Бессмертие. Том 1. Воздух - Ха Ян

– Их не интересует настоящий виновник. Все, что их волнует, – это испортить репутацию «Сяндэфэн» и уничтожить школу.

Ян Си скрестил руки на груди, слегка откидываясь:

– И поэтому ты устроил это представление?

– Да, – ровным голосом ответил Хэ Янг. – «Ишиньаши» понимает только силу. Если бы я ее не продемонстрировал, они бы уже передали дело в Императорский двор, чтобы приговорить всех участников к смертной казни. Этим поединком я выиграл нам время. Как я и сказал, их не интересует справедливость – было совершено преступление или нет, главным виновником все равно выступит «Сяндэфэн».

Ян Си тяжело вздохнул:

– И как называется это притворство…

– Дипломатика.

Учитель Мао едва ли не поперхнулся; бедный старик прожил столь долгую жизнь, но все равно в конечном итоге должен был столкнуться с злом. За всю свою жизнь он не обидел ни мухи – и все равно находился кто-то, желающий его уничтожить. Ян Си похлопал его по спине:

– Учитель, не волнуйтесь. Я найду настоящих виновников.

– Не понимаю, – тяжело вздохнул учитель Мао. – Чем мы им так не угодили?

Хэ Янг опустил руку на стол и слегка отодвинулся.

– Это просто вопрос силы. «Сяндэфэн» занимает чуть ли не последние строчки в рейтинге сил мира боевых искусств, учителя – стары и беспомощны, а ученики – отпрыски бедных семей, не претендующих на таланты; и все же за последнее время вы приняли несколько талантливых учеников, которые решили добровольно возродить ваше имя. Вам должны быть известны подробности лучше меня, но, полагаю, давняя ненависть возродилась?

– Учитель, о чем он говорит?

Ян Си обучался в этой школе долгие годы, но ни разу не слышал от учителя, что он с кем-то враждует; напротив, именно здесь его обучали «доброте и толерантности» к окружающему миру.

Старик тяжело вздохнул; за все это время он едва ли мог притронуться к чаю, его сердце болело от всех этих событий.

– Эй-я, Ло Фань и я долгие годы были друзьями. Но наши взгляды на вещи различались; он решал вопросы с помощью силы, а я не мог. Мне казалось, в основе всех вещей должна стоять доброта. Мир полон зла – если я не буду хорошим, то кто протянет руку нуждающемуся? Оба мы были хороши в своих способностях и со временем руководство школы перешло к нам в руки. Я не мог смириться с его жесткостью, поэтому однажды ушел, чтобы основать свою. Это была та вещь, которой его пытался научить учитель, но так и не смог: сила должна быть, но доброта – лежит в основе всего. Думаю, Ло Фань злился из-за этого. Мне не было смысла соревноваться с ним – он был сильнее, и он был лучшим мастером, чем я. Но, кажется…

– Ему нужно было ваше признание, – подсказал Хэ Янг.

Старик Мао удивленно посмотрел на него:

– Я всегда его признавал, так в чем дело?

– Говорили вы ему или нет – это не имеет значения. Он хотел вашего «признания, что сила важнее». Вероятно, он не мог смириться с вашими ценностями.

Некоторое время Мао удивленно смотрел на него, прежде чем вздохнул.

– Наверное, ты прав. Но я не могу быть согласен с этим.

– Не переживайте, – Хэ Янг встал из-за стола. – Теперь у нас есть время, чтобы разобраться с этим делом. Некоторые люди будут стоять до конца на своем – но нет ничего плохого, чтобы отстаивать свою точку зрения.

Следующие несколько часов прошли в бессмысленных расспросах. У учеников «Сяндэфэн» было алиби на позавчерашний вечер; что касается учеников «Ишианьши»… Здесь ситуация складывалась интереснее. Они также осмотрели всю окружающую местность вблизи школы; здесь действительно было несколько сожженных построек, раскиданные ящики и разоренные комнаты – но все это не выглядело как «ужасное нападение». Вероятно, это можно было даже списать на нападение шайки бандитов, но даже в таком случае были бы украденные ценные вещи. В конце концов, они встретились под деревом.

– Пустая трата времени, – заключил Ян Си. – Они просто издеваются над нами. Ты видел постройки? В школе «Сяндэфэн» нет таких материалов или оружия; они бы просто не смогли этого сделать. И стоило ли устраивать такой цирк?

Хэ Янг кивнул.

– Тебе не показались странными ответы учеников? Все они звучали так заученно, словно их придумывал один и тот же человек. Либо они сами устроили это нападение и обвинили других, либо на них действительно напали, и они перевесили все на «Сяндэфэн», либо преступление свершилось, но они что-то скрывают.

– Склоняюсь к первому. Посмотри на них – да они просто стайка лжецов.

Ян Си заметил, что Хэ Янг смотрит ему за спину, и тоже повернул голову; недалеко от них из постройки вышел ученик. Сначала он не понял, почему на него направлено столько внимания, пока не присмотрелся: этот ученик, в отличие от всех остальных, имел «потрепанный вид». Словно блуждая в бреду, тот остановился и, пошатнувшись, упал на колени, о чем-то бормоча. Переглянувшись с Хэ Янгом, они поспешили в его сторону, когда другой человек преградил им путь:

– Мастер, – улыбнулся Хэ Янг. – Мы почти закончили, но нам хотелось бы переговорить еще с одним из ваших учеников.

Мастер, этот зрелый мужчина с холодным взглядом, только коротко взглянул на них, не двигаясь с места.

– Достаточно. Это все места, которые мы можем позволить вам посетить.

– Как же вы предлагаете вести честное расследование, если сами ему препятствуете? – спросил Ян Си. – И еще…

– Вам и без того дали достаточно доступа. Вы можете осматривать что хотите и как хотите, но не лезьте дальше положенного. Кроме того, – впервые он взглянул на них так долго, – как мы можем быть уверены, что вы ищете истину, а не просто покрываете свою школу?

За его спиной никого уже не стояло; вероятно, того ученика отвели обратно в постройку.

– Ладно, – улыбнулся Хэ Янг. – Но позвольте задать встречный вопрос – как мы можем быть уверены, что это не ложные обвинения?

– Ты!

Лицо мужчины ожесточилось.

– Вы напали на нашу школу. Сожгли постройки, убили учеников. Нам собственноручно пришлось их закапывать. А теперь еще смеете утверждать, что мы все придумали? Вон отсюда!

– Хорошо-хорошо, – Хэ Янг выставил руки вперед, но Ян Си уже схватил его за локоть и отвел в сторону. Плюнув им вслед, мужчина ушел обратно.

– Хэ Янг, это было глупо.

Но спасибо, что спросил.

Правда, Хэ Янг так не считал.

– Ты видел его глаза? Он действительно убежден, что случилось непоправимое, – думаю, что-то здесь действительно произошло. Глядя на его