Глэйд вечный, Глэйд бесконечный - Джеймс Дашнер

детей, но и нескольких сенаторов, уважаемых людей, цвет острова. Конечно, у сбежавших было оправдание – они собирались помочь Божеству найти средство для Исцеления! И, если бы это получилось, они бы гордились честью спасителей человечества, а остров, несомненно, гордился бы своими детьми! Но что, если права Химена? Что, если Исцеление невозможно, а само Божество заботится лишь о сохранении своей власти, и больше ни о чем?

Родители Триш наверняка терзают Совет острова и Сенат требованиями разыскать их дочь. Родители Доминика, скорее всего, бросают в океан перья, похожие на маленькие кораблики, и просят волны, чтобы те вернули им сына. А другие родители… Наверное, перечитывают «Книгу Ньюта», надеясь, что их детям повезет больше, чем легендарному Глэйдеру…

Старина Фрайпан кивнул, словно догадывался, о чем думает Айзек.

Джеки тыльной стороной ладони отерла пот со лба.

– Клеттер сказала нам, что как только доберемся до Божества, мы…

Айзек тронул ее за плечо.

– Не кипятись! Я помню. Мы найдем и Божество, и всех наших.

Химена же рассмеялась, отчего огонь внутри Айзека разгорелся с новой силой.

– Что тут смешного? – спросил он, прищурившись и глядя на Химену. Та стояла перед ним, окруженная ореолом мягкого света.

– Она думает, что мы идиоты, – сказала Джеки. – Не обращай внимания.

Химена же недовольно фыркнула и произнесла:

– Божество не станет вам помогать. С какой стати?

Она подняла с тропинки камень и, с силой швырнув его в сторону, пробормотала что-то неразборчиво.

– Что ты говоришь? – переспросил Айзек.

– Все эти Виллы, само Божество – все это должно сгореть дотла!

Она произнесла это таким ироничным тоном, словно речь шла про обычный костер, разожженный на берегу.

– Ладно! – сказал Фрайпан, усаживаясь на ствол поваленного дерева, лежащий обок тропинки, по которой они шли. – Вилла далеко, а здесь можно неплохо устроиться на ночь.

Палкой, на которую он опирался во время ходьбы, Фрайпан нарисовал на земле круг и произнес:

– Джеки!

Та, обрадовавшись тому, что можно соскочить с опасной темы, бросилась собирать хворост для костра.

– Еще и ягод посмотрю, и, может быть, найду какие-нибудь фрукты, – сказала она, старательно отворачиваясь от Химены.

Та заметила это и, покачав головой, негромко заметила:

– Я говорю это не для того, чтобы вас обидеть. Это – правда. История о Божестве – ложь, которую они рассказывают и самим себе, и другим.

Но, увы, спутникам Химены пока не хотелось знать правду!

В нарисованный Фрайпаном круг Джеки сложила кучу веток и сучьев, а Айзек принялся разжигать костер.

– Подождите! – остановила его Химена. – От огня у нас будут одни неприятности.

– Мы разжигаем костер каждую ночь, и никаких неприятностей, – отозвался Айзек.

Костер разгорелся, потрескивая сухими сучьями.

– Лучший звук из тех, что я слышал за весь день, – произнес Фрайпан.

Айзек отлично понимал, что старый глэйдер имел в виду. Дома, на острове, после того, как погибли его отец и мать, огонь стал для Айзека единственным утешением. Он мог сидеть, не смыкая глаз, до самого утра, и смотреть, как медленно догорают угольки в очаге кузнечного горна. Этот очаг для Айзека был спасением; он помог ему прийти к одной важной мысли: чтобы вернуться к жизни, вещь должна полностью сгореть и явиться из пламени очищенной и обновленной. Это и к людям относится! Огонь людям не враг, а добрый друг!

Джеки подбрасывала в костер небольшие ветки.

Химена же подошла к огню и принялась забрасывать его землей.

– Эй, послушай! Ты что делаешь? – возмутилась Джеки.

– Я не собираюсь рисковать! – отозвалась Химена. – А что, если люди с Виллы ищут нас?

Положив ладонь на рукоятку висящего на бедре ножа, она продолжила:

– Я не собираюсь туда возвращаться. Ни с кем, даже с Карлосом. И хуже всех там – профессор Морган!

И она сделала несколько шагов по направлению к обрыву.

– Все хорошо. Все будет хорошо! – шептал Айзек, пытаясь говорить как можно спокойнее. Он понимал Химену, он отлично представлял, через какие ужасы она могла пройти на Вилле. И он знал: они, все вместе, никогда не позволят людям с Виллы вновь забрать ее.

– Мы уже далеко от Виллы, – сказал он Химене. – И никто нас не найдет. Мы в полной безопасности. У них сейчас главная забота – починить оборудование, которое ты вывела из строя.

Последний довод представлялся ему наиболее весомым.

Старина Фрайпан выслушал Айзека и, совершенно невозмутимо, принялся чертить своей палкой новую окружность для костра.

– Не нужно слишком нервничать, – сказал он. – Если они захотят забрать тебя, им придется забрать и нас.

Джеки, не теряя времени, перекладывала принесенный из леса хворост на новое место.

– Вы ничего не понимаете!

На Химене просто лица не было – так она волновалась.

– Вам-то бояться нечего! За вами они точно не придут. А меня будут искать.

Плечи ее затряслись от подступающих рыданий.

Айзеку был непонятен источник ее страхов.

– Это потому, – спросил он, – что они тебя так долго изучали, и им жаль потраченного времени и сил?

– Совсем не поэтому!

Химена стащила с плеч рюкзак и, расстегнув передний кармашек, кое-что оттуда достала.

– Вот! Я забрала это перед тем, как мы сбежали, – пояснила она.

– Что это? – спросила Джеки, отвлекшись от веток, которые держала в руках.

Солнце еще не село, и в неясном свете, царившем в лесу, Айзек рассмотрел то, что Химена извлекла из своего рюкзака – небольшую стеклянную ампулу, содержащую какую-то темную жидкость. К поверхности ампулы была приклеена бумажка со сделанной от руки надписью. Но Химена не разрешила Айзеку слишком долго разглядывать ампулу и быстро сунула ее в рюкзак.

– Что это? – вновь спросила Джеки.

Айзек же почувствовал, как у него засосало под ложечкой.

– Ты что, украла это? – спросил он.

И только Фрайпан смолчал, недоверчиво покачав головой.

– А ты думаешь, я собиралась отправиться на главную Виллу с пустыми руками?

Химена быстро закрыла и застегнула рюкзак на молнию, после чего подняла глаза и сказала:

– Это средство для Исцеления.

Наступила долгая тишина.

– Но ты сказала, что никаких средств для Исцеления нет! Или мне показалось? – спросил Айзек. И вновь – тишина, нарушаемая лишь согласным гуденьем насекомых.

– Если это – средство для Исцеления, то почему миз Коуэн отправили в кому? – спросила Джеки, которая во всем стремилась дойти до самой сути.

Химена забросила рюкзак за спину.

– Вы совсем ничего не понимаете? – спросила она и посмотрела на старину Фрайпана, который, однако, тоже выглядел озадаченным.

– Зря я вам все показала, – сказала Химена разочарованно и направилась к краю обрыва.

– Тогда объясни, чтобы мы поняли!

Айзек устремился за Хименой. Девушка остановилась и обернулась.