Повторная молодость 3 - Валерий Кобозев

А это значит, что ничего меня больше с прежней жизнью не связывает. Видимо этого и добивались организаторы моего переноса сюда. Да и были ли они — организаторы переноса? Может это параллельный мир, в который попадают… — тут опять моя логика дала сбой. Ну нет никакой логики, кроме целенаправленного переноса меня в этот мир, раз моих бывших жен тут нет. Значит именно я тут нужен! Но для чего? Изменить историю СССР? Спасти от распада сверхдержаву? Или предотвратить чего-то худшее?

В 2025 году обстановка у нас была аховая. Приход к власти в США Трампа с одной стороны поколебал поддержку Западом Украины, а с другой стороны он стал вести себя как властитель мира, стал захватывать наши танкеры, которые же сам объявил санкционными. А это было чревато третьей мировой войной, хотя Трамп именно этим и хвалился, что помог избежать ее. А может как раз в другом параллельном мире она и случилась? Видимо допрыгался Трампусик, потерял США, сгорела страна в ядерном Армагеддоне. А в Европе просто образовалась радиоактивная пустыня при ее скученности… Там же все страны стали членами НАТО, ради своей «безопасности»… Вот и получили свою «безопасность». Австрия и Швейцария наверняка уцелели, но общее радиоактивное заражение вряд ли миновало их.

Да и мы тоже похоже также потеряли свою страну, теперь она у нас, после полноценной ядерной войны, по уровню жизни мало отличается от африканских стран. Хотя у нас много малых городов, которые явно уцелели. Но всеобщее заражение радиацией, плюс ядерная зима — не позавидуешь всем землянам. Африканцы просто вымрут — они не приспособлены к холодам.

Глава 13

Я продолжал рассуждать о том, кто выживет после третьей мировой войны.

— У нас больше шансов выжить, мы к холодам привычные, у нас и одежды для этого достаточно, и дома приспособлены. Впрочем, о чем это я рассуждаю? Наверно, именно для того, чтобы в этом мире такой войны не случилось, меня сюда и перебросили. И может даже не одного меня… Но как это сделали? И кто это? На эти вопросы у меня не было ответов. Но миссию я свою осознал, хотя я и так старался помочь своей стране укрепить экономику и оборонный потенциал, просто как патриот. Видимо поэтому никаких инструкций мне никто не давал, хотя могли бы. Иначе зачем вот так меня забрасывать?

Блин, но тогда получается, что этот грузовик со встречной полосы не случайно появился на моем пути? Меня намеренно отправили в этот полет? И еще мне дали в подарок идеальную память, чтобы ничего не забыл из истории нашего мира.

Квадрокоптеры

Наши вертолетчики делали успехи — теперь их детище уже могло продержаться в воздухе тридцать минут — уменьшился вес оптоволоконных гироскопов и системы управления. Видеосвязь была устойчивой на расстоянии до пятнадцати километров, аппарат легко управлялся оператором и удерживал заданный курс. Теперь требовалась навигационная система для дальних перелетов (хотелось сделать беспилотник по типу «Герани»), а первый спутник ГЛОНАСС был запущен только в 1983 году. Наш квадрокоптер мог уже нести до трех килограммов полезной нагрузки. Для этого пришлось удвоить мощность двигателей и емкость аккумуляторов. Но когда я сказал, что теперь этот квадрокоптер можно использовать как ПТУР «Малютка» на меня посмотрели, как на сумасшедшего — «Ты еще Ми-8 в качестве „Малютки“ предложи использовать» — хмыкнул Никишин. Стоил этот квадрокоптер очень дорого и не годился для одноразового применения. Но мысль о боевом применении квадрокоптера им запала в голову, и они написали ТЗ для разработки облегченного гранатомета типа РПГ-7 для квадрокоптера. В базовом варианте РПГ-7 весил чуть больше шести килограммов, для вертолетного, то бишь квадрокоптерного варианта, вес должен быть не более килограмма — чему там весить? Одна труба там должна быть, чтобы при выстреле не повредить квадрокоптер, и всё! Разрешили трубу сделать одноразовой и на заводе в нее устанавливать гранату, подключая к электропуску. И такой гранатомет, а точнее граната была быстро сделана — это была труба из тонкого стеклопластика с парой контактов, весила такая граната почти три килограмма — как раз для нашего квадрика. Военные такой новинке обрадовались, и наша группа вертолетчиков отбыла на полигон проводить испытания.

В конце сентября они вернулись с полигона, меня с Никишиным тут же вызвал к себе министр обороны Устинов.

— Здравствуйте товарищи — он поздоровался с нами за руку у себе в кабинете. Также мы поздоровались с другими военными, ожидавшими нас.

— Мне доложили результаты испытаний вашего беспилотного вертолета — на пятнадцать километров уничтожает любой танк с одного выстрела! Это просто фантастика! Надо начинать серийное производство таких вертолетов! — сказал Устинов.

— Дмитрий Федорович, не все так просто — остудил его я. — Достаточно создать помехи в используемом радиодиапазоне и связь с такой машиной прервется. Единственное, что мы сможем сделать в этом случае — вернуть вертолет на место запуска.

— Как же так??? — был изумлен министр.

— Ну этот вертолет управляется по радиоканалу, если его забить помехами, то управление пропадет — сообщил Никишин.

— А нельзя сделать эту связь помехоустойчивой? — спросил министр.

— Можно, но это потребует дополнительной аппаратуры, а это дополнительный вес и более короткий радиус действия — ответил Никишин.

— Лучше эту аппаратуру пока производить опытными партиями для отработки технологии применения в качестве разведчиков, а информацию о возможности боевого применения пока засекретить. Чтобы противник не начал разрабатывать контрмеры. Мы со своей стороны будем разрабатывать помехоустойчивую связь для него. Неплохо бы для этого подключить профильный НИИ, без привязки к вертолету — пусть разрабатывают устойчивую связь для телевизионного радиоканала — предложил я. — У нас же достаточно беспилотных самолетов-разведчиков с телекамерами. Кажется, что-то очень продвинутое в этой области разработал Владимир Шушурин в каком-то НИИ, точно не знаю.

— Хм, да, неожиданное препятствие. Красиво было на бумаге, да забыли про овраги -сказал Устинов задумчиво. — Все верно вы говорите. Анатолий Николаевич, возьмите этот вопрос на себя, свяжитесь с нашими профильными НИИ, чтобы через год у нас была помехоустойчивая связь с телекамерами. И поищите этого инженера Шушурина — обратился он к седому генерал-лейтенанту. — Какой вес допустим для такого приемо-передатчика? — спросил Устинов у меня.

— У нас приемопередатчик весит полкило, источник питания и антенны в этот вес не входят, думаю, что они будут такими же. Вот