Лавочник с молнией в кармане. Том 1 - Борис Владимирович Романовский

— Ты сделала это-о-о⁈ — раздался из моего горла хриплый старушечий вопль. — Сделала⁈

Лишь сейчас я осознал, что нахожусь в теле грузной старухи и смотрю на девочку, сильно напоминающую мою клиентку. Только моложе лет на десять.

— Виолетта, ты сделала это⁈ — снова закричала старуха. — Отвечай!

Она замахнулась — в её руке была тряпка — и ударила ею девочку. Та сжалась ещё сильнее.

Ой, а ведь у этой девочки все руки в крови.

— Нет, нет, — забормотала девочка. — Нет, не успела…

— Как ты на это осмелилась⁈ — завопила старуха не своим голосом.

Мне стало не по себе. Это ведь я орал, хоть и не по своей воле.

— Я не знала, не знала, — бормотала девочка, сжимаясь ещё сильнее. — Не бейте, пожалуйста…

Старуха подняла тряпку, чтобы ударить ещё раз, но тут у неё резко прихватило сердце — и я почувствовал эту боль. Перед глазами всё поплыло, ноги подкосились, и старуха упала. Из её руки вылетел окровавленный медальон. Тот самый, который я взялся чинить. Он с треском ударился о пол и покатился по нему.

— Бабушка! — раздался крик девочки. — Бабушка!

В моих глазах всё потемнело.

Я резко очнулся в своём теле, тяжело дыша. Пот ручьём тёк с меня, а сердце сдавило такой болью, что я застонал.

— Что с вами? — раздался рядом тревожный голос.

Моей щеки коснулись влажные тёмные волосы, в нос ударил запах парфюма — вишнёвый, мокрый, сладкий.

Я с трудом поднял голову и увидел клиентку. Она наклонилась очень близко к моему лицу — почти впритык. Я даже увидел своё отражение в её голубых глазах.

Да, она прямо как та девочка из видения, только старше.

— Вам плохо? — девушка отстранилась и аккуратно коснулась моего плеча. — Я могу вам чем-то помочь?

— Нет, — я покачал головой и с трудом поднявшись, побрёл в свою каморку за прилавком. — Всё хорошо.

— Точно всё хорошо? — раздался мне в спину её встревоженный голос.

Войдя в небольшую комнатку, я подошёл к деревянному столу. Взял графин с водой и наполнил стакан, после чего сделал несколько больших глотков. Боль в груди постепенно унималась.

Эм… Это что же получается — я побывал в теле старухи и пережил её смерть? Какого хрена⁈

Выдохнув, я со стуком поставил стакан на стол и вернулся к прилавку. Клиентка стояла и встревоженно смотрела на меня.

— Всё нормально, — повторил я. — Просто небольшой приступ.

— И часто у вас такие приступы? — во взгляде девушки читалась тревога. — Вы уверены, что вам можно работать над ценными украшениями с таким здоровьем?

Сразу после её вопроса на улице громыхнуло, в окне сверкнула молния. Девушка поёжилась и испуганно оглянулась на дверь.

— Всё хорошо… — я с трудом сел на стул. Меня и правда уже отпускало. — Лучше расскажите мне про этот медальон.

Подняв абажур лампы, я взял медальон в руки. Внимательно осмотрел его и открыл крышку. Та поддалась с лёгким усилием, едва слышно скрипнув. Хм… кажется, я знаю, как именно медальон был повреждён.

— Этот кулон раньше принадлежал моей бабушке, — тихо сказала девушка, отведя взгляд.

— Вашей бабушке… — я задумчиво взглянул на неё. — Судя по вашему лицу, посмею предположить, что её уже нет в живых.

— Да, — неохотно ответила девушка. — Я не хочу об этом говорить.

— Как был повреждён этот медальон? — я приподнял его в руке.

— Не ваше дело, — девушка напряглась. Но быстро взяла себя в руки и тихо добавила: — Прошу прощения. Я очень любила бабушку, поэтому тяжело переживаю её потерю.

— Ничего, я понимаю.

Мне вспомнилось, как старуха хлестала девочку тряпкой. Подавив жалость — сейчас она ни к чему — я вновь посмотрел на украшение.

Я почти на сто процентов уверен, что способность «Погружение» позволяет мне увидеть момент повреждения предмета.

— Присядьте, пожалуйста, — я указал рукой на пуфик.

Сейчас клиентка стояла слишком близко и могла увидеть электричество на моих пальцах. Девушка опять с явным сомнением посмотрела на медальон, затем на меня. Она открыла рот, явно желая снова выразить недоверие моей компетентности. Но тут за окном сверкнуло, и она, так ничего и не сказав, всё же села на пуфик.

Я сосредоточился на медальоне. Перед моими глазами появилась та же надпись, что и в прошлый раз — только вот с двумя различиями. Во-первых, исчезло слово «Погружение», а во-вторых — заряда теперь осталось 45 из 100.

Это что же получается, способность сожрала аж тридцать семь единиц заряда? Грабёж!

Хорошо хоть, что «Восстановление» всё ещё горит — значит, мне должно хватить энергии для починки.

— Начнём с чистки, — вслух сказал я и взял мягкую кисточку.

Я собирался впечатлить клиентку — возможно, она станет моим билетом в хорошую, сытую жизнь. Тогда мне не придётся шастать по свалкам в поисках того, что я могу отреставрировать и оставить себе или продать. Лампу я так и получил — нашёл сломанную, а потом восстановил.

Пройдясь кисточкой по бороздкам на крышке, вымел невидимую пыль. Подышал на эмаль и протёр её замшевой тряпицей. Потом сменил кисть на тонкую и поковырялся ею под камнями.

— Пыль забивается под закрепку, оттого камни и тускнеют, — пояснил я, не глядя на клиентку. — Дальше петля. Ось разболталась, крышка оттого и скрипит.

Я взял щипчики и для виду поковырялся в шарнире. Вид у меня при этом был крайне важный и серьёзный.

Затем уложил медальон на подложку, накрыл лоскутом и пару раз легонько тюкнул по нему крохотным молоточком.

— Чтобы выправить корпус, — прокомментировал я. — Тут надо действовать аккуратно, через прокладку, иначе побьём эмаль. Не каждый мастер справится с такой работой, поверьте. Вам очень повезло, что нашли меня.

Чпок. Чпок.

Я постукивал, хмурился, прикладывал к глазу лупу. Клиентка следила за моими движениями, и с каждой секундой скепсиса в её взгляде убавлялось. Видимо, хорошо играю.

Откупорив пузатый флакончик тёмного стекла, я обмакнул в него чистую кисть.

Тут же потянуло резким, маслянисто-ореховым запахом.

Я провёл кистью по эмали, тонко, в один слой.

— Чтобы вернуть цвету глубину, — обронил я, не отрываясь от работы.

Клиентка достала мокрый платочек и прикрыла