Клан Волка - Анна Кондакова

Люди в балахонах проследовали мимо капсул со спящими пассажирами, затем остановились и указали на несколько кабин по очереди. Проводник опять пошёл по рядам, по пути быстро отключая указанные капсулы от приборов.

Всего пять кабин и пять пассажиров, и среди тех выбранных были и оба моих одноклассника!

Вдруг один из людей в масках повернул голову, будто почуяв, что я на него смотрю, и глянул мне прямо в глаза. Даже через стекло кабины я ощутил, как его красные зрачки задействуют ментальную атаку.

В моей капсуле зашумело — кабина моментально наполнилась газом, приторно сладким и всепроникающим. Сразу бросило в пот, обрушилась слабость. Веки отяжелели, глаза закрылись сами собой, голова упала на грудь, после чего я услышал щелчок — кто-то открыл крышку кабины… а может, показалось.

Затем появилась вода, не ясно откуда взявшаяся — она остудила моё ослабевшее тело и толкнула его вверх, ну а потом я вынырнул и услышал…

* * *

— Не пялься на меня!

— И дыхание задержи! Захлебнёшься!

Меня оглушили звонкие девичьи голоса.

Вокруг орали наперебой и требовали, чтобы я не пялился и не захлебнулся.

Вообще-то, пялиться я был не в состоянии, а вот захлебнуться — вполне. Меня так резко швырнуло в воду, что я успел лишь дёрнуться вверх, вдохнуть и закашляться.

В ушах шумело, в глазах стоял туман. Ни запахов, ни картинок — только звуки, и то с гудящим эхом.

Единственное, что я мог понять — это то, что мои босые ноги стоят на песке, а сам я нахожусь по пояс в тёплой воде, меня оглушают голоса, и хочется всех растолкать, чтобы заткнуть, только руки не поднимаются.

Такого точно в Инструкции не было!

Это не станция Тафалара. И самое главное — я очнулся не в капсуле, как должно быть.

Первая реакция — задействовать магические силы и пустить ударную волну, чтобы всех отшибло от меня подальше, и я бы разобрался, что к чему. Раз я жив, то и магия должна была остаться, хоть и истощённая.

Так я думал первые три секунды… а потом пришлось столкнуться с правдой.

Магии не возникло в теле, будто я опустел — никакой энергии. Абсолютный ноль! Вообще-то, я должен был уже сдохнуть. Если мана истощилась до нуля при переходе через портал — значит, пришла смерть. Так было у всех имсонированных магов.

Странно, что я выжил.

Меня повело вбок, парализованное тело дало крен. Ещё немного — и завалюсь обратно в воду…

— Надо его спасать! — закричали рядом.

Но тут издалека донёсся ещё один девичий голос, строгий и спокойный:

— Нельзя его так сразу спасать. Не положено. Пусть сначала утонет, потом спасать будете.

Такого бреда я в жизни не слышал!

Вокруг разом затихло.

— Ты уверена, Мидори? — спросили совсем рядом со мной. — Утопить учебного манекена?

— Ну конечно, — ответили издалека. — По нему же видно, что он не слишком нуждается в вашей помощи. А надо, чтобы нуждался. Вы ведь Целительницы. Топите его, потом спасайте. Лидия будет довольна, а это большая редкость.

И опять со всех сторон заверещали:

— Тогда топите его! Мидори сказала топить!

— Точно! Пусть сначала захлебнётся! Потом спасать будем!

Я и так еле держался на ногах, из-за пелены в глазах ничего не видел, не мог даже рта открыть, чтобы рявкнуть, как следует, или хотя бы оттолкнуть тех, кто орал рядом — мышцы лица онемели, как и всё тело.

Хорошо, хоть дышал.

Но и это продлилось недолго.

Мне даже опомниться не дали. Множество цепких пальцев обхватили меня за затылок и плечи, а затем вдавили в толщу воды.

Ах ты нечистая сила!

Умирать не хотелось, я ведь только-только вынырнул из небытия, а теперь меня пихали обратно, да ещё с воплями:

— Топите его, девочки! Топите быстрее! Он должен захлебнуться!!

В глотку хлынула жидкость. В нос и уши. Казалось, она залила даже череп и брызнула из глаз, а я всё не мог пошевелиться.

И тут во внутренностях, прямо в районе желудка, вспыхнуло уже знакомое ощущение ярости и холода.

Как всегда, невовремя проявился мой Изъян, который с детства мешал мне жить, особенно в кадетской школе. Мой наставник называл этот дефект Изъяном, хотя я бы назвал его порчей, скверной, грёбанным уродством.

Не знаю, был ли он связан с моей болезнью или с тем, что сказал наставник сегодня.

Изъян жил во мне сколько я себя помнил.

Он не подчинялся контролю и возникал, когда ему вздумается. Ни с того ни с сего под кожей по всему телу проступали серые жилы. Выглядело это тошнотворно, будто вместо крови во мне текла грязь.

И эта паршивая «грязь» никак не помогала, ничего не давала, не усиливала магию — она лишь делала меня уродом. Порой так и дразнили — «страшила Волков».

И вот опять началось!

По мышцам пронеслась волна холода, только вдвое сильнее обычного, будто проклятый Изъян неожиданно окреп, учуяв мою слабость.

Эффект на этот раз получился совсем другим.

Через секунду все, кто пихал меня в воду, с визгом отлетели в стороны. Вода забурлила, став вдруг горячей. И такого не ожидал никто, тем более я сам.

— Скорее из воды! Живо-живо! — заголосили уже издалека.

Ну а я наконец смог разглядеть, что происходит вокруг.

После удара Изъяна моё зрение обрело чёткость, да и остальные органы чувств заработали, и мне удалось наконец осмотреться.

Я стоял в яме, наполненной сиреневой жидкостью, пахнущей благовониями. Это было круглое озерцо с травой по берегам, а под ногами по-прежнему ощущался песок.

Рядом с озерцом я заметил ещё пару таких же круглых ям, а за ними, посреди двора со множеством кирпичных дорожек и овальных статуй с жуткими мордами, стояла одноэтажная постройка с крышей-полусферой, как в обсерватории, и гонгом на кровле.

В отдалении возвышались острые горы, а у подножий пестрели домишки.

Стояла тропическая жара, да и солнце зависло в зените, как на экваторе.

В Тафаларе такой жары быть не должно — я читал, что даже летом температура в столице Стокняжья не поднимается выше двадцати градусов по Цельсию.

Значит, портал выбросил меня совсем не туда.

Теперь бы ещё понять, что это за место, чтобы не нарваться на неприятности. Дальше Тафалара никого из Иномирцев не пускают, а я попал совсем не туда, куда разрешено.

Вот дерьмо…

Эпизод 2

Пока я разглядывал местность, все разглядывали меня.

Вокруг