Охотники за потусторонним. Книга 2 - Евгений Прядеев

объяснишь, — ершился Кудесник. — Когда проводят ритуалы, несколько колдунов, фанатиков или кого бы там ни было еще, объединяются и создают своего рода волны, которые должны резонировать. Правильно подобранный кристалл для устройства помогут обнаружить их на большом расстоянии.

— Ты хочешь сказать, что можно никуда не ездить, а составить карту, сидя дома? — сообразил Костик. — Нарисовал, определил.

— Да!

Ворон оживился.

— Было бы неплохо. Если понять фигуру, так можно заранее все точки определить и до прихода колдунов все там нарушить.

— ДА! — еще громче заявил Кудесник.

— И как это сделать?

— Мне нужен пример волны, на которую можно настроиться. Вероятно, у нас уже есть подходящая аппаратура, которую просто надо доработать на месте. Записать волну можно было бы и в Старице, но, раз уж никто не этого не сделал, будем искать.

Принцип интуитивно поняли все, но работу это не облегчило: чтобы найти следующую точку, следовало обнаружить волны, которые она издает, чтобы записать их и идти дальше. Очередной замкнутый круг, разорвать который можно было либо чудом, либо пойманной на устройства Кудесника волной. Что, в принципе, тоже временами можно было приравнять к чуду.

— Тогда чего мы ждем? — спросил Костик. — Аркадий работает, я рулю.

— А мы с Кешей что? — полюбопытствовал Ворон.

— Ну, раз уж мы добрались до советского кино, рассказывай мне, как космические корабли бороздят Большой Театр! — добавил он и хохотнул. — А Кеша…

— Пендаля давно не получал? — прищурилась девушка. Кащей притворно вздохнул:

— Вот-вот! Я вам и рулить, и переговорщик с колдунами, и с духами пообщаться — а мне пендаль… Да я же практически всю операцию на себе вытащил.

Остальные переглянулись, и даже Аркаша отложил в сторону очередной прибор, поправив очки.

— Ну, вообще зерно истины в его словах есть, — заговорил после паузы Ворон. — Константин много чего сделал для нашего дела. Ладно. С меня причитается.

— Это не с тебя причитается, а с куратора, — напомнил Костик. — Что-то я не вижу СМС-ки о том, где нам деньги искать надо. Или их тоже надо где-то на югах ловить? Я не прочь людей в горы повозить, много народу положим. В смысле, внутрь «буханки», а не то, что вы подумать успели! — громко и быстро закончил он, услышав смешок Кеши.

— Запишем это в наш список странностей, — пожал плечами Ворон. — Куратор у нас жадным не был, и всегда расплачивался вовремя, хоть и не всегда стандартными способами.

— Это что же тогда, испытание веры получается? — нахмурился Кащей. — Мы не знаем точки назначения, но едем куда-то, потому что кто-то из нас, ну, или все мы, ладно! — верим, что надо двигаться в конкретную сторону. Не получили до сих пор денег, потому что они должны внезапно оказаться на нашем пути? Это так, что ли, получается?

На сей раз, шумно захлопав крыльями, обстановку разрядил Птиц. Причем он умудрился так растопырить перья, словно хотел дать кое-кому подзатыльник — разве что размаха крыльев не хватало.

— Костик, рули, пожалуйста, — вежливо попросил напарника Ворон, пока Кеша гладила, успокаивая, птицу. — Аркаша рассказывал, что ты чуть лося не сбил в Старице. Давай не будем повторять этот опыт с кем бы то ни было.

Кащей насупился. Деньги и так утекали через его пальцы рекой, а теперь еще и зарплату задерживали.

Штука была в том, что сообщения от куратора всегда были более конкретны не только в отношении заданий, но и в отношении оплаты. Сходить до тайника, забрать деньги. Ячейка в постамате, камера хранения на вокзале за пределами Москвы — вариантов было много, но их всегда объединяло одно: деньги команда получала почти сразу же после выполнения задания.

Сейчас же они проехали…

— Да пофигу на деньги! — с исключительно студенческой беспечностью выдал Аркаша. — Кто в курсе, где мы вообще едем?

— Ваш первый пилот Константин, он же Костик, он же Кащей, — выдал многоименный водитель. — Ответственно заверяю, что мы сейчас шпарим по узким улочкам Мещеры.

— Если мне не изменяет память, это огромный заповедник, — проговорил Ворон, озираясь по сторонам.

Он, хоть и сидел впереди, но на указатели особенно не смотрел, доверяя роль и водителя, и штурмана Константину.

— Ну да. Тут Леший, там — Баба-Яга. Вон, глазками из-за мшистых сосен сверкает, — начал Кащей.

— О, как запел! — воскликнула Кеша. Теперь фыркнул Аркаша.

— Все лица фыркающие будут высажены на следующей остановке. А вам вообще зачем знать, где мы? Едем и едем, пока куратор не тормознет, — с легким раздражением закончил Костик.

— Не-не-не, мы обилечены до конечной, — нашелся Аркадий, разрядив атмосферу.

Но по Мещере ехали с двойной осторожностью. Помимо того, что команда успела и так врагов себе нажить, в этих местах обитало приличное количество нечисти, которая не особо осмотрительных путников без лишних усилий прихватывала себе в качестве пищи, а то и выкупа ради, получая временные преференции: то связь над всей Мещерой отрубят, то дорогу какую-перекроют.

— Я к тому спрашиваю, что нам, может, остановиться и поспать? Или ты способен ехать без остановок и днем, и ночью? — спросил Аркаша.

— Нет, я не железный, но кажется мне, что ночевать вот в таких местах, да прямо в машине, мысль дурная, — высказался Кащей. — Еще не очень темно. Давайте, проедем подальше, может, будет гостишка какая, а то и на городок выйдем какой.

— Заполненный черными колдунами на сей раз под завязку, — мрачно заметил Ворон.

— Так точно, капитан! — воскликнул, козырнув, Костик. — Тогда минуем любые города со всеми их удобствами, запахом бензина и дорогих духов в частности!

— У нас культпросветучилище никто не открывал, завязывай, Кащей.

— Ну все ж в тему.

— Знаешь, когда ВСЕ в тему, это уже шизофренией называется, — ответил вместо Ворона Аркаша.

На сей раз никто не смеялся, но и Костик не слишком обиделся, зато промолчал и в салоне вновь осталось лишь мерное гудение движка «буханки».

За окном оставались мрачные болотистые леса Мещеры, в которых почти не было деревень, а если и были, то наполовину брошенные, с завалившимися домиками и строениями, почти по самую крышу ушедшие под землю.

Остановиться было негде, поэтому Костик упрямо вел УАЗик вперед, не сворачивая. Ориентировался он практически интуитивно, разве что по солнцу время не определял, но границу между Московской и Владимирской областями миновал, отметив у себя в голове указатель, разделявший области.

Болот стало чуть меньше, леса оставались по-прежнему мрачными, однако деревни стали попадаться чаще, а движение на дороге сделалось более оживленным. Так и сам Костик оживился, поерзал на сиденье, устроившись настолько удобно, насколько вообще позволяло водительское сиденье УАЗика.

Очередной указатель обозначал Пень-Колодово, деревушку, за которую цеплялся взгляд. Даже