Алхимия секретов - Стефани Гарбер

Ни отпечатков ног, ни пятен, только сверкающие в свете стеклянных лампочек слова, которые переливались, будто следовали движению секундой стрелки.

Это было похоже на волшебство. Не на большое, невероятное чудо, а простое волшебство вещей, неподвластных времени. Например, двухдолларовых купюр и рукописных писем или пишущих машинок и стационарных телефонов.

Холланд могла бы произнести это вслух, но Джейк выглядел так, словно не был уверен, как вести себя в этой жуткой комнатке в дебрях странного переулка. Не на это он рассчитывал, когда предложил поесть мороженого. Ему нужно было свидание, фото которого хорошо смотрелось бы в профиле, а не такое, которое могло бы попасть на Reddit[5] в рубрику «Ужасное знакомство».

Холланд определенно поняла все неправильно, но теперь уже не могла уйти. Ей казалось, что она никогда еще не была так близка к тому, чтобы отыскать один из мифов Профессора в реальной жизни.

Напротив них располагались две двери, тоже из молочного стекла: глянцево-белые, с золотыми ручками и такими же прямоугольными табличками в центре. На одной было написано «Антиквариат», на другой – «Заводные часы».

Холланд потянулась к последней в надежде, что та ведет к Часовщику. Если уж ей было суждено испортить это свидание, стоило сделать это по веской причине.

Дверная ручка не поддалась.

Холланд дернула еще раз.

– Кажется, заперто.

Джейк протянул руку поверх ее плеча и постучал. Два громких удара костяшками пальцев.

– Чем могу помочь? – донесся голос из-за двери с надписью «Антиквариат».

В дверном проеме стояла девушка. Ее платиновые волосы были коротко подстрижены, а в носу виднелось маленькое колечко. Она была одета в приталенное белое платье того же оттенка, что и молочное стекло. На первый взгляд незнакомка выглядела молодо, но что-то в ее позе и пристальном взгляде вынудило Холланд подумать, что внешность могла быть обманчивой.

Холланд попыталась заглянуть девушке за спину, чтобы хоть мельком увидеть хранящиеся внутри диковинки, но не разглядела ничего, кроме яркого света.

Девушка нетерпеливо забарабанила квадратными ногтями по дверному косяку.

– Мы ищем Часовщика, – сказала Холланд.

– Простите, но ничем не могу вам помочь. – Девушка тут же отступила, чтобы закрыть дверь.

– Я лишь хочу спросить у него, который час, – выпалила Холланд.

Девушка замерла.

– Уверена, дорогуша? – Ее взгляд так и говорил, что было бы разумнее уйти прямо сейчас и прихватить смазливого паренька с собой.

– Она уверена, – вмешался Джейк. – Я тоже хочу узнать, который час.

– Правда? – уточнила Холланд.

Он обнял ее за плечи, и Холланд ощутила тепло его кожи.

– Если ты это делаешь, то и я тоже.

Она хотела спросить, что заставило его передумать, но внезапно ее охватило очень сильное волнение.

Девушка в белом пробормотала что-то себе под нос – что-то, похожее на слово «глупцы», – а после скрылась за дверью.

Время в зале из молочного стекла замедлилось, пока Холланд ждала ее возвращения. Рука Джейка на ее плече стала горячей. На этот раз Холланд почувствовала себя неловко, надеясь, что девушка все-таки выйдет.

Наконец дверь, ведущая к антиквариату, снова открылась. Девушка вышла и протянула им ручки и листки бумаги с прикрепленной сзади копиркой. Незнакомка поджала губы.

– Если вы уверены, напишите свои имена и укажите, что хотите узнать. Часовщик с вами свяжется.

Глава вторая

Следующее утро наступило неторопливо, будто бы не желая выполнять работу, от которой уже устало.

Холланд проснулась в полной тишине. Не было слышно ни щебета птиц, ни проносящихся по улице машин, ни скрипа половиц оживающего дома. На секунду она готова была поклясться, что даже ее сердце не билось.

Когда Холланд наконец села в постели, у нее закружилась голова. Внезапно она почувствовала легкую тошноту. Дело было не в похмелье. По крайней мере, она так не думала.

Холланд попыталась вспомнить, что делала прошлым вечером. Но какое-то время даже не могла вспомнить, какой сегодня день. Она чувствовала себя листком бумаги, частично прилипшим к предыдущей странице.

Холланд осторожно наклонилась, чтобы проверить телефон.

Был четверг.

А значит, вчера была среда.

Ее третье свидание с Джейком.

Детали всплыли в памяти медленной чередой прожженных снимков, которые наводили на мысль о старом домашнем видео. Холланд вспомнила переулок… Молочное стекло… Руку Джейка на ее плече… Копирки… Простое волшебство вещей, неподвластных времени… Часовщика…

В тот момент все казалось таким волнующим.

Но теперь, когда она прокручивала события в голове, вечер показался ей на удивление неинтересным и далеким.

Выйдя из переулка, они наконец-то купили мороженое с арахисовым маслом и беконом, потом Джейк поцеловал Холланд у ее машины. Поцелуй получился долгим. Однако, возможно, Джейк относился к поцелуям не так, как она, поскольку впервые с момента их знакомства он не разбудил ее сообщением.

Хотя было еще не так поздно. Джейк все еще мог пожелать ей доброго утра.

Словно по сигналу ее телефон зазвонил.

Но сообщение было не от Джейка.

Встреча с Адамом Бишопом

в 14:00.

Холланд бросила телефон обратно на кровать.

Адам Бишоп был новым преподавателем по программе изучения фольклора, недавно переведшимся из Калифорнийского университета в Беркли. Холланд еще не встречалась с ним, но слышала болтовню других аспирантов. Похоже, он всем нравился.

Электронное письмо, которое Адам отправил ей в понедельник, представляло собой просьбу явиться к нему после обеда. Когда Холланд уточнила причину, он загадочно ответил, что будет проще объяснить все лично.

Она решила, что, возможно, он ищет ассистента и Профессор посоветовала ее. Пусть Холланд и отставала от плана написания диссертации, зато она была отличным ассистентом. Она помогала Профессору два года – до выпуска и на первом курсе аспирантуры. Все знали, что это требовало большого терпения, а также ряда навыков, которые обычно не указывались в резюме. На самом деле Холланд очень скучала по этой работе, но теперь у нее была другая. Фантастическая работа.

Каждую пятницу вечером Холланд показывала классические фильмы в кофейне «Санта-Моника», а после проводила их обсуждение. Что-то вроде преподавания без необходимости ставить оценки, да и всем разрешалось выпить.

Холланд нравилась ее работа.

Ей нравилась кофейня. Люди, которые приходили каждую неделю. Но больше всего Холланд нравились старые фильмы.

Она полюбила кино в четыре года, когда отец показал ей и ее сестре-близняшке «Волшебника страны Оз». Когда фильм закончился, ее сестра бросилась за метлой, а Холланд попросила рубиновые туфельки.

Отец обратился к ней: «Так и думал, что ты это скажешь, Холлибелс». А затем сообщил, что туфельки уже ждут ее где-то в доме. Нужно лишь их найти.

Это стало ее первой охотой за сокровищами.