Страсть с бооольшим изъяном - Ван Лав

— Угу. Вовремя. Сегодня узнал, что моя жена не только нимфоманка, но, похоже, и…

Я вскочила со стула:

— Девушка легкого поведения? Говори как есть, не стесняйся в выражениях.

Муж скривился, перевел взгляд на полудопитый стакан. Мимика с нотой отвращения меня добила.

— Еще и алкоголичка. Хотел извиниться, обсудить все, но вижу у тебя есть дела по увлекательней. Проспись, поговорим завтра. Возможно.

И снова отвернулся, что бы выйти. Истеря начала кидать в него комки сырой глины. Прямо в спину. Я должна испортить эту идеальную картинку хладнокровия!

— Вот тебе за алкоголичку. Это за «возможно». За мои годы юности!

Ну, совсем понесло, ром творил свое темное дело. Тут я подняла статуэтку, которую откапала где-то в кладовой, чтоб лепить с нее копию и швырнула мужу в затылок. Попала.

Влада качнуло, и он схватился за стену. С мычанием опустился на колени. Мой гнев, как рукой сняло. Кинулась к мужу.

— Владик! Прости, прости! Очень больно? Уф, кажется, крови нет, — нервно ощупала макушку супруга.

— Что это было? — пробормотал муж, он явно не мог сфокусировать на мне зрение.

— Волк, — Откинула штуковину, прикусив губу, — Как ты? Давай съездим в больницу, вдруг…

Плаксивые, взволнованные слова застыли на языке. Взгляд мужа совершенно изменился. Какой-то другой, чужой взгляд. Хоть и смотрит, наконец осознанно. Мамочки, я его точно повредила!

Влад вдруг резко наклонился, и шумно вдохнул запах моих волос. Как дикое животное. Ноздри мужа жадно раздувались, а по лицу поползла незнакомая, хищная улыбка.

— Привет, сучка, — хрипло прошептал и впился глазами в мою грудь.

3

Его дыхание учащается, муж дарит осоловелый взгляд. Переводит глаза с груди на моё лицо. Да так тяжко, будто физически трудно смотреть куда-то еще. Тянет мой локон, небольно, но весьма ощутимо. Нюхает его:

— И пахнешь как сучка. Сладко, аж, тошно.

Округляю глаза и вспыхиваю, на сей «комплимент»:

— Эти духи так-то ты подарил! Влад, что за шутки? Это за то, что я тебя ударила, да?

Отпускает волосы, и перехватывает ткань халатика. На этот раз дергает со всей дури. Треск шелка, и я остаюсь в одном белье. Муж быстро облизывает пересохшие губы. Взгляд темнеет, становяться жестоким, жестким.

— Ко мне иди. Маленькая шлюшка.

Нет, ни это имела в виду, говоря «не стесняйся в выражениях»! Задыхаюсь от возмущения. Но немею. Его глаза, да они …безумны! Нет, это не мой муж. Незнакомец. Вот кто предо мной. Я словно в лапах маньяка.

Взвизгнув, толкаю Влада ступней прямо в лицо и откатываюсь к двери. Сердце бешено стучит. Надо уходить!

Вскакиваю, мчусь по коридору. Тук-тук-тук. В висках тикает, дыхание перехватывает. Пытаюсь вспомнить, где запасной телефон. Мой остался в мастерской. Хотя ведь могу выбежать на улицу! Да, к соседям.

Сзади слышан топот, какое-то утробное рычание. Боже, я разбудила не просто скрытого гопника, судя по лексикону, а настоящего неандертальца.

Ступени скользят и мне так тяжко бежать, стараясь не полететь вниз головой. Наконец гостиная. Уже вижу входную дверь.…Но муж, словно рысь прыгает с лестницы, со второго этажа. И приземляется на одно колено как, в каком-то фантастическом фильме. Мой визг лишь делает его усмешку еще откровенней.

Надеюсь, что соседи слышали, потому что наружу мне не попасть. Мысленно молю чтоб позвонили в полицию. Лечу, не разбирая дороги, закрываюсь в спальне. Что он от меня хочет?! Убить?! Наверняка, ведь явно повредился головой.

Прикладываю ухо к холодной поверхности двери. Боюсь дышать. Слышу за дверью шаги Влада. А потом тишина. Может, ушел из дому? Самое время выйти в окно! Но.… Под мой визг дверь слетает с петель. Муж молниеносно надвигается, прижимает к стенке и чуть сжимает мне горло. Словно тростинку. Больше не ору, просто таращу глаза и не могу молвить и слова. Готовлюсь к смерти, наверное…

— Поймал. По запаху учуял свою сучку.

И тут Влад наклоняется и делает, то, что не ожидала. Проводит влажным языком от подбородка до моего уха.

— Сейчас буду учить покорности.

Что-то еще шепчет мне прямо в лицо, шумно сглатывает и впивается в губы. Жадно раздвигает уста, вторгается в мой рот, так горячо, нагло и похотливо, как никогда. Это не мой муж: другие прикосновения, другие поцелуи…

Протестовать нет смысла. Одним рывком супруг избавляет сначала от кружев бюстгальтера, а потом трусиков.

— Такая сладкая, — выдает, восхищаясь тем, что со мной сотворил. Его зрачки словно пульсируют, когда глазеет на нагое тело. Вздрагиваю, когда он поочередно сжимает ставшими твердыми горошинами соски. Пальцы Влада жаркие и сухие.

— А теперь ты мне дашь.

Страстно вылизывает ореолы сосков, потом шею и вновь возвращается к губам. Я лишь могу чуть отталкивать его, но, по сути, просто стою и вжимаюсь ладошками в грудь супруга.

Одной рукой Влад придерживает мою макушку, чтоб не рыпалась, а другой уже хозяйничает меж моих ног. Он буквально имеет меня пальцами "там" и языком во рту одновременно! Тело предает меня, хоть разумом я понимаю, что это не нормально. Что когда отрывается от поцелуя для глотка кислорода, он шепчет откровенные грубости, что у него поехала крыша.… Но я все равно наполняюсь влагой. Для него.

Влад ловит губами мой стон и дерзко усмехается:

— Вставай на четвереньки.

Его голос низкий. Не Влада, это точно. Но я …подчиняюсь, не могу перечить. Неуверенно принимаю треклятую позу.

Слышу хриплое дыхание сзади. С размаху шлепает, оставляя теплый след на левой ягодице. А затем жадно сжимает правую. Похоже, любуется моим видом сзади. А я стою, ощущая невыносимый жар «там, внизу» и к ужасу изнемогаю от желания.

Тяжело и надрывисто вздохнув, Влад вторгается в меня на «весь размер». Черт, у меня не было секса так давно… что это было бы больно. Если б я не была так возбуждена.

Одной рукой муж властно держит за крутые бедра, а другой наматывает волосы на кулак, заставляя, для него прогнутся.

— Хорошая, сладкая сучечка. Да, вот так, Вот. Ты ведь моя маленькая дрянь? Скажи это.

Не собираюсь говорить такое! Но толчки становятся все интенсивнее, все резче. Я вскрикиваю, в такт каждому движению движется моя грудь. Слышатся чмокающие, неприличные звуки. А затем Влад резко прекращает процесс.

— Нет, продолжай, — молю, словно блею. Щеки пылают.

— Тогда говори. — Чуть сильней притягивает за волосы и облизывает влажно щеку.

— Да, я твоя дрянь.

— Скажи что ты покорная сучка.

Повторяю и это. Но слова заплетаются, голос срывается. Потому что Влад движется уже не терпимо мощно!

— А теперь