Эмиссар пустоты - Владимир Михайлович Мясоедов

не более чем не стоящей внимания ерундой, можно сказать делом житейским…В отличии от настоящих стычек,заканчивающихся когда одним-двумя телами с аккуратненькими дырочками или пробитыми черепами, а когда и кучей трупов, кровищей на высоте вторых и третьих этажей домов и вспыхнувшими от опрокинутых свечей пожарами, угрожающими на соседние здания перекинуться. Только вот опаснее всего для невольных свидетелей, случайных прохожих и близлежащих районов города были все-таки не они, а те случаи, когда насилие в местах отдыха и скопления воздухоплавателей происходило не случайно, а вполне целенаправленно. Ибо тогда счеты сводили личности, обладающие властью, деньгами, тяжелым вооружением летучих кораблей и десятками или даже сотнями по-настоящему преданных им опытных бойцов, каждый из которых имел доступ к качественному оружию и неплохо умел им пользоваться.

Выдвинувшийся к месту столь масштабного происшествия усиленный наряд полиции выдвигался по всем правилам штурмового искусства. Целых четыре сотни спешно собранных стражей правопорядка получили из арсенала автоматическое оружие и массивные ростовые щиты, сколотили плотную коробку, которую штатные маги при помощи штатных же артефактов прикрыли двойным защитным барьером, расположили в центре своего строя самоходную зенитную батарею, что передвигалась на четырех прочных стальных ногах и смотрела в небо стволами двух спаренных тяжелых пулеметов, получили напутственное благословление от дежурного священнослужителя и пошли к тому месту, где сейчас активно нарушался закон. Уверенно пошли так…Размеренно… Неостановимо и несокрушимо, словно какой-то из легендарных легионов Римской Империи, про которую помнили даже спустя тысячи лет после её падения…В общем, очень-очень медленно они двигались. Специально, чтобы никуда уж точно не успеть, поскольку то ли массовая драка, то ли натуральное побоище, развернувшееся на одном из крупных гостиных дворов, расположенных вблизи Северо-Западной Московской Воздушной Гавани, по словам добравшегося до полицейского участка владельца того самого гостиного двора, представляло из себя что-то воистину страшное! Бывалый коммерсант, чье заведение только за последнее десятилетие успешно пережило не один вражеский налет на столицу Возрожденной Российской Империи и несколько демонических прорывов, мог конечно приврать в одной, двух, трех деталях происходящего…Но не во все же!

Командующий полицейским участком при Северо-Западной Московской Воздушной Гавани истинный маг боярского рода Мирон Давыдов был уверен, что ему основательно прилетит по шапке за то, что он своих подчиненных собирал так долго и основательно. Однако он был, может, и не самым лучшим полицейским, поскольку мало чего понимал в расследованиях и всякой юриспруденции, зато не кривя сердце мог назвать себя хорошим командиром и был вполне готов по этой самой шапке получить и даже отправиться в опалу и ссылку куда-нибудь на Кавказ, если это означает сохранение жизни его бойцов. Ну и его собственной, которая тоже вполне могла оказаться в опасности, если столкнуться с самой тяжелой категорией происшествий. Той, в которую посторонним лучше не лезть, даже если они стражи порядка и вообще люди государевы. Ибо если кто-то столь нагло, масштабно и можно сказать демонстративно нарушает общественный порядок в столице одной из мировых сверхдержав, не боясь ни неудовольствия императора, ни частных армий заседающих в думе бояр, каждый из которых заодно и высшим магом являлся, ни сил городского гарнизона, возможно, самого крупного на этой планете, ни расквартированных в относительной близости армейских частей, как сухопутных, так и воздушных…То он либо полный идиот, либо уверен, что переживет такие неприятности, на фоне которых всего-то четыре сотни полицейских, пусть и с оружием, покажутся лишь мелким неудобством вроде попавшего в ботинок камешка. Только вот у идиотов собственные штурмовые группы из элитной тяжелой пехоты, способной сходу взять какой-нибудь небольшой замок или даже городок, бывают редко.

Гостиный двор представлял из себя подобие миниатюрной крепости с донжоном, поскольку за стены высотой в два человеческих роста располагались постройки, предназначенные для разнообразных грузов, слуг, солдат или рабов, разумеется, имеющие ну очень разный уровень безопасности и комфорта, а над ними возвышался подобно бастиону роскошный особняк, где вполне приличествовало жить путешествующим дворянам. Бального зала или же бассейна там не было, однако помещение для тренировок вполне могло вместить несколько десятков желающих потанцевать с оружием или без него, да и роскошно обставленные купальни тоже были рассчитаны сразу на дюжину высоких гостей, при условии, что каждый из них моется отнюдь не в одиночестве. И, к немалому удивлению и досаде стражей порядка, сей комплекс ещё не превратился в одну большую дыру в земле или же горелые руины, заполненные мертвецами, пускай бы даже и ходячими. Нет, некоторые части здания, безусловно пострадали и теперь были либо обугленными, либо покосившимися, либо вообще разрушенными, однако оттуда все-таки периодически звучали выстрелы и лязг клинков, впрочем почти теряющиеся на фоне громких и пронзительных человеческих криков. Криков боли, ярости, азарта…Но в основном все-таки боли.

— Ааа! — Вылетело из окна одного из более-менее нарядных зданий, к слову уже давно разбитого, чье-то тело. А после шустро оказалось втянуто обратно, под аккомпанимет собственных задушенных хрипов криков, ибо догнавший его аркан сжался на шее. Подобное хоть и выглядело довольно жутко, но все-таки быстрой смертью своим жертвам не угрожало, в отличии от падения с высоты в пару десятков метров. Во всяком случае, если петлю собирались ослабить, но если не собирались, то зачем тогда было самоубийцу от падения вообще останавливать?

— Ыыы! — Захлебывался собственными слезами человек в обрывках некогда довольно нарядного то ли кафтана, то ли камзола, лежащий прямо перед воротами особняка, поскольку прямо сейчас парочка личностей, действительно облаченных в глухую тяжелую броню, выгибали его коленные чашечку в ту сторону, куда они людей гнуться уж точно не должны. Судя по все ещё крепящейся к одежде пустой кобуре, расшитой серебряными нитями и валяющейся в пыли богато украшенной сабле, был он скорее всего охранником и довольно опытном воином, но здесь и сейчас всего его мастерства не хватало для того, чтобы перестать плакать как маленькая девочка. Уж слишком сильны, умелы и непреклонны оказались калечащие его личности, чья броня явно собиралась с миру по нитке. У одного из них нрикрывающий тело блестящий латный панцирь, украшенный полузатертыми фразами на латыни и золочеными крестами запросто соседствовал со шлемом, украшенным изображением полумесяца и арабской вязью, а прикрывающая ноги длинная латная юбка так и вовсе мерцала магическими иероглифами то ли Японии, то ли Китая, ли ещё какой страны Азии…Только смешно это не выглядело, вот ни капельки. По крайней мере для людей, что хоть немного разбирались в артефакторике и могли понять, что даже один сапог или там латная перчатка этих молодцев стоила больше, чем вся униформа пары десятков полицейских,