Последнее дыхание Империи - Ана Адари

Глава 1

пятнадцать солнц спустя…

Полусонный Нарабор, привыкший к деловой размеренной жизни, едва успел поднять зонты, как раздались раскаты грома. Король проснулся мгновенно:

— Что это?! Нас атакуют?! Мне приснился дурной сон. Будто Ранмир аль Хали навел прицел на шпиль нашего главного Храма.

— Сьор Ранмир давно умер, ваше величество. А это просто гроза.

— Просто?!

Дэстен вскочил. Вокруг Нарабора пустыня! Огромный цветущий оазис питают подземные реки! А не вода, которая льется с неба! Грозы здесь бывают лишь по великим праздникам. И никогда в сухой сезон.

— Прикажете объявить тревогу? — заволновался и хранитель королевских покоев.

Едва рассвело, лавки еще не открылись, в домах простолюдинов хозяйки, зевая, поднимали ставни, прежде чем затеплятся кухонные плиты.

— Да. Зонты опустить. Это гибкие солнечные батареи, а не способ закрыться от проливного дождя. Одеваться!

Сьор Дэстен, хоть и не верил в пророчества и знамения, понял: грядет беда. Уж точно перемены. Гроза накатывается с побережья. Оттуда и прилетит.

Нарабор велик. И огромную черную тучу он в состоянии остановить еще на подходе к крепостной стене. Но не послов из столицы империи. Которые из-за этой грозы застряли на день в морском порту.

Воздушная гондола под имперским флагом запросила посадку у парадной лестницы лишь после того, как нарараборские зонты вновь поднялись, ловя лучи уже заходящего солнца. Городу требовалось много энергии. Король чуть было не отдал распоряжение перейти на режим жесткой экономии. Но обошлось.

Главная дворцовая площадь тонула в сумерках, как в клубах дыма, и имперцы не решались сесть.

— Этот послы, ваше величество! — доложил начальник дворцовой охраны.

— Я уже понял. — Дэстен заколебался, но все же сказал: — Поднимите на одной из башен флаг Императорского Великого Дома. Это первая посольская миссия за десять солнц. Я успел забыть, что Нарабор был когда-то частью империи.

Ничего хорошего он не ждал. С тех пор, как любимица императора, так и не получившая его согласие на брак с мейсиром Анжем, в отместку взорвала главный портал, огромное государство распалось. Пять его анклавов были разбросаны в разных частях света, и пока правители могли видеть друг друга, хоть каждый день, они были семьей.

Теперь же дорога занимает так много времени, что короли больше не ждут приказа из главной столицы, и все решения принимаются на местах. Империи больше нет.

И какого рожна надо старшему сыну?! Когда материк, где находится Нарабор от другого материка, со столицей Императорского Дома отделяет океан! Нет у них с Рафом больше общего! Нарабор императору ничего не должен!

Послы были одеты в цвета своего господина: белое с золотом. Сразу видно: аристократы! Только имперские замашки здесь ни к чему. Не стоит с таким презрением смотреть на скромное убранство королевского дворца. В Нараборе и в былые-то времена презирали пафос. Зато воздушный флот дальних, единственный, способен пересечь океан. Но зачем?

— Приветствуем ваше величество, — глава посольства все же опустился перед троном сьора Дэстена на колени. Остальные имперцы тоже.

— Как добрались? — чисто из любопытства спросил он. — Встаньте. Здесь не принято так низко кланяться. Это Нарабор, а не ваш Игнис.

Интересно, у империи еще остались толковые тателариусы? Которые сумели ускорить и парусный флот Рафа, и воздушный?

— Путь был долгим, — признался посол, поднимаясь с холодного каменного пола. Под тронным залом находился резервуар с водой из подземного озера.

Значит, не смогли.

— Ну а цель? Что нужно моему сыну, императору Рафаэлу Тадрарту? Как кстати его здоровье?

— Его величество много болеет в последнее время. Поэтому мы и здесь.

— Вам что, нужны артефакты моего Великого Дома? Или лекарства? Может, мэтры-эскулапы? Или… мои советы?

— Нет, кое-что другое.

Посол подошел к королю, с поклоном протянув ему письмо. Дэстен невольно разволновался. Как давно он уже не видел эту печать! Герб Императорского Дома! И почерк сына успел забыть. А ведь Раф — первенец! Плод запретной любви, бастард!

Болеет, значит. Полукровки не такие выносливые.

Прочитав письмо, король сначала разозлился, как только у Рафа совести хватает, выдвигать подобные требования, а потом задумался. Как все сложно!

— Это не мне решать, — сказал, наконец, он. — Когда-то мой дед на меня надавил, и я женился не на той девушке, на которой хотел. Принял титул, которого не желал. Прожил жизнь, к которой никогда не стремился. Я добросовестно выполнял и выполняю свои обязанности, но о том, что поддался давлению, чем дальше, тем больше жалею. Улаживайте это сами. Я дам вам сопровождающих, лэрд…

— Кенси, мой сьор.

Король невольно вздрогнул. Неужто внук?! Некая леди Кенси входила в Малый совет при покойном императоре. Известная отравительница, интриганка и любовница правителя, она с успехом все эти должности совмещала.

Вопрос застыл на языке вместе с самим языком. Если перед Дэстеном и впрямь внук этой леди, то лучше промолчать. Сделать вид, что забыл не только то, что был когда-то вассалом ее коронованного любовника. Но и осаду Игниса, после которой бастард Раф заполучил трон. Вообще все. Навеки вечные.

Король молчал, а лэрд Кенси терпеливо ждал. Аристократы империи вышколены. А у этого бабка вообще отличалась и злопамятством, и коварством, и терпением. Потому что покойный Ранмир аль Хали ни одной юбки не пропускал. А леди Кенси была любовницей походной, на случай, когда император предпочитал, молча, трахать «доверенное лицо», зная, что ни словечко, ни сплетня не окажутся за порогом спальни.

Ни одна из женщин не любила Ранмира так сильно и так самоотверженно. Эти Кенси умеют быть преданными.

— Я не ваш сьор, я король Нарабора. Который никогда больше не станет частью империи, — сказал, наконец, Дэстен. — Я не дорожу тем, за чем вы пришли, скажу честно. Поэтому не стану вам препятствовать. Но и помогать не буду. Вам дадут координаты. Дальше сами.

— Спасибо, мой… Ваше величество. Вылетаем на рассвете.

Когда послы ушли, Дэстен пошел к королеве. Она все больше напоминала маленькую девочку. Капризничала и налегала на сладкое. Годы брали свое. Но только Нэше он мог сказать о том, что сегодня случилось.

Потому что это касается их семьи. Пяти Великих Домов. Они все еще родня…

* * *

— Ай!

— Что случилось, сладенькая?

Лейтон только приступил к делу. Расстегнул пару верхних пуговок на платье леди и ослабил пояс своих штанов. Чтобы в нужный момент легко соскользнули на траву. Местечко, что надо! Трава, конечно, чахлая, но зато