Торговец будущим 3 - Мархуз

года сроком на десять лет. Изменения цен также были предусмотрены, поэтому французы кое-что заранее предпочли оплатить, например, тот же хлеб. Вроде у них плодородные земли, но кто его знает что за спекуляции они затеяли?

— Я думаю, что они хотят поставить в некоторую зависимость англичан на предстоящих переговорах, — отметил князь Куракин, — мало ли на чём захотят сыграть.

— Ещё и денег заработают на панике, начавшейся в Англии, — поддержал Строганов.

Уже пришли известия о реакции на нашу невинную аферу с газетчиками, усиленную «третьими лицами», которые старательно подчищали прилавки кое-где в Лондоне. Цены из-за повышенного спроса начинали повышаться в столице, а волна переживаний распространялась по стране.

Впрочем нас всех больше интересовали интересы России во Франции. В чём-то они совпали с французскими, в чём-то наши партнёры шли навстречу ради длительного мира. Больше всех радовался я, когда четыреста тонн песка и сто тонн белой глины из-под Сирёя были доставлены в один из портов и загружены в нанятые французские суда. А затем отправлены в Петербург. Мне даже не пришлось Париж покидать для контроля, лишь один из моих помогал нанятым французам, да и то лишь ради проформы.

Вечером в день подписания Наполеон дал бал в честь русских гостей, где мы оказались в центре внимания, но без провокаций. Даже попели немного. И если Куракина одолевали, как главу делегации, то мы с Ланским прятались за спиной графа Строганова. Он в основном и отбрыкивался от отдельных щекотливых вопросов со стороны слегка подвыпившей публики. Хотя одной дамочке бальзаковского возраста удалось-таки воспользоваться моментом. Когда Павел Александрович отвечал некоему господину, она проскользнула ко мне и спросила:

— Мсье Оленин, а правда что вы предсказываете будущее?

Гофмаршал тут же перевёл на русский, чтобы дать мне чуть-чуть времени определиться с тем, как и что именно ответить, поэтому я сказал по-русски (чтобы Степан Сергеевич смог при обратном переводе подправить мой ответ, если понадобится).

— Сударыня, я аналитик, поэтому могу спрогнозировать примерное будущее, используя текущую информацию и законы развития событий, — своеобразная мура, но выглядит почти научно.

— Ой, как здорово, а вы могли бы дать мне сеанс как-нибудь?

— Мог бы, мадам, но это обойдётся вам в миллион луидоров. Мой сервис дорого стоит.

— Но как же так, наши предсказатели и гадалки берут гораздо дешевле, — возмутилась француженка.

Опаньки, обстановка начала накаляться на ровном месте, ибо рядом находились и другие, возмущённые уровнем расценок. Мало того, неподалёку находился Первый Консул, который явно начал прислушиваться к беседе. Ланской несколько растерялся (а ещё высокопоставленный придворный), а Строганов как раз заканчивал ответ своему собеседнику.

Один военный, молодой, но желающий себя проявить, коли попал на светский раут столь высокого уровня, тут же воспользовался моментом.

— Мсье, вы обязаны уступить даме и согласиться на её условия. Иначе вам придётся иметь дело со мной!

Красиво, даже мужественно, когда вокруг много военных французской национальности.

— Сударь, вы явно выпили лишний бокал шампанского, поэтому не вправе давать мне указания, коли не владеете своим разумом. И ваша бравада базируется лишь на желании показать себя, но не обоснована логически. Кроме того, я превосхожу вас как более сильный человек, более умелый в бою, имеющий более высокую реакцию и скорость передвижения.

Чего несу, спрашивается, но растерян и не знаю как выпутаться из ситуации. Тут ещё один в такой же форме (может однополчанин?) подступил с другой стороны. Может схватить их за шкирки и шмякнуть лбами друг дружку?

— Я вызываю вас на дуэль, — вякнул второй, а первый поддержал:

— Я тоже! — да ещё отважно так.

— Ну какие вы соперники, если я один сильнее вас обоих, — блин, всё-таки сорвался и быренько ухватил их за шеи, после чего от отчаяния действительно столкнул лбами.

Умники не просто осели, а рухнули на пол, тем более что он паркетный. Вроде силушку сдерживал, а оно вона как. Если не убьют здесь, то государь казнит по возвращении. Явно что мирный договор будет сорван из-за дуры, пожелавшей халявы и двух придурков, рассчитывавших на моё унижение, а значит и на их возвышение из толпы.

— Я всё видел, — сказал подошедший Наполеон, — мсье Оленин наглядно показал всем нам, что русских людей не следует задирать. С Россией правильнее будет дружить, а не воевать, иначе всё кончится именно так, но на уровне армий. Кстати, мадам Лефонсе, мсье Оленин не гадалка и не прорицатель, а аналитик высочайшего класса. И он обслуживает не обычных клиентов, а государственного уровня. Поэтому его услуги оцениваются соответственно.

— Мсье Первый Консул, но я просто хотела…

— Да, теперь вижу, — прервал её Наполеон, — вы просто хотели сорвать переговоры Франции с Россией, но вам это не удалось. Думаю, что вам следует поумерить свои капризы. Мсье Савари, составьте компанию мадам до конца приёма.

Присутствующие слегка напряглись и решили поостыть, дабы их тоже не обвинили в государственной измене. Всё-таки «компания Савари» это грустновато по нынешним временам. Обоих падших вынесли, хотя они вроде начали приходить в себя. Забияк легче нести насильно, чем насильно выводить. Когда человек на ногах, ему легче сопротивляться, выказывая своё недовольство.

Увы, после инцидента у французов остался неприятный осадок. Всё-таки один русский с лёгкостью вывел из строя сразу двоих гвардейцев. А что будет если русских окажется побольше?

На следующее утро посол Колычев провёл разбор полётов.

— Господа, это лишь кажется, что нам всё сошло с рук. Пакт о ненападении ещё не подписан и нам могут припомнить вчерашний инцидент.

— А как именно, Степан Алексеевич, — поинтересовался граф Строганов, — неужели откажутся подписывать?

— Господин граф, здесь дело в другом, они могут чего-нибудь потребовать в свою пользу в некоторых пунктах.

Именно из-за постоянной перестраховки и боязни что-нибудь сделать не так, Колычев и растянул процесс переговоров. Ну не было в нём жилки дипломата, да и по жизни он был чересчур осторожным, предпочитая выжидать до посинения. Хорошо, что Куракина прислали и дело понеслось на всех парах (которые пока ещё не изобретены вообще-то). Причём посол постоянно пытался одёрнуть князя, мол, не нужно спешить, требуется выждать, а вдруг что не так пойдёт. И лишь неограниченные полномочия, предоставленные Куракину императором, обеспечивали скорость подготовки итоговых документов.

Следовало учитывать, что нам не мешали тормоза предыдущих «раскладов», когда по каждой европейской стране дипломаты выверяли кто кого контролирует. Ещё в екатерининские времена шли бои местного значения на переговорах такого уровня за каждую крохотную составляющую тех же германских земель. И они жрали время, порой большее чем по базовым вопросам. В принципе, это почему-то считалось верхом исскуства дипломатии.

— Почему согласились на