Враг за спиной - Медина Мирай

– Например, артефакты? – буквально выдавила из себя Айрис, борясь с желанием убить Хантера прямо на месте.

Перед глазами замаячили заплаканные лица выживших в терактах, в ушах эхом пронеслись крики о помощи. И вот виновник стоит перед ней в серой толстовке с капюшоном, нахально улыбаясь и посматривая в сторону, словно приглашая пойти за ним.

– Нам надо поговорить.

– Я сейчас вызову полицию, поганый ты урод, – процедила Айрис сквозь зубы. – Или сама тебе шею сверну. И не посмотрю, что тут люди.

– Да, именно поэтому для разговора я выбрал тебя. – Он опустил плечи, смотря на девушку с каким-то снисхождением. – Может, мы все-таки сядем, а после разговора ты снова задашься вопросом, стоит ли убивать меня сейчас?

Айрис прикусила нижнюю губу изнутри и нахмурилась, стараясь не выдавать любопытство.

Возможно, он будет промывать мозги. Или начнет переманивать на свою сторону? Как-то все это слишком жалко для ублюдка вроде него. Тут что-то другое.

Айрис не стала соглашаться вслух, для нее это было бы все равно что признать поражение. Она лишь посмотрела в сторону и поджала губы, давая понять, что готова выслушать. Хантер, к ее радости, не стал стрелять очередной насмешливой улыбкой и просто прошел к столу в углу за барной стойкой – там сидела девушка в медицинской маске, очках и винтажном синем платье.

Айрис прыснула. Да это же Розалин.

– Может, с другой стороны бара я найду Курта?

– Думаешь, мы целыми днями сидим на базе и не ходим в заведения? – Розалин встала, освобождая место для Хантера. – Впрочем, из-за тебя я действительно потеряла такую возможность.

– Ой, бедненькая. – Айрис развела руками. – Не может теперь ходить по кафе и есть пирожные перед другими людьми.

– Ты изуродовала меня, – чуть повысила Розалин голос, хватаясь за спинку стула. Мужчины рядом обернулись на нее и шагнули назад. – Но я с тобой еще поквитаюсь. Лицо твое с черепа сниму.

– Попробуй. – Угрозы только позабавили Айрис. Ни капли жалости страдания Розалин у нее не вызвали. Даже грустно. – Только заранее подскажи, с чем ты готова попрощаться в следующий раз. Может, я тебе тоже что-нибудь с костей сниму.

– Девушки, оставьте анатомические подробности. Мы же в кафе. – Хантер сел в углу на место Розалин. – Еще испортите кому-нибудь аппетит.

Действительно, их маленькая перепалка мгновенно приковала внимание всех, кто стоял и сидел за баром. Розалин натянула маску на подбородок, поправила очки и молча прошла мимо Айрис, задев ее плечо.

Айрис поставила пакет с десертами с краю стола у стены, чтобы видеть лицо Хантера. Наверное, было бы лучше самой сесть в углу лицом к залу, но она чувствовала, что с ней просто хотят поговорить и вреда ожидать не стоит.

– Полагаю, хлопковый торт для Тени, – начал Хантер, осматривая пакет с неподдельным интересом. – Те, с голубикой, для Эймери и Иван, кекс для Калипсо, себе ты выбрала мильфей… – Он поднял на девушку насмешливый взгляд. – А как же Азаруэль?

Айрис раскрыла рот, пытаясь понять, что поразило ее больше: то, что он так легко понял, для кого какой десерт она выбрала, то, что давно за ней следил, или то, с какой легкостью этот преступник разговаривал с ней посреди людной кофейни через дорогу от центра, где дежурила полиция, мечтающая его арестовать.

– Ты совсем обнаглел? – только и выдохнула она. – Чего ты хочешь?

– Хватит этой игры, Айрис. – Хантер сложил руки на столе. – Давай поговорим серьезно, как взрослые люди, коими мы и являемся. Тебе не нужно пытаться подстраиваться под современную молодежь. Не думаю, что с твоим возрастом и после всего пережитого ты можешь относить себя к поколению Z.

Всего пережитого?

Айрис стиснула зубы до боли в деснах и вцепилась в края сидушки стула. Даже если этот убийца что-то узнал из архивных данных, как он смеет давить на нее, напоминая о прошлом? А он, казалось, пытался смотреть куда угодно, но только не на девушку. Чтобы не смущать? Втереться в доверие? Или он просто боялся ее спровоцировать?

– Хорошо, – сказала она твердым глухим голосом и выдала как на духу: – Я знаю, тебе доставляет удовольствие разговаривать с врагом в толпе свидетелей, еще и под носом полиции. Чувствуешь свое превосходство даже в такой обстановке. Ты подослал к нам эту шпионку Тару. Устроил два теракта. Хочешь натравить мирное население и власти на Тень. Украл архивы, или кто-то их тебе слил. Держишь рядом с собой детишек Зотиса и капаешь на мозги Курту, чтобы тот убил Тень. Хочешь уничтожить чудищ, считаешь аномалиями долгожителей, которые борются с ними, и вредишь гражданским. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я сейчас хочу тебя задушить. Я бы методично содрала с тебя кожу и разбросала твои останки по городу, чтобы накормить бездомных собак. Поверь мне, я все это могу. И единственная причина, по которой я этого еще не сделала, – мое желание узнать, как ты прокомментируешь свои преступления.

Все то время, что она говорила, Хантер смотрел на девушку с каким-то нездоровым интересом. Без улыбок, ни разу не моргнув и, казалось, не дыша. Он отнял кулак от подбородка, выпрямился и спросил совершенно спокойно:

– Айрис, а сколько людей убили те, на кого ты работаешь и кто тебе платит?

Она сразу поняла, о чем он говорит. И это было справедливое замечание.

– Я не убил и тысячной доли тех, кого убили они. Но ты работаешь на них, живешь у них, получаешь от них деньги. – Уголок его рта поднялся в улыбке. Хантер уперся локтями в стол и чуть ссутулился, продолжая смотреть на нее пристально, в зловещем ожидании, когда Айрис сдастся и отведет взгляд. – А сколько терактов, на которых ты так акцентируешь внимание, они устроили? Сколько стран уничтожили, и не для собственного спасения, а ради обогащения? И сколько мирного населения положили? Речь ведь не о сотне человек, а о миллионах, только где-то далеко. Неужели ты ни разу об этом не задумывалась?

Айрис не могла даже сглотнуть. Ей нечего было ответить.

– Я не отрицаю, что совершаю зло. – Он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, говоря: – Я просто не понимаю, почему ты, да и все остальные в «Альтернате» выставляете меня абсолютным монстром, тогда как сами работаете на тех, кто вырезает людей тысячами ради их ресурсов. И когда я утверждаю, что вы – аномалии, почему вас это так обижает? Ты родилась простым человеком, но стала долгожительницей и сама же от этого