32 фуэте - Ха Ынгён

мероприятие, хоть сколько-нибудь связанное с балетом, не обходилось без нее. Наблюдая за руководителем Со вблизи, Союль тоже начала мечтать о подобной жизни. Как было бы здорово, если бы у нее тоже все получилось! Союль была уверена, что все нечеловеческие усилия, которые она прикладывает, ведут ее к этой цели.

Когда руководитель Со оказалась уже у входа в оперный театр, к ней подошел мужчина в белой рубашке и о чем-то заговорил. Союль знала, кто это был. Детектив, который часто захаживал в оперный театр из-за случившегося с Сон Рахи.

«Но зачем он снова пришел?»

Союль пристально наблюдала за наставницей и детективом. Тут же в голове сам собой возник образ покойной Сон Рахи. Говорят, она приняла слишком много снотворного. Первой эмоцией, которую Союль ощутила, впервые услышав эту новость, был страх. Только спустя какое-то время она почувствовала сожаление. Сон Рахи даже среди балерин выделялась своей красотой. Линии, которые чертило ее тело во время танца, были невероятно изящными, поэтому ею все восхищались. Но в какой-то момент она начала вести себя беспокойно. Как будто Сон Рахи, которой исполнилось тридцать семь, стала чрезмерно зацикливаться на своем возрасте. Она часто приходила на репетициии с сильным запахом алкоголя, который чувствовали все вокруг. А стоило ей ошибиться хоть в одном движении, как она тут же устраивала истерику, и тогда репетиция была испорчена для всех без исключения.

Однажды Союль задержалась допоздна. Вдруг в коридоре раздался истошный крик Рахи, которая затем распахнула дверь репетиционного зала и вошла внутрь. Похоже, она была совершенно пьяна: это ясно считывалось по ее покрасневшему лицу. Через некоторое время руководитель Со вошла следом. Союль поспешила спрятаться где-нибудь в уголке репетиционного зала.

– Это из-за Ю Джены, верно?! Дочери легендарной балерины Син Суён! Поэтому вы собираетесь выгнать меня и сделать примой ее?

Рахи заплетающимся языком закидывала руководителя Со вопросами. Казалось, алкоголь превратил ее в бесстыдного ребенка. Со Ёнджо фыркнула. Союль подумала, что в словах Рахи есть доля правды: мать Джены была лучшей подругой руководителя Со. Но та, несмотря на всевозможные слухи, сохраняла твердость.

– Верно. Как все вокруг знают, Джена – дочь легендарной балерины Син Суён. Но ей суждено превзойти эту легенду. Когда речь заходит о молодых звездах, моя интуиция никогда не ошибается.

– Ха-ха-ха… Какая вы молодец…

Сдерживая гнев, руководитель Со продолжила:

– Я с первого взгляда увидела яркую звезду и в тебе. Но мне не хватило дальновидности предвидеть, что твой образ жизни разрушит тебя.

Союль подумала, что и в словах руководителя Со была доля правды. Кто вообще мог предсказать, что Сон Рахи пойдет вразнос и своими руками поломает собственную балетную карьеру? Ну, разве что только гадалка, чьи услуги нынче пользуются спросом.

Но Рахи продолжала упорствовать. Руководитель Со смотрела на балерину так, словно считала ее жалкой:

– Рахи… Ты тоже одно время была большой звездой. Это же я тебя вырастила, разве я могу не знать? Но тебе пора бы уже понять, что вокруг появляются еще более яркие звезды. Возраст никого не щадит. И на сцену выходят новые балерины. Просто на сей раз одной из них стала Джена. В дальних уголках космоса всегда рождаются новые звезды.

Услышав саркастичное замечание о возрасте, Рахи сердито выпучила глаза. Только что руководитель Со ударила ее в самое уязвимое место, а затем вышла из репетиционного зала, напоследок бросив на устроившую истерику Рахи пристальный взгляд.

Та плюхнулась на пол и начала всхлипывать. У Союль не осталось выбора, кроме каквыйти из угла. Всхлипывания Рахи становились все громче и громче. Выходя из угла, Союль поклялась себе, что ни за что не будет вести себя так, даже когда постареет. И в то же время ей было немного жаль Рахи. Но и все. Союль с силой прикусила нижнюю губу. У Джены есть задатки одной из величайших балерин мира? Конечно, все и так это признавали, но, когда эти слова произнесла сама руководитель Со, Союль испытала двойной шок. Она почувствовала себя невыразимо несчастной.

Через несколько дней после случившегося Союль получила от Рахи короткое сообщение. Всего пара слов о том, что нужно поговорить, и предложение встретиться в кафе. Союль нехотя пришла на место встречи. На Рахи было больно смотреть – так плохо она выглядела.

Как только Союль села за столик, она тут же спросила:

– Ты ведь терпеть не можешь Ю Джену, верно?

На миг лицо Союль сморщилось. Рахи, гадко улыбнувшись, спросила снова:

– Я же правда, да? Должно быть, ты ненавидишь ее до смерти!

Союль посмотрела Рахи прямо в глаза, думая, что у нее нет выбора и придется сказать правду.

– Да. Джена ужасно меня бесит.

Рахи расхохоталась, обнажив зубы. Союль подумала, что зря она вообще сюда пришла. Ей было жаль своего времени, которое пришлось потратить на чаепитие с человеком такого сорта. Союль не повезло родиться в богатой семье, которая позволила бы ей заниматься одним лишь балетом. Ей приходилось делить свое время между подработками и попытками угодить свихнувшимся на балете мамашам, чтобы получить деньги. А в оставшиеся часы она должна была репетировать больше, чем кто-либо другой.

В тот момент, когда Союль уже собиралась подняться и уйти, Рахи положила свой мобильный на стол и сказала:

– Здесь сохранены кое-какие файлы. Я пред-ложила тебе встретиться, чтобы их передать.

Рахи смотрела на лицо Союль безумно горящими глазами. Та ощутила раздражение. Ей было совершенно все равно, что там у Рахи в телефоне. Союль просто нервничала, чувствуя, что тратит драгоценное время впустую.

Глава 3

Лучи утреннего солнца освещали внешние стены оперного театра, подобно прожекторам. Идя к театру, Ёнджо думала, что за два года заметно состарилась. За это время произошло много всего. Ее разум всегда был занят и напряжен из-за представлений, которые она, поддавшись амбициям, устраивала одно за другим. Также она постоянно входила в жюри международных конкурсов, продвигала различные постановки и бегала по важным встречам так часто, что отваливались ноги. «Приходите посмотреть!» – вот уж точно, в бытность балериной она и представить не могла, что однажды будет так говорить.

Несмотря на то, что сделано было действительно много, виновницей самого большого количества морщин на лице Ёнджо была балерина Сон Рахи. Даже будучи уволенной, Рахи врывалась в кабинет руководителя и поднимала там шум. Это случилось и за два дня до ее смерти. Но кто бы мог подумать, что она имплантировала себе наночип? Рахи, тщательно скрывая этот