Особняк №13. Страшные друзья - Сабина Больманн

– Вот я могла бы вступить в клуб любителей бутылочек. Я обожаю их и всё про них знаю! – продолжила Ольга.

Оттилия вздохнула. Мама Страхман была джинном и собрала огромную коллекцию всевозможных сосудов. Каждый вечер она, гордо оглядывая стеклянные экспонаты, решала, в каком же из них сегодня переночевать.

– К сожалению, я никогда не слышала о таком клубе, – сказала Оттилия.

– Значит, надо его основать! – восторженно откликнулась Ольга, вскочив с места.

– А мне кажется, что сначала нужно каким-то образом «выключить» ворону, – сказал Му, до сих пор сидевший очень тихо.

– Зачем? – спросила Вольфи.

– Боюсь, что, как только мы выйдем в большой мир и начнём искать друзей, серые точки посыплются на нас дождём.

Оттилия задумчиво кивнула:

– Пожалуй, ты прав, Му.

* * *

Через пару минут все Страхманы, их соседка и питомец Швабра уже стояли на улице, украдкой поглядывая на крышу, где сидела бдительная ворона-шпионка.

Дома члены необычной семьи могли быть такими, какие они есть, и говорить что угодно, но, как только они выходили за дверь, всё становилось сложнее. Им нужно было за собой следить. Вести себя, как обычные люди. Не привлекать внимания. Никто не должен был замечать, что они не такие, как все. Если же Страхманы нарушали правила или человек, который общался с ними, называл их «странными», «ненормальными», «ужасными» и так далее, то ворона открывала клюв, каркала, и в светло-сером списке появлялась тёмно-серая точка. Того, кто набирал семьдесят семь таких точек, забирали и куда-то увозили. Куда – неизвестно. От этого было ещё страшнее.

– Может, поставим вороне телевизор на крыше? Или подарим телефон? Это бы её отвлекло, – предложила Вольфи.

– А мне кажется, ей самой нужен друг. Глядите, какая она одинокая, – сказала Шмыг, жалея птицу.

Все Страхманы склонили головы набок, задумавшись о вороньем одиночестве. Вдруг они вздрогнули: над переулком пронеслось громкое «кар».

– Кто это каркнул?

– Это не наша ворона. У нашей клюв был закрыт.

– И мы пока не сделали ничего неправильного. Просто стоим себе на улице, а это не запрещено.

– Или запрещено? А, Оттилия?

– Леший терпеть не может, когда ему что-нибудь запрещают! Бр!

– Да нет же, – ответила девочка, – стоять на улице совершенно нормально.

Карканье послышалось снова. Тут Му заметил:

– На третьем доме сидит ещё одна ворона!

Оттилия успокоила Страхманов:

– В этом нет ничего необычного. Таких птиц очень много, они повсюду. Возле игровой площадки есть дерево, которое иногда кажется чёрным – столько ворон на нём сидит. Можно подумать, они растут на ветках.

– По-моему, я знаю, как отвлечь нашу надзирательницу, – сказал Му и расплылся в улыбке.

Когда стемнело, чердачное окно дома Страхманов со скрипом открылось. Сначала возникли только маленькие рожки, следом голова необычного мальчика показалась целиком.

– Ворона сидит на месте? – шёпотом спросила Ольга.

Вся семья собралась на чердаке. Оттилия, вооружившись биноклем, наблюдала за соседями из своего окна, расположенного напротив. Му взобрался к Хольгеру на плечи.

– Ой-ой-оюшки! Ты наступил на мою музыкальную косточку![6]

– У тебя есть кости, которые играют музыку? – заинтересовалась Вольфи. – И где они?

– Не знаю. Просто название такое милое…

– Леший не любит музыку!

– Ой, а можно мне на улицу! Пожалуйста! Я уже чувствую луну, она зовёт меня, – сказала Вольфи. – О нет, кажется, я сейчас завою…

– Не вздумай! Соберись! – одёрнула её Ольга.

Му призвал семью к порядку:

– Перестаньте же наконец шуметь! Так мы привлечем к себе лишнее внимание.

Мальчик осторожно выполз из окна на крышу и сел рядом с вороной.

– Красивый вид отсюда открывается, – сказал он ей, стараясь говорить непринуждённо, как будто это самое нормальное занятие на земле – сидеть на головокружительной высоте рядом с птицей, которая к тому же шпионка ИНТКВ. – Отличное местечко ты себе выбрала!

Ворона промолчала. Му снова заговорил:

– Знаешь что? Я тут подумал… Мы ведь с тобой до сих пор толком не познакомились, хотя живём почти под одной крышей… Ну то есть я под крышей, а ты на ней. Меня зовут Му. – Он протянул было руку, но потом понял: когда у твоего собеседника вместо рук – крылья, рукопожатие вряд ли удастся. Тогда он решил перейти к сути дела. – Ты видела? Вон там со вчерашнего дня живёт ещё одна ворона. Кажется, ты ей приглянулась.

Пернатая шпионка моргнула.

– Да-да! – продолжил Му. – Ты ей явно нравишься, но что в этом удивительного? Ты же такая эффектная птица! Вот она и смотрит на тебя целыми днями, не отрываясь. Через четыре крыши. А ведь это далеко, ей приходится напрягать зрение. Скажу тебе честно: будь я на её месте, у меня бы уже давно разболелась шея.

Ворона повернула голову и посмотрела поверх домов № 11, № 9, № 7 и № 5. Как и все её собратья, она могла похвастаться превосходным зрением и даже в сумерках разглядела «коллегу-шпиона», сидевшего на крыше третьего дома. Тот кивнул, и, может быть, у Му просто разыгралась фантазия, но ему показалось, что его соседка слегка покраснела под перьями.

«Пора сматываться, пока не упал», – решил мальчик и, осторожно скользнув вниз по крыше, нырнул в окно.

– Кажется, она клюнула! – прошептал он.

Остальные Страхманы, с нетерпением ожидавшие его, запрыгали от радости, стараясь не шуметь.

Спустя несколько минут Му взял лампу и подал Оттилии световые сигналы при помощи азбуки Морзе: длинный, короткий; два коротких, длинный; длинный, короткий длинный; короткий, длинный; длинный, короткий, длинный. Это означало: «Ну как?»

– Молодец! – прошептала Оттилия, кивнув.

Она не сомневалась, что Му услышал её. Ведь он дилльдапп, то есть сердце у него наполовину человеческое, наполовину оленье, поэтому он обладает невероятно чутким слухом.

* * *

– Герр и фрау Страхман, в понедельник, в два часа пятнадцать минут, вас ждут в службе занятости, – напомнила Оттилия и обвела взглядом остальных членов семьи. – Кстати, как насчёт хобби? Надеюсь, все для себя что-нибудь выбрали? У нас осталось чуть больше недели. За это время надо найти и увлечение, и работу, и друзей.

– Я могла бы записаться в бассейн, – сказала Шмыг. – Пари́ть я уже умею, значит, и плавать научусь. Мне кажется, это легко: совсем как в воздухе, только в воде. К тому же начинается на ту же букву. Хороший знак.

Вольфи захихикала:

– «Потеть» – тоже слово на «П», но этого ты не умеешь.

– Я бы не советовала тебе заниматься плаванием, Шмыг. Оно