понял⁈

— Так точно, ваше сиятельство! — ответил капитан.

Александр Викторович сбросил звонок и хлопнул ладонью по столу. Да уж, с Серебровыми никогда и ничего не идёт по плану…

Но война только началась. И граф Мессинг поклялся себе, что она закончится так, как он запланировал.

Глава 2

Российская империя, пригород Новосибирска, владения рода Серебровых

Война вступила в свою ночную фазу. Тишины не предвиделось. Короткое затишье после заката вскоре оказалось разодрано в клочья непрерывной канонадой. Грохот артиллерии