Клондайк - Андрей Васильевич Саломатов

— Уже не могут, — ответил генерал и тут же поправился: — Нет, с ними все в порядке, они живы, но никогда ничего не скажут.

— Ты когда-нибудь видел настоящих человеческих клонов? — поинтересовался у Фабера молчавший до сих пор Бурунов, и на экране вместо карты Медведок появилось изображение шоссе. На нем вооруженный милицейский патруль разбирался с водителем рефрижератора или металлической фуры. Задние двери кузова были широко распахнуты. Внутри в несколько ярусов до самого потолка виднелись человеческие пятки. Они располагались вплотную друг к другу, и многие из них явно принадлежали детям.

— Да, видел, — завороженно глядя на ряды ног, ответил Александр. — Жуткое зрелище. Такое впечатление, что это хорошо сделанные куклы. Как бы это выразиться... не видно души.

— Откуда там может быть душа? — усмехнулся Иван Петрович. — Эти подонки лепят их как пироги, учат ходить и пользуются ими не больше месяца. Между собой они называют их мясом. Клоны не успевают научиться ни говорить, ни думать. Это даже не новорожденные дети...

— Не отвлекайтесь, — прервал их разговор генерал. — Уточняю вашу задачу, подполковник. Нам нужен Фельдшер с его компьютером. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Фельдшер погиб, а база данных попала к одному из его помощников. Появится другой Фельдшер, и еще не известно какой. Этот тешит свои амбиции, и нас такое положение пока устраивает. Его помощник может оказаться не таким амбициозным. Продаст технологию и укатит куда-нибудь на далекие-далекие острова. Вот тогда последствия могут быть самыми чудовищными. Так что с Фельдшером нам еще повезло.

— Вы упомянули о кроте, — напомнил Фабер. — Он все еще там?

— Да, его псевдоним Сокольский Владимир Сергеевич. Иногда он снабжает нас полезной информацией, но мы больше ему не доверяем, — ответил генерал. — Он живет в Медведках пять лет, и за это время его вполне могли перевербовать. Бытие все-таки определяет сознание. В известной степени.

— А почему вы его не отзовете, не замените? — все время поглядывая на экран, поинтересовался Александр.

— Чуть позже, прежде всего надо разобраться с Фельдшером. К тому же у нас нет времени на подготовку агента — ему придется обживаться, входить в доверие к местным. Не дай бог, попадет на территорию Фельдшера, убьют и фамилию не спросят. В общем, к кроту ходить не советую. Хотя... — генерал принялся вышагивать вдоль длинного стола и теребить кончик носа. Затем он остановился и задумчиво проговорил: — Задачка. Понимаете, подполковник, сидя здесь, трудно советовать, как вести себя там. Постарайтесь разобраться на месте. Сумеете аккуратно прощупать крота, выяснится, что он чист, действуйте вместе. Сами понимаете, человек, проживший там пять лет, может оказать неоценимую помощь. Уж он-то знает жизнь города как свои пять пальцев. Квартирку мы вам подобрали рядом с ним, в соседнем доме. Хозяин квартиры сидит за убийство и выйдет очень нескоро. Можете смело ссылаться на его сестру из Твери, свою тетку. Ее мы там уже поселили. Сокольский вас никогда не видел, поговорите с ним, понаблюдайте. Чем черт не шутит. Но будьте предельно осторожны. Перевербованный крот — ваша верная смерть. А его перевербовка — повторяю — очень вероятная вещь. Крот для Фельдшера — особо ценное приобретение. Он профессионал, дорого стоит. Знает работу спецслужб, умен, хитер и образован.

— Учту, — быстро ответил Фабер. По тому, как окновец посмотрел на старинные напольные часы, он догадался, что разговор окончен, и поднялся, но генерал остановил его жестом.

— Мы понимаем, что информации слишком мало, — словно извиняясь, сказал он. — Неизвестно кто, неизвестно где... В общем, пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Чем богаты. Единственная зацепка — не зацепка, чем ближе к Фельдшеру, тем напряженнее обстановка. Чтобы почувствовать это напряжение, нужен особый нюх. Как мне сказали, вы им обладаете в полной мере. Поэтому мы и выбрали вас.

— Спасибо, — не удержался от усмешки Александр.

— Остальное вам расскажут на инструктаже. Да, а это лично от меня, — сказал генерал и протянул массивный золотой перстень-печатку. — Программа перстня не поддается сканированию — особый сплав. Открывает электронные замки первой, второй и третьей степени сложности. Я думаю, к вашей внешности это подойдет, — впервые за все время улыбнулся генерал и тепло попрощался: — Удачи вам, Саша. И очень прошу вас, не полагайтесь на силу и умение стрелять. Там тренированных бойцов много.

— Спасибо. И это учту, — пообещал Фабер.

Как только за гостем закрылась дверь, Иван Петрович погасил экран, поднялся и серьезно спросил:

— Ну, что, Саша, очко играет?

— Не так чтобы очень... — начал Фабер.

— Ты главное помни: Фельдшер знает, что на него идет охота. Он игрок. Это ты здесь у нас в роли кошки, а он — мышка. В Медведках вы поменяетесь местами. Смотри, не зарывайся.

Они пожали друг другу руки, и Александр покинул кабинет начальника.

После разговора с генералом Фабер три дня готовился к заданию. Он изучал все, что имеет отношение к жизни московских трущоб. Освоил уличный сленг, насколько возможно запомнил карту города, расположение и названия кафе, борделей и ресторанов и схему недостроенного метро. За это время ему составили подходящий гардероб. Не то чтобы совсем бомжовый, но все же такую одежду Александр никогда не носил. В ней он должен был изображать немного блатного, придурковатого парня, который в поисках случайного заработка сует свой нос во все дыры.

Облачившись в потертые джинсы и ковбойку, Фабер взглянул в зеркало и рассмеялся. На него смотрел типичный житель городских окраин. Из тех, что добывают себе на пропитание, снимая у случайно заехавших машин колеса. Настроение ему несколько подпортил штатный инструктор-визуалист, которого за глаза все называли Мадам. Он по-женски сжал губы, взъерошил ему волосы, затем пригладил и сказал, что прическа не соответствует одежде, придется ее немного испортить.

В день отправки Александру выдали электронную карточку на имя уроженца Тверской области Александра Фабрика. Незнакомый полковник, который ее выдавал, пояснил Фаберу:

— Счет должен соответствовать внешнему виду. Сумма на карточке сойдет за небольшое накопление. Ее хватит или на один день безумного кутежа, или на месяц нормального проживания. Начальство решило не класть сразу много. Но каждый день в восемь утра счет будет восстанавливаться. С этим неразменным рублем можете гулять напропалую. В Медведках рестораны намного дешевле,