Алхимик - Галина Мерзлякова

оказались деньги (ну, я так думаю) — кругляшки с отверстиями внутри. В голове крутились подхваченные непонятно где называния цяни, шу, таэли, вени. Кроме того, что это вроде все называния денег, эти самые названия мне больше ничего не говорили. Признаюсь, я понадеялась на память девушки, в которой оказалась, но по запросу как гугл она не работала. Вариант, что девушка не знала, что это за монеты и как ими пользоваться, я отмела как невозможный. Еще в шкатулке оказались серебряные шпилька и браслет, возможно, из нефрита. Опыт прочитанного подсказывал, что если на подобную штуку, нефритовый браслет или подвеску, капнуть кровью, можно получить доступ в волшебное пространство, где старичок с длинной бородой укажет тебе путь к силе и бессмертию, и заодно выдаст редких сокровищ, на сдачу. Поколебавшись некоторое время, я всё-таки рискнула уколоть палец иголкой, выдавив несколько капель крови на браслет.

И что в итоге?

Ничего.

Не с моей удачей открывать чудесное пространство со старцем, который проложит мне путь к силе и бессмертию. Обидно, досадно, но ладно. Зато браслет красивый, думаю, можно будет дорого продать. Камень выглядит прозрачным, и думаю, довольно дорогим. Впрочем, продавать его или шпильку я пока не собиралась. Все-таки это серьёзные активы, и нужно знать цену, а то можно серьёзно продешевить.

Ещё из интересного: в шкатулке оказалась вышитая сумочка с высушенными цветами и, самое главное, записка от какого-то торговца, которую я смогла прочитать. Приятно знать, что я грамотная. Так вот, судя по этой записке, если у матушки возникли бы какие-либо проблемы, то можно было бы обратиться к этому самому торговцу. Разумеется, я не матушка, но попробовать все-таки стоит. И если изгнание из деревни не проблема, то я не знаю, что еще может быть проблемой.

И всё. Шкатулку я решила убрать на дно корзины с удобно пришитыми ремнями, которая обнаружилась в углу, огороженном какими-то тряпками. Не чемодан, конечно, но за неимением лучшего подойдет. Туда же отправились пяльца, нитки, ткань — точно лишними не будут. Нашла я и несколько платьев, что уже порадовало: демонстрировать, что у меня один-единственный костюм, не придётся. По счастью, платья оказались достаточно простыми и, так сказать, с интуитивно понятной системой застежек и порядком одевания, ну или во мне в очередной раз проснулась память тела. Понимая, что я ухожу из деревни насовсем, хотелось забрать всё, от сковородок до хлопковых одеял, от соуса в темной бутылочке до ополовиненного мешочка с солью. Однако это мое желание упиралось в одно большую проблему - в мою грузоподъёмность, а что-то подсказывало, она у меня невелика.

Дальнейшие поиски привели к нахождению нескольких книг, чернильного камня, кистей, бумаги. И самое главное — я была точно уверена, что умею писать! Матушка моего исходного тела приложила немало сил, чтобы сделать меня грамотной. Уже хорошо, это тоже может пригодиться. В крайнем случае, наймусь к кому-нибудь писцом, ну или буду переписывать тексты. Так как, в конце концов, что-то мне подсказывало (возможно, не до конца проснувшаяся чужая память), что далеко не все умеют читать или писать. Так, например, единственный учёный здесь — сын старосты, несколько раз сдававший императорские экзамены, но так и не сдавший их. Не став чиновником, он, тем не менее пользовавшийся огромным авторитетом в деревне, открыв свою школу, куда далеко не все могли позволить себе отдать детей, точнее, сыновей. Грамотных дочерей в деревне не было. Это тоже, кстати, ставили мадам Ву в упрёк. Так как девушка, в которой я оказалась, не только умела читать и писать, но и хорошо разбиралась в цифрах, а вот готовить, стирать и вести хозяйство - например, ухаживать за скотиной или сажать рис, не умела совсем.

Я ещё раз посмотрела на свои руки — нежные, хрупкие, для столь грубой работы они явно не предназначены. При этом что-то мне подсказывало, что шёлковая вышивка могла принести в семью гораздо больший доход, чем ежедневная полевая работа или посадка риса. Что ж, в сельском хозяйстве я тоже не разбираюсь. Хотя кто из нас на огородах помидоры не сажал? У меня, правда, даже кактусы дохли. Ну ничего, будем надеяться, что в новом теле что-то исправится.

Пока я продолжала судорожно собирать вещи, в дверь домика постучали. Потом она скрипнула, и на пороге появился, в общем-то, ожидаемый гость - староста с подорожной. А ещё с корзинкой, из которой в принципе вкусно пахло. Кажется, прежде чем выпнуть меня из деревни, меня хотя бы покормят.

Глава 2

— Вот, — староста по-хозяйски уселся за стол и поставил на него корзинку, в которой оказались пухлые, исходящие паром булочки. — Кушай.

«Аттракцион невиданной щедрости», — скептически усмехнулась я про себя, но булочку взяла. Внутри оказалась какая-то овощная начинка, не то чтобы очень вкусно, но съедобно и горячо. Мне сейчас в самый раз. Пока я ела, на стол легла свёрнутая в трубочку сероватая бумага, судя по всему, та самая подорожная. Староста оглядел разведённый мной бардак и только языком цокнул.

— Надумала, куда подашься? — спросил староста, поглаживая бороду, а потом, словно рассуждая сам с собой, продолжил. — В соседних деревнях тебе тоже рады не будут. Бабы, что с них взять, язык без костей, уже всё разболтали, да в нужном для себя свете. У них эти два оболтуса — любимые сыны ненаглядные. Единственные. Как баб гнобили-то за то, что у них только дочери рождались, не передать. Да и нечего делать тебе в деревне, ты девка красивая, но безрукая. В город тебе надо. Ты-то сама что думала, тоже в город?

Я кивнула, чувствуя подвох, а самое главное, с трудом поспевая за потоком мыслей старосты. Думаю, бывшая владелица тела была в курсе некоторых семейных придирок ее обидчиков, но ей от этого явно было не легче. Мне тоже, но я уже начала немного принимать случившееся, наверное. Если вспомнить всё