Зверолов. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

Из тех же, кого Троост знал лично, на борту был только упомянутый Ален Мимун. Этнограф все эти шесть лет пытался разыскать планету серранов, его «Николай Миклухо-Маклай» открыл три новые звездные системы поблизости от Ла-Форше, и четвертой, возможно, стал бы именно Осор… но тут серраны прилетели сами.

Мимуну еще повезло, что он в это время находился на Земле. Иначе пропустил бы уникальную возможность. «Махатма Ганди» не стал бы ждать его возвращения.

Вообще же в делегацию вошли десятки ученых и экспертов разных специальностей. Психологи, биологи, социологи, этологи, технологи, лингвисты, астрономы. Были представители культуры — философ, поэт, певец, виртсонист, священник, даже клоун. И, конечно, служба безопасности в лице полковника Шкуродёра и его космодесантников. А с ними — «Муций Сцевола», боевой звездолет сопровождения.

Все хотят только мира и сотрудничества, но серраны тоже прилетели на Землю вооруженными до зубов.

Но когда «Махатма Ганди» и «Муций Сцевола» вышли из гиперпространства, стало видно, что в случае конфликта одного звездолета не хватит. Землян уже ждали, землян уже встречали — и навстречу им разворачивался целый боевой флот.

Громадный. Вдвое, если не втрое больше земного — а ведь неизвестно еще, целиком ли он тут.

— Какие огромные у них эсминцы, — произнесла Маскерони, глядя на развернутую корабельным мозгом допреальную симуляцию. — У нас из кораблей такого водоизмещения разве что «Георгий Жуков»…

— Я телепортируюсь на «Сцеволу», — хмуро произнес Шкуродёр. — Если начнется отсчет, уходите сразу.

— Не начнется, — отмахнулась Маскерони. — Они ничего не выиграют, уничтожив дипломатическое судно. Это просто предосторожность, их флот здесь лишь на тот случай, если бы вместо послов явилась армия вторжения.

И в самом деле — боевые звездолеты Осора не меняли позиций и не выдвигали орудий. Они явно пристально следили за гравитационной активностью, ожидали, не вынырнет ли из гиперпространства еще кто-нибудь — но никто не выныривал, и все осталось спокойно.

Информационные и телепортационные технологии Земли и Осора различались, так что не получалось ни телепортироваться, ни отправить сообщение. Состыковаться тоже не выходило — шлюзы кораблей оказались несовместимыми. В будущем, конечно, взаимная связь будет налажена, но сегодня с одного из серранских звездолетов просто вылетела шлюпка с встречающей делегацией.

И почетным караулом, как выяснилось, когда ее приняли на борту «Махатмы Ганди». Первыми из шлюза вышли сплошь рослые рептилоиды в блестящих изумрудно-черных доспехах. Головы прикрывали плоские силовые шлемы, глаза светились допреальными огнями, плечи прикрывали массивные энергощиты, а в руках они несли плазменные алебарды. Судя по всему — церемониальное оружие.

Они шагали, точно единый коллективный разум, отлаженный многотелый механизм. Идеальная синхронизация, шаг в шаг. Магнитные подошвы глухо гудели, притягиваясь к полу. Но то был не человеческий марш, а плавные, почти бесшумные скользящие движения.

Выстроившись двумя шеренгами, они мгновенно замерли. Все разом повернули головы под точно выверенным углом, алебарды уперлись в пол, а их лезвия разгорелись фиолетовым. В полной, гробовой тишине из шлюза вышли уже явно штатские серраны — все в одинаковых костюмах из переливающегося металлизированного шелка и тонких диадемах-обручах с белыми сферами во лбу. Лишь один серран выделялся, ибо тоже носил доспехи, но скорее ритуальные, из покрытых узорами наслаивающихся пластин. Видимо, парадная форма.

Именно этот генерал возглавлял встречающих, именно он первым протянул руку тыльной стороной вперед. Уже зная, что это официальное серранское приветствие, навстречу шагнула Далила Маскерони. Она легонько, но твердо хлопнула ладонью по запястью генерала, и тот издал горловое урчание.

Троост, стоя среди членов делегации, заметил, насколько по-разному выглядят земляне и серраны. Рептилоиды одеты единообразно, строго по уставу. Люди, даже военные — кто во что горазд. Никакой формы, парадной одежды, регалий каких-нибудь… в чем были, в том и пришли. Троост — в своем обычном желтом комбинезоне из «умной» ткани.

Когда-то на Земле тоже был свой строгий стиль для церемоний. Древние римляне носили тоги, древние британцы — напудренные парики, древние американцы — пиджаки и галстуки. Но эта мишура давно отошла в историю.

А вот у серранов, кажется, еще нет.

Они и впрямь еще не избавились от ритуалов. Окончательно Троост понял это спустя две недели. Две недели, которые он провел на борту «Махатмы Ганди», висящего на орбите планеты Осор. «Муций Сцевола» с минимальным экипажем остался на краю системы, остальные члены делегации ожидали спуска на планету… но его все не разрешали.

Велись переговоры, проводились разные мероприятия и церемонии, давались званые обеды, «Махатму Ганди» посещали разные высокопоставленные лица, а Далила Маскерони дважды была на приеме у императора, но заключение альянса все откладывалось.

Троост уже стал подозревать, что император Осора передумал, увидев свою невесту-примата, и теперь ищет возможности отвертеться от предложения, которое сам же и сделал… но тут им сообщили, что пятерым членам делегации дается разрешение посетить Осор с ознакомительным визитом.

В их числе и Маартен Троост.

Конечно, за ними будут пристально наблюдать. Шагу не позволят ступить самостоятельно. Тем не менее, это уже успех.

Перед спуском Маскерони тщательно их проинструктировала. Только что вернувшаяся с церемонии обручения-атвар, одетая в традиционный серранский костюм из металлизированного шелка, она говорила Троосту, Мимуну и остальным троим счастливчикам:

— Никакой самодеятельности. Вас высадят утром, вернут вечером. К каждому прикрепят гида, от него ни на шаг. Их язык ваши инфы знают, недопонимания возникнуть не должно. Вопросы есть?

— Почему именно мы пятеро? — спросила Эмили Чаттертон, одна из лучших земных искусствоведов. — Я с удовольствием посещу их музеи и картинные галереи, но…

— Не могу сказать наверняка, — ответила Маскерони. — Возможно, именно потому, что ваши цели визита они сочли наименее значительными. Вас интересуют их культура, история, быт, морское дно и зоопарки. Если я правильно поняла, это они уже готовы нам продемонстрировать. Более важные вещи — пока нет.

— Но это все очень важные вещи, — возразила Чаттертон.

— Не спорю, но их редко засекречивают, в отличие от технологий, промышленности, вооружения и прочих вещей, пригодных в войне.

Последнее слово обрушилось с грохотом якорной цепи. Полковник Шкуродёр отклеился от стены и смерил Маскерони пустым, холодным взглядом. Похожий на какой-то заржавевший бластер, с рыжей клочковатой бородой и бледно-голубыми глазами, он с самого начала дал понять, что не верит в мирные намерения серранов и считает ошибкой отправлять в их